Пилот (СИ) - Астахов Юрий - Страница 86

Гриша сглотнул, вздохнул печально и протяжно и согласился. А куда б ему деться? Посмотрим, что ты мне явишь! Ишь, Жуковский нашелся, на мою седоватую голову. А приятный парнишка. Симпатишный! Посмотрим, что из него выйдет...

Пришел Морс и гавкнул вопросительно.

- Какие вопросы, молодой военный?

- Бегать хочу! Пошли побегаем! Котами пахнет. Отпусти котов погонять!

- Обойдесся! Тут злые и нервные ОМОНы кругом шастают. А ты еще так молод. Не те места, не то время.

- Вот, ты всегда такой! Сам котов не гоняешь и мне не даешь! А с Гришей можно?

- Низзя! Грише уже тоже не до котов. Гриша теперь учиться будет. Денно и нощно! Пока все косточки не сгрызет.

- Ну... могу помочь... погрызть... мне не жалко!

- У него, у Гриши, косточки научные. Тебе не по клыкам.

- Да ну, нафиг, чо я косточков не грыз? Мне любые по клыкам!

- Все, молодой военный. Команды урчать не было! Была команда - "Рядом"! Выполнять!

Катерина в беседы не вмешивалась, потягивала какой-то местный сок и чему-то улыбалась, всматриваясь в себя. Я разрушил ее грезы:

- Катя. Давай поженимся? Прямо сейчас! Пошли, Катя, в храм? Свидетель у нас есть, еще кого на улице поймаем и поженимся?

- Что - опешила Катя - вот прямо сразу? - А свадьба?

- А чего тянуть? Обвенчаемся тут, пока храм на месте, а свадьбу тоже справим. Как устроимся, с людьми познакомимся, подружимся. Какая ж свадьба без гостей? И без баяна?

- Но я не одета!!!

Так. Это значит, что она согласна. Здесь и сейчас. Витамин, не вздумай брякнуть по поводу ее мнительности. Если женщина говорит, что она не одета - это не значит, что она раздета. Это мужская логика. Если женщина говорит, что она не одета - это значит, что она одета не так как должно и подобает по случаю. По ее мнению. Это тебе фиолетово-черно, в чем она будет перед попом стоять, с тобою под мышкою. А ей... ей далеко не фиолетово!

- Катя! Немедленно возьми, Катя, денег. И поди, Катя, немедленно оденься. Как подобает тебе, Катя! Дабы мне было не стыдно венчаться с тобою, Катя, пред ликом Господа нашего. Ну и зрителям, чтобы было на тебя посмотреть приятно... и завидно, если таковые случатся. Я знаю, что у тебя есть деньги. Но ты, для такого случая, обязана потратить взятые из моих рук. И я не пойду помогать тебе с выбором наряда. Потому, что я тебе не какой-то-там Ретт Батлер-Дворецкий, задутый ветром петь в терновник. Беги, родная, беги. И сей же миг исчезни в недрах окрестных бутиков с глаз моих ... на два часа! Раньше ты все равно не управишься. Я так, думаю. Встречаемся у врат храма. Беги, Катя, уходит время золотое.

Ничего не сказала золотая рыбка, а с видом ошарашенно-обреченно-озабоченным только хвостиком махнула. И в ближайший бутик нырнула. В самые его нёдра.

- Грегуар, а не прокатится ли нам до аэропорта? Ты, как, намерен присутствовать на торжественном акте запуска меня в эксплуатацию? И Морс намерен. Но его в храм не пустят. Он не крещеный. Потому он останется сторожить наш лайнер. А тебя в храм пустят. Несмотря на то, что ты тоже некрещеный. Можем, заодно и окрестить, кстати. Кого нету?! Ну, ты темный! Гриня, мы ж "...летаем под Богом, возле самого рая!" И очень просто нам "подняться чуть выше и сесть там..." Слышал эту песню? Папа ее любил? То-то! А ты говоришь... нету... Стоять! Эй, таксатор, а ну сюда давай. Тут целый рубель на дороге стоит. В смысле - экю. Тут тебе ручку позолотят. Серебряный мой! Гони в аэропорт. А то на свадьбу опоздаю! На чью!? Не понял. На свою! Понял, на?

Оказалось, нам подвернулся второй таксист. Тот которого мы в порту забраковали за излишнюю лохматость его паджерика. И помчались мы, взметая пыль проселка. Через грузовые ворота прямиком к "Гранду" проскочили. ОМОН на кепепе шланг-баум заблаговременно поднял и чуть было честь нам не отдал. Такая надо мной аура витала. А то б снесли к бебеням шлагбаум тот... Запросто...

Первым делом распахнул я все люки настежь для проветривания и подцепился к источнику аэродромного питания. Вскрыл чииммондаумм, извлек на свет божий костюмчик и заметался по салону, соображая на чем бы мне его погладить. Пел песню про то, что -

" Главное, чтобы костюмчик сидел

Непринужденно, легко и вальяжно.

Всё остальное, поверьте, не важно,

Нет и не будет серьёзнее дел.

Главное чтобы, главное чтобы,

Главное, чтобы костюмчик сидел. ..."

...и нервничал. А иопп! Я же в Рино гладильную доску прикупил, правда для иных целей, но и по прямому назначению можно попользовать. Ну я просто монстр предусмотрительности и предвиденья. Утюг дорожный, авиационно-ориентированый по напряжению. В наличии. Поверх туфель. В специальном чехольчике. На свет божий его. И в розеточку.

Пока он греется, тюхли бархоткой обметем. Воссияли туфельки. Сорочка белая. Носочки черные, свежие. "Галстух". Терпеть ненавижу, но надо. Терпеть. Раз в жизни можно и потерпеть, такого случая ради. Как то бишь его извернуть-то покрасившее? Так в упаковке есть для тупых инструкция по завязыванию. Все. Готов. Хоть на свадьбу. Эх, не видит меня мама... Чисто - жених! Так, Морсу воды в плошку, кондишок на борту включить, а то Морс к вечеру сделается тушеный в собственном соку.

- Морсик, друг мой, не желаете сходить по большому? Нет? А по-маленькому? Напрасно! Мы можем задержаться. Явите милость, пока я не уехал. Все-таки нет? Напрасно! Гриня, снимите эту майку с пятном на пузе. Оденьтеся, как приличный кубинский бандит! Тебе на свадьбе свидетелем светит быть, а ты? Ну вот, а говоришь одеть нечего. В такой гавайке с таким золотым изобилием псевдо-ювелирных украшений тебя самого женить запросто можно. Ни одна девица не устоит противу таких яростных колеров. Да пусть будут сандалии. Все не босиком. Шеф, гони обратно! А то я с перепугу передумаю!

Всю дорогу, мои маленькие, неженатые, пока еще радиослушатели, я приглаживал на голове шерсть, вставшую внезапно дыбом. На подъезде к городу стало потряхивать. Не автомобиль. Меня. Автомобиль трясло отдельно от меня. Тремор расшалился не на шутку. Мысли сделались тягучими и гонялись друг за дружкой по кругу, обгоняя одна другую. Сбежать? И будь что будет? Или остаться? И будь что будет? Противоречия раздирали мне организм на полсотни маленьких перепуганных Витаминчиков и хотелось мне, как девочке, всего и сразу. И жениться и наоборот. И чтобы все поскорее закончилось. Это главное. Короче, склифосовский, как честный и порядочный человек... плавали - знаем... делай, что должно... и будь что будет. Ааааа! Все. " Участь моя решена - я женюсь..." Что-то вроде этого...

Мы успели. "...В гости к богу не бывет опозданий, а что ж тут ангелы поют, такими злями голосами..." Небрежной походкою прошел я к храмовым вратам в и в небрежной позе, элегантно покачиваясь, утвердился на паперти в тенечке. Снял панаму. Положил ее на сгиб локтя. Мне подали. Немного, правда. Мелочь. Четвертак. Вынул я четвертак тот из панамки, на зуб попробовал. Пластиковый. Бумм! Бумм! Бумм! "В Москве - полдень!" Это в голове? Или с колокольни? Непонятно!.. Идет! Идет она. Моя любимая! Сейчас она меня... Сейчас!.. И все... И пусть... И ладно... Красивая какая... Ноги-то длиннючие какие... Надо взять себя в руки... надо взять ноги в руки... Стоять! Бояться!

- Катя, тебе уже говорил кто-нибудь, что ты безумно красива? Я... я прошу тебя стать моей женой... любимая моя!

Что было дальше - не помню. Кто-то что-то говорил... меня куда-то вели... вокруг чего-то... три раза... я все время с чем-то соглашался... и говорил все время - "да". Откуда-то невероятным образом возникли кольца... цветы... 'Что за свадьба без цветов? Пьянка, да и все'... ...Я опять сказал: 'да',.. что на все согласный... поцеловал Катю... и пришел в себя... ...от мысли простой и очевидной... для здравого рассудка:

- А чо, завтра я стану по-другому женатый? Иначе, чем сегодня? Не так, как был женат вчера? Чего это такого поменяется в жизни моей от того, что попик тут бормочет перед нами и крестом нас осеняет в присутствии зевак, жадных до зрелищ и хлеба? У меня что, рога на лбу вырастут? А вот на этом месте, кстати, стоит поаккуратнее... с образными выражениями... Могут... и вырасти... Не дай бог...