Чёрная Дама, Белый Валет (СИ) - Крис Герта - Страница 68

— Привет, — сказал Ник, шагнув за купол.

— И тебе привет, Светлый рыцарь.

— Меня ждёшь? — спросил Ник. И добавил чуть дрогнувшим голосом: — Или хозяйку?

— Тебя, — кивнул Йош. — Хочу пожелать тебе удачи, рыцарь.

Ник усмехнулся.

— Спасибо. Но как раз удача мне, пожалуй, и не нужна, Йош.

— Кто знает… — философски произнёс фамилиар.

— Слушай… А это хорошо, что ты пришёл! Я ещё на пирамиде хотел тебя спросить… Ты как туда попал-то? Я же помню — ты панически высоты боишься.

Йош злобно сверкнул глазами, но ответил.

— В исключительных случаях я оборачиваюсь птицей, если помнишь. Приоритеты хозяйки мне дороже глупых страхов. И тупых вопросов…

Ник присел на корточки и осторожно почесал кота за ухом.

— Как она вообще?

— Плохо, — сказал фамилиар и указал лапкой на поляну.

— Вон, там всё написано.

— Ну, ты… Ты её береги теперь. Мир не рухнет… Я обещаю!

— Вот в этом и удачи тебе, рыцарь.

И кот, развернувшись, неторопливо удалился, задрав трубой пушистый хвост. Ник некоторое время провожал его взглядом, а потом, не оглянувшись на поляну, отправился домой. До боя оставалось четыре часа.

Забирать розу, оставленную на полянке в день боя, я не стала. Мне представлялась изумительная в своей глупости картина: вот через несколько часов мир рухнет, а роза, сотворённая последним Светлым рыцарем, останется… Красная, как кровь, в сияющих каплях росы, как в слезинках последнего Тёмного лорда, она одна останется неизменной посреди кипящего хаоса, в который превратится наша Книга Миров. Потому что осколки бытия не тронут этот символ великой любви, не сумевшей умереть вместе с её носителями… Ну и так далее. Беспросветная просто глупость, но всё равно же так не получится, а даже если и вдруг, то никто не увидит.

Отделаться от печальных девичьих мечтаний оказалось очень сложно. Роза мерещилась мне везде. Маячила за моим плечом в зеркале, торчала в исходящем паром кофейнике, понуро свисала из замочной скважины оружейного зала…

В оружейную я шла, чётко и размеренно стуча подошвами любимых ботинок. Самым длинным путём, по всем лестницам и коридорам западной башни. Герцог сопровождал меня, держась позади, ни словом не пытаясь поторопить или завязать разговор. Хотя времени оставалось всё меньше, а наши шаги звучали, как тиканье часов…

Я очень боялась, что придётся снимать личину Кая. Не хотелось нарушать собственный обет. К счастью, и не понадобилось: советник сказал, что да, в бою магией нельзя пользоваться, но именно что в бою. Как я буду выглядеть — совершенно не важно, да и не видно под доспехами. Так что снять в оружейной пришлось только ботинки.

Следуя инструкции Шэрра, я встала на низкий пьедестал, и сверху на меня сразу же упал почти прозрачный туманчик. Точь-в-точь того цвета, каким Ник написал на полянке своё последнее письмо: ярко-синий, светящийся. Словно ласковые кошачьи лапки, он прошёлся по всему телу, чуть взъерошил волосы, пощекотал под мышками, добрался до ступней и бесследно канул в пьедестал.

— Мерки сняты, мой лорд, — вполголоса произнёс Шэрр. — Вы можете отдохнуть.

Спрыгнув с квадратного камня, я отошла к банкетке у стены, но садиться не стала, безразлично наблюдая, как прямо в воздухе над пьедесталом формируются боевые доспехи, объединяясь в чёрную, пустую внутри фигуру.

— Милорд, пора…

И, словно подчиняясь команде, пустой рыцарь раскрылся, приглашая меня в своё нутро.

Крайне неприятное приглашение… Как будто в саркофаг. Но я им воспользовалась. Лёгкие такие доспехи… Почти неощутимые.

С негромким металлическим стуком опустилось забрало, оставив узкую смотровую щель. Я взмахнула рукой, создавая большое зеркало, и уставилась на отражение. Тёмный лорд во всей красе боевого расклада. Осталось призвать меч.

— Всё нормально, Кай?

— Наверное…

— Рукам холодно? — спросил герцог. Он всё утро требовал, чтобы я надела специальный костюм с длинными рукавами. Но я не послушалась и натянула обычную футболку, синюю, как у Ника, только с надписью на груди.

— Не холодно.

Доспехи были скорее тёплыми. И абсолютно не мешали движениям. Даже латные перчатки облегали пальцы, словно кожаные тонкой выделки. Я сделала несколько шагов, крутнулась вокруг себя, пару раз подпрыгнула. Даже не лязгнуло ничего…

— Согните руку в локте, — посоветовал Шэрр. — Вторую… Присядьте… Обзор хороший?

Вот пристал же!

— Нигде мне не жмёт и не трёт! — уверила я.

— Тогда, мой лорд, нужно призвать меч.

Рукоять Чёрного Клинка легла в правую ладонь, как будто всегда там и была. Очень красивый меч — словно сгусток живой тьмы — и очень лёгкий. Практически невесомый, в отличие от боевых и даже учебных. Чёрный камень в навершии, овальная плоская гарда. Как ни странно, держать его оказалось удобно — а ведь у отца ладонь значительно больше… Да и у всех моих предков. Впервые за тысячи лет Поглотителя Света держит женщина…

Хотя нет. Женщины больше нет.

— Пора, мой лорд, — сказал Кормчий Дикой Охоты.

Повернувшись, я подала ему свободную руку. И прищурилась: после сумрачной оружейной яркий солнечный свет на поле боя резал глаза.

Ничего особенного и мистического на древнем месте битвы Света и Тьмы не наблюдалось: просто огромный круг — метров сто в диаметре — тёмно-зелёного дёрна, опоясанный невысоким бордюром из жёлтого гранита. Бордюр был старый, полуразваленный, когда я пнула его носком сапога, посыпались мелкие камешки вперемешку с пылью. Вокруг поля хаотично располагались большие валуны. И не только они. Пеньки огромных деревьев, низкие постаменты с остатками колонн, пара карет без колёс и с откинутым верхом… Вроде бы всё случайное и ненавязчивое, но факт оставался фактом: места для сидения — поглоти свет и тьма души зрителей! Присмотревшись, я обнаружила диваны, пуфики и три блока театральных кресел, простым глазом не видимые. Пресветлое чувство! У нас тут что — концерт?!

Обычный человек, не обладающий магическим зрением, не увидел бы и зрителей. Но обычных людей вокруг поля и не было, так что зрители прятались исключительно из приличия.

— Какого драного беса тут такое сборище, Шэрр? — осведомилась я сквозь зубы. — Театр им тут, что ли?!

— Что же вы хотите, мой лорд… Судьба мира решается! К тому же дебют… — со вздохом ответил мой советник. — И не могут ведь те же ваши вассалы оставить своего господина одного, когда…

— Как трогательно! — съязвила я.

— Кай, вы можете приказать своим покинуть это место. Но какой смысл? Всё равно же смотреть будут… А с белыми вряд ли быстро договоришься…

— Ясно, — сказала я, едва сдерживая бешенство. — И отец вот это терпел, да? А если барьером невидимости поле накрыть?

— Нельзя, мой лорд. То есть можно, конечно, можно! Но со временем… через пару лет интерес угаснет. А сейчас, вы же понимаете… Да и судьи… — Какие, к бесам, ещё судьи?! — Разумеется, номинальные, мой лорд. Но вы же понимаете… — Угу. Понимаю. И кто у нас судьи?

— Как обычно. С вашей стороны вассалы, со стороны рыцаря — Белый Совет. Их обязанность не судить, милорд, а свидетельствовать. Князь нечисти и глава Совета вот будут объявлять начало боя…

Рядом мгновенно проявился Князь, отвесил мне низкий поклон и пропал снова. Только знакомый вкрадчивый голос прошелестел:

— Пустые формальности, мой лорд. Не извольте беспокоиться.

— Плюнь-с! — тут же прошипел над ухом Йош. — Пус-стое, они правду-с говорят-с…

Огромный змей лизнул раздвоенным языком моё забрало и, не задевая бордюра, изогнувшись над ним дугой, переполз на поле, заструился к центру, где уже разлёгся в ожидании белый тигр. А за тигром, на противоположной стороне поля стояли четверо: Лекс, скрестивший на груди руки, Аргариут, расплывшийся в туманный силуэт, стоило мне моргнуть, и Мелли, вцепившаяся в локоть Светлого рыцаря.

Ник опирался, как на тросточку, одной рукой на Белый Клинок, воткнутый в землю, и в упор смотрел на меня. Доспехи у него, естественно, были белее снега.