Чёрная Дама, Белый Валет (СИ) - Крис Герта - Страница 24

Как ни странно, приставать со своими отчётами советник не стал, выговора не сделал и исчез. А я сразу после еды отправилась спать. Проснулась только раз — когда под одеяло влез котом Йош и, уложив голову на мой согнутый локоть, принялся мерно урчать. Чувствует, поганец, что простила…

На рассвете меня разбудил кошачий хвост, щекотавший шею и нос. Умывшись и позавтракав, я скинула, наконец, личину Кая и отправилась на свою речку: думать. Йош тащил плед, кофейник и корзинку с пирожными.

Но, несмотря на правильную подготовку, посвятить утро строительству приятных планов не удалось.

На речке стояло солнечная, совершенно летняя погода. Прохладный ветерок играл с ветвями раскидистых ив, в прозрачной воде плескались рыбки, трава так и манила разуться и походить босиком. Продолжая сладко зевать, я принялась скидывать сандалии и вдруг осознала: в привычном пейзаже присутствует некий явно посторонний элемент. Йош, плюхнувший на траву свою ношу, уже размазался по травке: одни беленькие уши торчали.

— Вот это кон! — прошипел он.

Посторонний элемент сидел на обрывчике берега. Тёмно-русые волосы, чуть завиваясь, прикрывали шею, не доставая до ворота выгоревшей синей футболки. Золотились под солнышком волоски на сильных руках. Слева стояло большое ведро, из которого торчал, судорожно подёргиваясь, пятнистый рыбий хвост. С другой стороны — маленькая баночка. Посторонний элемент копался в баночке, насвистывая незнакомую мелодию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Эту спину я бы узнала, наверное, из миллиона других. И испытала непонятное и очень сильное желание: провести по ней ладонями, сверху вниз, потом снизу вверх, и лучше под футболкой…

Едва касаясь ступнями травы, я подошла почти вплотную и некоторое время наблюдала, как он вытаскивает из баночки мерзкого белого червяка, насаживает на крючок и коротким замахом забрасывает в воду. Все планы — и готовые, и недодуманные — испарились из головы напрочь. Коснуться спины я не решилась, но сделала то, что всегда практиковала с отцом: закрыла ему ладонями глаза и замерла.

Свист прервался, а спина напряглась. Ник медленно отложил удочку, поднял руку и пробежал пальцами по моему правому предплечью. А потом неожиданно откинулся, прижался к животу и бёдрам, и меня словно током прошило сквозь штаны. Я вздрогнула, а оруженосец негромко и осторожно произнёс:

— Привет.

— Привет… — растерянно ответила я. — А что ты тут делаешь?

Продолжая прижиматься ко мне, он аккуратно развел мои ладони и, не отпуская, задрал голову.

— Форель ловлю. Не мелкую…

— А-а…

— И не зря ловлю… Ник вдруг одним движением вскочил, развернулся и схватил меня в охапку. Я пискнула, но вырываться не стала.

— И где же тебя носило, селяночка? — спросил он, прищурившись.

— Дома я была.

— Дома… — задумчиво повторил он и слегка дёрнул меня за собранные в хвост волосы. — Дома, значит… А мы, значит, все, как дураки… Не обманул, выходит, его цыплячье темнейшество.

— Кто?!

— Да неважно… Так кто же тебя от нас утащил тогда? Раз ты мирно сидела дома?

— Мой фамилиар, — честно ответила я. И честность никак не была связана с выстраданными идеями.

— Фамилиар?! Вот эта тварь волосатая — фамилиар светлой магини?

Послышалось громкое презрительное фырканье, и мы оба повернули головы. Около ведра с рыбой сидел мой котик. Очаровашка. Лапки обвиты хвостиком, мех блестит, глазки блестят… Злобненько так блестят.

— Вовсе он и не тварь! — возмутилась я, и кот всем своим видом выразил полное согласие. — Фамилиар может любой вид принять! У него только одна ипостась настоящая! У Лекса тоже — то ворон, то енот, а на самом деле он какой-нибудь… олень!

— Какой олень?! — потрясённо спросил Ник. — Вот оленя ещё мне не хватало!.. — Ну не олень… Медведь… А Йош обернулся птицей, чтобы… — Чтобы хозяйку спасти! — подхватил кошак. — Вы её обижали! Хотели в цепи заковать! Волосы выдёргивали! Я еле успел!

— Да мы мирно завтракали, когда ты объявился! — возмутился Ник. — Это я не знаю, — отказался Йош. — Я торопился, если что! Буду я там разбирать, может, вы уже моей хозяйкой завтракать начали!

— А потом я боялась к вам идти! — торопливо начала я пояснять ложь фамилиара. Лишь бы он не прокололся! — Я так и подумала, что вы про меня подумали, что я ведьма и за вами шпионю! Подумали же? Так?

— Дурная ты, — хмыкнул Ник и погладил меня по голове. — Вообще-то мы тебя спасать попёрлись… — Спаса-ать?! Куда это? — Всё тебе расскажи… — Ну пожалуйста, расскажи! Ой, Ник! Я так рада, что ты здесь! А как ты сюда попал?

— Порталом, вслед за вами. Но отсюда уже следов не было никаких. Я, собственно, и пришёл сюда, потому что… — и он вдруг замолчал.

— Почему? — с глубоким интересом спросила я.

— Да вот… Порыбачить хотел, — невозмутимо ответил оруженосец. — Форель тут — ого-го! Вон, смотри, едва в ведре уместилась. Нахлыстом да на опарыша отлично берёт. И не всякую вытащишь!

— Опарыша?

Ник указал на баночку, в которой копошились короткие червячки.

— Гадость какая! — искренне поморщилась я. — Зато рыба вкусная. Хочешь, пожарю? Прямо здесь.

— Давай! — огласилась я. — Нет, подожди! У меня же завтрак с собой. Йош, накрой!

— Как его зовут? Ёж? Мой фамилиар опять негодующе фыркнул и с достоинством сказал: — Йоухйоуш, к услугам моей госпожи и только!

Ник закатил глаза. — Попроще-то никак вас не называют? — с тоской спросил он. — Нет бы Барсик какой, Шарик… Вы бы поработали над этим?

— А вы бы, уважаемый оруженосец, отлепились уже от моей хозяйки, — посоветовал котик и, задрав хвост, отправился разворачивать плед.

А до меня дошло, что мы с Ником так и стоим в обнимку. И мне совершенно не хотелось от него «отлепляться». В кольце рук оруженосца было уютно и… И как-то ещё… По крайней мере, когда он делал то или иное движение, по моему телу пробегали незнакомые и очень приятные волны. Странное ощущение… Но Йош прав — нельзя же всегда так стоять, верно?

— Пойдём? — спросила я. — Там не очень много еды, но есть кофе и пирожные. Когда мы подошли к уже накрытому завтраку, Ник хмыкнул: — Это называется — немного? А вас, барышня, фамилиар неплохо кормит! У нас как-то сложилось наоборот…

Йош вытянулся на травке и принялся вылизывать переднюю лапу, а я оглядела клетчатый плед и злобно уставилась на очень довольного фамилиара.

Гора бутербродов с ветчиной и сыром, истекающие соком помидоры, порезанные на четыре части, какая-то копчёная рыба, бутылка молока — и ни единого пирожного! Вот гадёныш!

— Это мой фамилиар для тебя расстарался, — пояснила я Нику. — Вину зализывает.

— Ну спасибо! — кивнул Ник. — Слушай, как тебя там? Ёшкин кот! А пива можешь добыть? Холодненького!

— Сам ты ёшкин… — прошипел кот.

И на пледе появился стеклянный запотевший кувшин и одна кружка.

Пиво было тёмным, густым и вполне приемлемым по крепости. Ну, может, чуть-чуть сладковатым. Ник махом высадил полную кружку и потянулся за кувшином. К спиртному он относился без особого пиетета, но в данном случае оно выступало как лекарство — стресс есть стресс. Отхлебнув ещё пару глотков, взял бутерброд, положил поверх ветчины ломтик помидора, откусил и принялся жевать, наслаждаясь окружающей действительностью и своим местоположением в ней.

А действительность сильно напоминала банальный пикничок добрых друзей на рыбалке. Разве что без костра. Тем более что Тэль сегодня не очень-то и походила на деревенскую девчонку. Да и на ведьму, то есть на магиню, тоже. Одетая в светлые бриджи и белую рубашку, с пышным хвостом волос вместо селянской косы, она выглядела так же, как и любая девушка в его мире. Не то чтобы безмерно красивая… Классически правильное лицо, у селянок таких не бывает — тут явно, что называется, проявилась порода. А в глаза словно кофе налили, без всяких сливок. Тонкие пальцы без колец, маленькие ступни, и рубашка натянута над приятными выпуклостями. И этих выпуклостей ужасно хотелось коснуться. И не только коснуться…