Охотник на ведьм и повелительница теней (СИ) - Кири Кирико - Страница 48

И сейчас на Адель было обращено большое количество неодобрительных суровых взглядов, в которых можно было увидеть любовь.

Конечно, это может выглядеть удивительно, что человека, которого они сами наказывали довольно сурово, они любят. Однако с их точки зрения в этом ничего странного не было. Они её любят и готовы встать на её защиту, а в трудную минуту поддержать. Она их родная кровь и этим всё сказано. Однако наказания за провинность это не отменяет.

— И так, — начала собрание прабабка Гренильда, — Шанни, ты достала то, что мы хотели?

— Да-да, — она гордо подняла голову. — Все документы, которые только можно было собрать и все слухи, что можно услышать.

Шанни, как и Жаклин, работала в группе расследований. Не без помощи последней, Шанни занимала неплохую должность и через неё проходили многие бумаги. Правда не все.

— Я смогла выяснить про Рея Клода. Этот человек, по его словам, живёт в Пури. Но судя по всему это лишь его легенда.

— Это и так ясно, что он не из этого мира. Скажи, что по существу, — сказала её мать.

Вообще про другой мир знал очень ограниченный кругу лиц. Однако каждый дом имел своего человека в Твердыне мира и поэтому то, что существует другой мир, знали все верхушки домов. Никто не мог сказать, что конкретно в другом мире есть, но то, что он существует было неопровержимым фактом.

— Ладно, ладно, тогда как вам история из группы рас…

— Её я уже рассказывала, — вмешалась Жаклин. — Лучше скажи то, что неизвестно нам.

— Но я-то, не знаю, что вы не знаете! — надулась Шанни.

— Я слышала, что он уже натворил много бед в своём мире, — сказала Адель.

— Точно, — обрадовалась Шанни. — Я слышала кое-что про это. Там он устроил охоту на ведьм. Причём в лучших традициях. Выслеживал и нападал.

— Есть что-то конкретное?

— Нет, всё засекречено. Однако ходили слухи о том, что он брал в заложники людей. Ещё что-то про пытки и убийства. Более точно я не скажу.

— Похищения? Если это так, то его будут рассматривать как врага ОСЦНГ, который совершал нападения на ведьм при исполнении и это всё усложняет, — сказала мать Паломы и Жаклин.

— Хуже было бы если бы он помнил всё это. Но у него отбило память и теперь можно давить на то, что это совершенно другой человек и он кается в своих поступках, — сказала Палома.

— Суд это примет? Разве ему не всё равно, помнит он или нет?

— Но это уже другой человек. Не тот, что раньше, другая личность, разве нет?

— Это не важно, — прервала спор прабабка Гренильда. — Сейчас единственный его шанс — добиться признания, что тогда он был другим человеком, а сейчас, потеряв память, он изменился и больше не представляет угрозы государству. Нам этого достаточно.

— А если он обманывает нас и всё помнит? — спросила мать Шанни.

— Нам нет до этого дела, — пожала прабабка Гренильда плечами. — Нам важно, чтоб она, — прабабка указала костлявым пальцем на Адель, — выносила от него ребёнка. Будет хорошо, если с магией копирования.

— А если нет? — спросила Жаклин.

— Он охотник, этого достаточно.

— Но если мы скажем, что отец ребёнка охотник, не сделает нас это его сообщниками?

— А ты знаешь, что он преступник? — усмехнулась прабабка Гренильда. — Вот я не слышала. От куда нам, простым ведьмам, непосвящённым в дела тайные, знать, преступник он или нет? Это будет лишь совпадением. К тому же слух, который в случае чего можно будет использовать, уже есть для оправдания.

— И всё же, разве тогда мы не подтвердим слух?

— А всем будет всё равно. Сила — вот что важно. Люди будут закрывать глаза и быстро забывать, стараясь стать ближе к нам. Но лучше нам бы его оправдать. А для такого решения требуются связи и влияние.

— Они у нас есть? — спросила мать Шанни.

— Влияния мало, связей мало, — пожала плечами мать Жаклин и Паломы. — Но это не станет проблемой, если ребёнок будет у нас.

— Верно, — кивнула прабабка Гренильда. — Можно раскрыть завесу тайны некоторым семьям, что могут нам помочь в обмен на охотника. Однако это надо будет сделать уже после того, как мы тихо обручим их и получим ребёнка.

— Почему не сразу? — спросила Шанни.

— Потому что так у нас будет подтверждение того, что он был у нас первый и, следовательно, он принадлежит нашей семье. В конце концов, заявить на всеобщее услышание о помолвке как положено мы пока не можем. Пойдут слухи, да и разнюхивать другие сразу начнут, с чего вдруг мы простолюдина на Адель женили.

— Не легче просто ребёнка сделать и всё? — спросила мать Шанни.

— Не легче. То, что у неё будет ребёнок от него, ничего не говорит. А вот к чей семье он сначала присоединиться, то и будет править балом.

Вот так просто Рей стал не охотником или страшной легендой, а обычно разменной монетой.

— Получается сначала ребёнок, потом другой дом и после уже суд? — спросила Палома.

— Верно, все проблемы начнутся через год. Если охотник останется с нами, — ответила прабабка Гренильда.

— А как на счёт его просьбы? — спросила мать Шанни.

— Дадим то, что он просит после зачатия ребёнка и обручения. Решит действовать дальше сам — его дело. Решит с нами остаться — милости просим.

— Вот так просто?

— А ты хочешь, чтоб он стал нашим врагом? Я, нет, — усмехнулась прабабка Гренильда. — Кстати, Жаклин и Шанни, кто из вас имеет доступ к банку памяти?

— Не имею, — покачала головой Жаклин.

— Через меня довольно часто проходят документы про него. Я вряд ли смогу туда его устроить, но могу дать информацию о ней, начиная от входов и заканчивая расписанием патрулей, — ответила Шанни.

— А что на счёт Арии? — спросила Адель.

— Ария? Ну, я пыталась выяснить о том, что вы говорили… — почесала затылок Шанни. — Но проблема в том, что я ничего не нашла.

— Вообще ничего?

— Через тебя разве проходят такие документы? — спросила Жаклин.

— Нет. Но проходят другие. Например, документы на расходы или необходимость привлечения новых лиц, запросы в другие органы или к определённым людям. Короче говоря, через меня проходят документы, которые косвенно укажут на подобного типа операции. И таких нет.

— Значит ли это, что она не ищет его? — нахмурилась Жаклин.

— Или ищет в тайне от других? — предложила свою версию Адель.

— Если не ищет, то хорошо. Если в тайне от других, то нам просто надо вести себя осторожно. К тому же, Адель, — прабабка Гренильда посмотрела на неё, — твоей задачей будет следить за ней. Чтоб она не вышла на охотника.

— Я понимаю.

— Отлично. А ещё, в твоих же интересах сделать всё, чтоб он стал частью нашей семьи. Приведи его к нам в дом. Хотелось бы посмотреть на наследника синего демона.

— Я поняла.

— Отлично, — прабабка Гренильда расслабленно облокотилась на спинку кресла. — Раз мы с этим разобрались, тогда… может чая с водкой?

Рею как и Адель тоже не пришлось скучать. Только если Адель получила своё только на выходных, Рею пришлось отдуваться в будни. И первая неделя для него была самым настоящим кошмаром.

— РЕЙ! МОЛИСЬ БОГУ ЕСЛИ ЭТО ТЫ ВАЛЯЕШЬСЯ НА ТРАВЕ!!!

Муромец был похож на огромного разъярённого медведя, который мчался к своей добыче.

— РЕЙ!!!

Муромец встал над обездвиженным телом, которое должно было отжиматься. Но тело не отжималось, оно просто лежало, уперев руки в землю. Муромец толкнул тело ногой, но эффекта было ноль.

Уже третий день подряд Рей просто отключался на тренировках. Муромец уже отправлял его в медсанчасть. Но там сказали, что всё вроде в порядке. Правда этому заявлению Муромец не сильно доверял. Рафаэлла была в отъезде и там принимала какая-то молодая девушка-лекарь, которая толком и магическое обследование провести не могла.

Но будь это что-то серьёзное, она бы должна была это заметить. Так рассудил Муромец и без устали продолжала гонять Рея.

Вот и сейчас Рей, как и в прошлые раз, отключился и не подавал признаков жизни. Это порядком достало Муромца, поэтому он решил расспросить курсантов.