Госпожа Повариха (СИ) - Стрельникова Кира - Страница 42

— Я бы с удовольствием, но не могу, — покачала головой, повязывая фартук. — Меня тоже пригласили, — призналась напарнице, но пока решила не говорить, кто.

— Юлиан? — восторженно пискнула Руня и всплеснула руками.

— Нет, не он, — я поправила чепчик и решительно направила энергию девушки в нужное русло, озадачив ее необходимыми поручениями.

Успеем еще поболтать, в том числе и о наших кавалерах.

Эрик почти не помнил пути обратно до кабинета, пребывая в мечтах, как мальчишка, только-только познавший первую любовь. Об Иоанне хотелось знать все, все ее пристрастия, интересы, что ей нравится, чем она любит заниматься в свободное время. И сегодня наконец у них получится нормальное, полноценное свидание, а не встречи урывками. Пальцы князя коснулись предплечья, где под камзолом и рубашкой серебрился узор. Его айсу, милая ушастая девочка с пушистым хвостом. Теперь уже можно не запрещать себе думать о ней, смаковать мысли и предвкушать встречу. Кажется, такого с ним не было даже в прошлом году, настолько сильных эмоций к прежней избраннице его магии Эрик не питал. Но князь и не возражал против такого поворота.

Зайдя же в кабинет, его светлость вынул переговорный артефакт, связавшись с одним из своих людей.

— Наблюдайте за графиней, она должна покинуть дворец в течение суток, — приказал он. — Пришли ко мне человека, я дам распоряжение проверить одно место, и продолжайте присматривать за Иоанной.

— Да, мой князь, — ответил невидимый собеседник, и Эрик наконец уделил внимание его величеству.

— Прошу простить, утро выдалось бурное, — с извиняющейся улыбкой сказал он, соединив перед собой пальцы.

— Да, я вижу, — хмыкнул Казимир и посерьезнел. — Юлиан идет на поправку, я был у него, это радует. А еще, ты знаешь, что возвращается мой двоюродный брат?

— Да, мне уже доложили, — Эрик поморщился и потер переносицу. — Очень не вовремя, если честно.

— А когда это Дариш вовремя являлся? — Казимир криво усмехнулся. — Он просто внезапно решает, что ему надоело шляться по соседним странам и возвращается во дворец, прибавляя мне головной боли. Так что, советую поскорее все выяснить с Иоанной, — его величество выразительно посмотрел на своего советника.

Эрик только поджал губы, сложив ровной стопкой бумаги. Дариш — это не Юлиан, он привык брать то, что хочется, и да, возникнут проблемы.

— Полезет к ней — набью морду, — буркнул князь, сжав кулак. — Не посмотрю, что королевский родственник.

— Я сделаю вид, что ничего не заметил, — кивнул король. — Жаль, мне по статусу не положено бить морду, даже родственнику, который этого вполне заслуживает. Что там, по покушениям тишина? — резко перевел тему Казимир. — И что с графиней?

Эрик кратко пересказал недавние события и подвел итог.

— Полагаю, леди использовали втемную, но сомневаюсь, что мои люди что-то найдут на том месте, — он погладил подбородок. — Слишком все гладко выходит, прямо не подкопаться, — брови князя нахмурились. — Кто-то тщательно подготовился, не оставив зацепок…

— Кроме ведущих к тебе ниточек, — напомнил Казимир. — Ладно, я понял. Пошел ловить Дариша, попробую держать его подальше от тебя и твоей ушастенькой, — его величество поднялся. — И, Эрик, — он внимательно посмотрел на хозяина кабинета. — Будь осторожен, я прошу, — после чего монарх вышел из помещения.

Последний совет уж точно был лишним, Эрик и так не собирался совершать глупостей — сейчас, когда у него появилась Иоанна.

Обед для королевы я сделала первым, естественно, а потом уже принялась за готовку для Юлиана. Решила порадовать его высочество легкими, питательными блюдами: сырным креп-супом с сухариками и картофельно-овощной запеканкой. Мясо пока не надо, пусть сил набирается потихоньку. Мурлыча под нос мелодию, я лавировала по кухне, собирая нужные ингредиенты, ловко избегая столкновений и в мыслях пребывая очень далеко от этого места. Да-да, я уже продумывала меню для ужина, то и дело ловя себя на мечтательной улыбке, и просто чудо, как ничего не перепутала и испортила. Собственно, случилось закономерное — я все-таки столкнулась с какой-то женщиной из работавших на кухне, и счастье, что она ничего не несла в руках.

— Ох, простите, — извинилась я, потирая ушибленную руку.

— Ничего, бывает, — буркнула она сиплым голосом и поспешила дальше по своим делам.

Я же вернулась к столу, где Маруня уже нарезала овощи. Сложив все для запеканки в емкость и залив сливочным соусом, я отправила в печку, занявшись супом. Вскоре все было готово, и поставив тарелки на поднос, я отправилась к Юлиану, надеясь, что ему и в самом деле стало лучше. А вот где-то на середине пути поплохело уже мне: появился жар, дышать стало трудно, и перед глазами все поплыло — пришлось ухватить поднос крепче, чтобы не перевернуть еду. Эрик, что ли, силу применяет? Ну… Он же не обещал не делать этого, а вдруг надобность и правда сильная? Чуть замедлив шаг, я попыталась протолкнуть воздух в легкие, и мне это удалось, раза с третьего. Так. Надо донести еду до Юлиана хотя бы, негоже растянуться тут среди осколков посуды и остатков супа. Кажется, последние шаги до покоев принца я проделала почти бегом и ничего не видя перед собой, воздух царапал горло, не желая проникать в легкие, и тело начала бить крупная дрожь. Вот напасть.

Я ввалилась в покои Юлиана, слизнув выступившие капельки пота над верхней губой, дыша, как загнанная лошадь. Внутренности словно наматывали на раскаленную кочергу, но я все же дошла до спальни, где лежал принц и читал какую-то книгу. При виде меня он тут же отложил ее и с удивлением протянул:

— Иоанна? Ой, ты мне поесть приготовила? Здорово, — обрадовался он, пока я кое-как пристраивала поднос на тумбочке. — Что с тобой, Анни? Тебе плохо? — заметил он наконец, но ответить я не успела.

— Ну, где наконец мой племянничек? — раздался в покоях громкий голос, и я обернулась на слабеющих ногах.

На пороге спальни стоял высокий, статный мужчина в простой одежде, с мужественной внешностью, и его даже можно было назвать красивым, но все портила усмешка, в которой отчетливо читалось превосходство. А при виде меня в глазах загорелся знакомый огонек чисто мужского интереса, и это последнее, что я видела. В кости как будто залили жидкий огонь, и, кажется, я хрипло вскрикнула прежде, чем потерять сознание. Хорошо, что рядом стояла мягкая кровать Юлиана, набивать шишки о твердый пол не очень хотелось.

Дальнейшие воспоминания так и остались обрывочными, я не смогла их восстановить. В какой-то момент, ненадолго вынырнув из беспамятства, ощутила, что меня куда-то несут, причем бегом, похоже. Слышала вроде голос Эрика, срывающийся, хриплый.

— …Найдите эту дрянь. За шкирку притащить ко мне, но найти…

Потом снова провал в жаркий, наполненный болью колодец, из которого меня снова вытянул знакомый голос:

— Анни… Хорошая моя, придется потерпеть… Мне надо убрать из тебя это, понимаешь? — прохладные ладони обхватили лицо, и я с трудом сфокусировала взгляд на расплывающемся Эрике.

Хрипнула что-то невнятное, не совсем понимая, о чем он говорит, а потом опять отключилась, утонув в черном ничто, но еще успев закричать от невыносимой боли, превратившей кости в труху, а мышцы — в кисель. На этот раз беспамятство было долгим, и сколько прошло времени с момента моего прихода в покои Юлиана, я понятия не имела.

Следующее возвращение в реальность принесло облегчение: ничего не болело, только ужасающая слабость растеклась по телу так, что ни рукой, ни ногой не пошевелить. Оставалось лишь вращать глазами, осматриваясь, где нахожусь и что вообще вокруг происходит. Сразу поняла, что комната точно не моя: в моей нет такой роскошной широкой и мягкой кровати, расписного потолка с деревянной отделкой и камина. И еще, уж точно в моей комнате не поместилось бы кресло с дремлющим в нем Эриком. В одной рубашке с закатанными рукавами, встрепанный, с тенями под глазами, он чуть приоткрыл рот, откинувшись на спинку и свесив кисть с подлокотника.