Ни богов, ни королей (СИ) - Карпов Илья Витальевич - Страница 31

— Не беспокойтесь, герр Эльдштерн. Если вы будете молчать, я не доставлю вам неприятностей.

— Поднимешь руку на старика, сынок? — Карл тоже перешёл на имперское наречие.

— Нет. В этом случае мне велено поступить иначе. — Рихард Вайс хищно улыбнулся, обнажив желтоватые зубы. Алхимик тут же понял, кто пострадает, если он проговорится.

— Мы можем, наконец, отправляться? — Нетерпеливо спросил эльф. — В Энгатаре меня ждут важные дела, к тому же не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством, лорд Рейнар.

После этих слов улыбка сползла с лица Дериана Рейнара.

— Не смею более вас задерживать. — Процедил он. — Карета ожидает во дворе. Орвальд вас проводит.

Лорд развернулся и быстро зашагал прочь. В этот же момент, словно из ниоткуда, появился старичок в чёрном камзоле. Он представился Орвальдом Эшхартом, кастеляном Пламенного замка и верным слугой Его светлости лорда Рейнара и, с опаской взглянув на Вайса, велел идти за ним. Алхимик полной грудью вдохнул свежий воздух, по которому уже давно успел соскучиться за время заточения, и даже ощутил, как слегка закружилась голова. Во дворе замка уже стояла запряжённая парой лошадей повозка без крыши, которую лорд Рейнар так громко назвал «каретой», и коренастый мужчина в измятой чёрной рубахе, державший за уздцы пару гнедых коней. Обыкновенная телега, что выглядела чуть приличнее тех, на которых возят сено, но теперь было грех жаловаться. Карл взглянул вверх и с неудовольствием отметил собирающиеся тучи. Они выглядели чернильными пятнами на небе, затянутом молочно-белым полотном от горизонта до горизонта, и грозили вот-вот пролиться дождём на этот ставший ненавистным город.

— И никакого навеса? — Удивился эльф и обратился к Орвальду. — Что, если в пути нас застанет дождь?

— Его светлость не велели. — Отчеканил старичок.

— Его светлость не в силах запретить дождю идти. — усмехнулся эльф и укоризненно взглянул на кастеляна. Тот ничего не ответил и направился обратно в замок.

Рейквин проворчал ему что-то вслед на неизвестном Карлу языке, видимо, эльфийском, после чего вздохнул и взобрался на телегу. Двое стражников оседлали коней, кучер, кряхтя, занял своё место в повозке. Вайс учтиво поинтересовался у Карла на ригенском, не помочь ли ему взобраться, на что алхимик ответил, что ещё не настолько стар, чтобы не сделать этого самостоятельно. Повозка тронулась с места неторопливо, будто кучер боялся, что она развалится, но как только ворота стен Пламенного замка остались позади, кони прибавили ходу. Тогда же к ним присоединилась пара всадников в чёрных плащах с золотыми драконами.

Даже несмотря на пасмурный день, Карл наслаждался возможностью вновь дышать свежим воздухом. Его даже не смутил целый сонм запахов, приятных и не очень, ударивших в нос, пока они проезжали мимо рыночной площади. Дикая смесь чеснока, пота, мяса, нечистот, зелени в иной ситуации заставила бы поморщиться даже алхимика, но сейчас это был запах свободы.

— Стой! — Вдруг крикнул Вайс кучеру. В этот раз по-энгатски.

— Чего ещё? — Нахмурился тот. — Останавливаться было не велено.

— Путь неблизкий, а лорд дракентальский, как я вижу, не позаботился о провианте. Раз уж едем через рынок, почему бы не купить припасов? Не думаю, что мои спутники будут против.

Карл согласился, хоть ему и не нравилось решительно всё, что говорит или делает этот морнеральский прихвостень. Даже когда он просто сидел напротив и молча глядел по сторонам, с его лица не сползала уродливая улыбка краем рта. Но, хоть Рихард Вайс и казался Карлу ужасно подозрительным, он не мог не согласиться, что до Перекрёстка они доберутся нескоро. Эльф тоже не был против, и громила лихо спрыгнул с телеги и скрылся за спинами людей. Появился он как раз в тот момент, когда кучер стал недовольно озираться по сторонам, а стражники хотели было отправиться на его поиски.

— Господа стражники меня уже потеряли? — Рихард всё так же улыбался уголком рта. — А вот тебе за простой. — Он бросил на козлы серебряную монету.

— Ну, за полновесный я могу и часок-другой подождать. — Кучер расплылся в улыбке. — Едем?

— Едем. — Рихард поставил на телегу большую корзину со снедью и запрыгнул следом. — Ну, вот теперь можно и поговорить. — Он вновь перешёл на ригенский.

— Не лучше ли говорить на общедоступном? Нашему спутнику будет неловко. — Карл взглянул на эльфа.

— Ничуть. — Вдруг отозвался эльф на ригенском. — Хоть мой ригеншпрах не идеален, но, полагаю, мне не составит труда поддержать беседу. К тому же, так мы избавимся от лишних ушей. Сомневаюсь, что сопровождающие нас знают ригенский. К тому же я не люблю, когда разговоры подслушивают.

— Ну, в таком случае нас ничего не удерживает от беседы, чтобы скрасить скучную дорогу. — Проговорил Рихард. — Кажется, нас друг другу уже представили. О вас, Карл, я наслышан от моей госпожи. Чему, впрочем, вы не особенно рады, как я вижу.

— Правильно видишь. — Буркнул Карл. — Можешь сколько угодно разбрасываться серебром и улыбаться, вот только я тебя насквозь вижу.

— Ну, господин Эльдштерн, перестаньте. Я ведь всего лишь наёмник. У меня приказ, подкреплённый некоторой суммой. И то, что вы так не любите мою нанимательницу, всего лишь досадное стечение обстоятельств.

— Не люблю? Вовсе нет. Скорее, считаю её отродьем самых непроглядных глубин Ада. И на то есть основания, поверь, Рихард.

— В любом случае, лично к вам, господин Эльдштерн, у меня никакой неприязни нет. Мне неизвестны, да и, честно говоря, вовсе неинтересны ваши отношения с госпожой Морнераль. А потому отнеситесь к нашей встрече как к стечению обстоятельств. Не будем усложнять друг другу и без того непростую жизнь.

— Согласен. — Ответил Карл. Лучше просто спокойно пережить эту поездку, не болтать лишнего и добраться до Рии в целости и сохранности.

— Вижу, у вас есть общие знакомые. — Сказал Рейквин. — Вы ведь оба из Ригена, не так ли?

— Верно. — Ответил Рихард. — Я родом из восточных рубежей Империи. Отец из Валенберга, а мать откуда-то из Анмода. Она-то мне при рождении имя чудное дала. Пареньку с именем Ирмос в Империи было бы совсем туго. Потому я теперь и Рихард.

— А вы, господин Эльдштерн? — Эльф обратился к алхимику.

— А это так важно? — Нахмурился Карл. — Вы бывали в Ригене?

— Не доводилось. Если желаете, можете…

— Цеттенберг. — Неохотно ответил старик. — Оттуда мы с братом родом. Но раз вы не бывали в Империи, вам это ни о чём не скажет.

— Братом? Тоже Эльдштерн? Кажется, я слышал о нём. Не он ли выдающийся маг Альбрехт Эльдштерн из Аркентальского университета?

— Он. — Недовольно буркнул Карл. Дёрнул же его чёрт упомянуть о брате. — Мы с ним давно не общаемся. И если вам угодно обсуждать его заслуги, то прошу делать это на каком-нибудь языке, который мне неизвестен.

— Ну, будет вам, господин Эльдштерн. — Мягко проговорил Рихард и пошарил рукой в корзине. — Вот, возьмите свежую булку с зеленью да кусок сыра. Глядишь, и этот непогожий день покажется лучше. К слову, Рейквин, как так вышло, что вы ни разу не были в Ригене? Сколько вам лет? Неужели всё это время вы провели на этом клочке земли?

— К сожалению, придворный маг обязан находиться при дворе. — Вздохнул эльф. — Кроме случаев, когда король куда-нибудь его отправляет. Я родился в Энгате, провёл здесь всю жизнь и, наверное, встречу здесь смерть.

— Никогда не угадаешь, где встретишь Мрачного вестника. — Мечтательно сказал Рихард. — А если бы можно было выбрать, где и как вы бы предпочли умереть?

— Дома в постели во сне. — Негромко проговорил Карл. — И, желательно, без чьей-либо помощи. Смерть — это то, что лучше делать самостоятельно.

— Узнаю мрачный ригенский юмор. — Усмехнулся громила. — А вы, Рейквин?

— Признаться, я не раз задумывался об этом. И никогда не мог прийти к одному ответу. Но если всё же выбрать что-то одно… Где-нибудь в лесу, в уединённой хижине под звук ручья и птичьи трели. Наверное, так и должна окончиться жизнь эльфа.