Ни богов, ни королей (СИ) - Карпов Илья Витальевич - Страница 112

— Беата… — проговорили его губы. — Ты здесь… Посмертие нас объединило?

— Г… господин… Вингевельд… — девушка с трудом улыбнулась, превозмогая боль. — Я вернула вас к жизни.

Лицо архимага приобрело выражение ужаса.

— Нет… — Вингевельд закрыл глаза, и по морщинистой щеке пробежала слезинка. — Что ты наделала…

— Вы… должны жить. Должны… завершить дело… — боль в груди ослабевала. Жизнь покидала её тело.

Вдруг архимаг резко открыл глаза.

— Ты обрекла этот мир на гибель, девочка. Обрекла все миры. — проговорил Вингевельд чужим голосом, полным холода и ненависти. — Душа этого человека больше ему не принадлежит. Он выполнил свою часть договора.

Бесчувственное хладное тело Беаты Леврайд осталось лежать возле камня. Угасающим разумом она так и не осознала, что случилось. Её великая преданность обрекла мир на великие страдания.

***

— Почему аккантийские правители зовутся провентами?

— Надо полагать, потому что земли тут называются провенциями.

— А почему они так называются?

— А мне почём знать? Вон, этот сейчас прийдёт, у него и спроси.

В то утро провент города Каледоро, и земли с одноимённым названием, принимал у себя весьма необычных гостей. Один из них — пожилой человек в светлой одежде с серебряным перстнем-печаткой, другой — черноволосый эльф в моряцкой одежде с волосами, собранными в хвост на затылке. Третий на их фоне выглядел оборванцем: долговязый, русоволосый с всклокоченной бородой такого же цвета и единственным целым глазом. Когда он улыбался, было видно, что у него не хватало половины зубов. Все трое занимали плетёные кресла на опаляемой солнцем лишённой крыши террасе богатого особняка провента Каледоро.

— Ну чего там? — нетерпеливо ёрзал на стуле бородатый. Крепкий акцент выдавал в нём коренного жителя островов Миррдаэн. — В этих краях жарко, как у морского чёрта в заднице! Того и гляди, растаю, как кусок сала на сковородке.

— Потерпи, Финн, мы здесь не просто так, а сопровождаем важного человека и нашего друга. Которому мы, между прочим, многим обязаны. — недовольно сказал эльф. — А ты нас позоришь.

— Ох, простите, капитан Корваллан, что старый лоцман запятнал вашу репутацию! Меня вот больше интересует местный порт, а именно тамошние девки и выпивка.

— Надо было оставить его на корабле. — простонал эльф со вздохом. — И зачем мы только взяли тебя с собой.

— Затем, что только такой морской бродяга, как я, может отпугнуть охочих до наживы портовых голодранцев от ваших холёных шкурок. — самодовольно заявил Финн. — К тому же, тут есть, на что поглядеть. Городище, что надо. Видать, правду про Акканту говорят, будто бы местные в нужнике шелками подтираются. Кстати, я бы это прямо сейчас и проверил…

Послышались шаги, и вскоре на террасе появился невысокий смуглый человек с чёрными курчавыми волосами, облачённый в вышитую золотом свободную мантию с красным поясом. Он утёр лоб платком и, широко улыбнувшись, заговорил.

— Добрый день, достопочтенные сеньоры. Прошу простить моё опоздание, но я ожтдал вас позже. Сейчас принесут вино и виноград, чтобы мы могли начать разговор. Сегодня выдался на редкость жаркий день, и вести переговоры иначе мне не представляется возможным.

Вместе с подносом слуги принесли золотое кресло, в которое смуглокожий человек тут же погрузился с удовлетворённым видом.

— Итак, что привело вас в Каледоро, сеньор Медерик? — спросил он, сложив вместе пальцы.

— Не буду делать тайны из цели нашего визита, сеньор провент. — улыбнулся старик. — Нам нужны ваши наёмные войска.

— Для какой же цели?

— Энгата в опасности. Король Эдвальд Одеринг разрушает страну изнутри.

— Какое же мне дело до северных королей? — беззаботно спросил человек. Он закинул в рот виноградину и зажмурился от удовольствия.

— Энгата ваш северный сосед.

— Не наш. Энгата — сосед Эхлаана.

— Но вы также ведёте с ними торговлю. Притом, насколько мне известно, оборот её весьма велик.

— Даже если так, что же такого происходит в этой холодной северной стране, чтобы это заслуживало моего внимания? — смуглокожий наполнил золочёный бокал розовым вином.

— Мой осведомитель в Чёрном замке, сир Гримуальд, писал мне, что король казнил свою жену и нового патриарха, поставил во главу церкви женщину и наводит порядок в городе при помощи религиозного ордена.

— Сеньор Медерик, этого всё ещё недостаточно, чтобы захватить моё внимание.

— Также он сообщал, что король стал разговаривать сам с собой. Что иногда он шепчет странные вещи, думая, что его никто не слышит. Это явно говорит о новом витке безумия короля. — старик вздохнул. — Сира Гримуальда Гвила недавно казнили на храмовой площади, а король принял главенство над церковью, изменив саму её суть. Страна неминуемо погрузится во мрак фанатизма и жестокости. Он уже потерял поддержку многих лордов. Это прямой путь к гражданской войне.

— Гражданская война в Энгате пойдёт на пользу торговле. Почему бы мне самому не связаться с кем-то из северных лордов и не предложить услуги моих наёмников?

— Неужели сеньор провент полагает, что он единственный, кто додумается до этого? Другие провенты могут также предложить наёмников. Это спровоцирует торговую войну уже в Акканте.

Улыбка покинула смуглое лицо.

— До меня дошли слухи, — он задумчиво отхлебнул из бокала. — Об армии мёртвых в южной Энгате, которых ведёт могущественный некромант. Мне бы не хотелось так рисковать своими наёмниками.

— Да, к сожалению, эти слухи оказались правдой. — печально проговорил Медерик. — Этим некромантом оказался архимаг Академии Вальморы. Я потерял очень верного человека, пока искал тому подтверждение. Но недавно я получил весть, что некромант уничтожен в битве неподалёку от крепости Пепельный зуб.

— Много же у вас осведомителей, раз вам известно всё, что творится в Энгате. — заметил провент.

— Да, их у меня более чем достаточно. — улыбнулся старик. — К слову, капитан Корваллан, ваш брат давно хотел покинуть Морант. Теперь он может сделать это, в его услугах больше нет нужды.

— Благодарю, господин Медерик. — ответил эльф. — Бэйл давно хотел покинуть эту дыру.

— Так значит, сеньор Медерик, вы хотите, чтобы я помог вам навести порядок в Энгате, потому что мне самому это выгодно?

— Именно. — кивнул старик. — Более того, я обещаю освободить торговлю с Каледоро от пошлины.

— Интересное предложение, сеньор. — провент потёр подбородок. — Но недостаточное… Я хочу плащ из золотых колец. Гномьей работы. Слышал, гномы северных гор искусные кузнецы. Они сумеют выполнить такой заказ?

— Не сомневаюсь. — кивнул Медерик.

— За ваш счёт, разумеется.

— Разумеется.

— Что ж, я могу дать вам пять сотен моих лучших наёмников.

— Боюсь, этого будет недостаточно.

— Сколько же вы хотите? — вскинул чёрные брови провент.

— Чтобы тягаться с армиями Энгаты на равных мне нужно хотя бы пять тысяч.

— Вы задумали оставить мой город без защиты?! — провент вскочил с кресла, но тут же взял себя в руки и присел обратно. — Немыслимо! Не говоря уже о том, что вам совершенно нечего предложить взамен. Если только…

Глаза провента забегали, он поднялся с места и прошёлся по террасе, задумчиво потирая подбородок. Вдруг он остановился и заговорил.

— Сеньор Медерик, до меня дошли сведения, будто бы в Энгате вновь видели драконов. Кажется, в местечке под названием Дракенталь.

Все трое удивлённо переглянулись.

— Да, подобные слухи действительно ходят по стране. — осторожно ответил старик.

— Если это правда, то, полагаю, мы сможем договориться.

— Как вы знаете, обладание редкими, я бы сказал, уникальными вещами делает честь любому из провентов Акканты. Например, в коллекции Адольфо Марино, провента Мортенаго, есть церемониальный жезл первых аэтийских императоров. А Джакомо Фумагалли, провент Вискато, владеет клинком самого Ульнорена, Тени древа, легендарного предводителя и основателя народа тёмных эльфов. Хотя многие считают, что это подделка. — Добавил провент, глядя куда-то в сторону.