Люди в сером. Трилогия (СИ) - Юрченко Кирилл - Страница 193

Наукоподобная трескотня, подумал Павлюков, с нарастающим раздражением слушая впервые с начала экспедиции оживившегося Максютова. Удивительно только, что подобную ерунду курирует не только Комитет, но и кто-то с самого верха, похоже, сам Генеральный Секретарь. Это означает, что Максютов не один. Наверняка входит и является представителем какого-нибудь полуподпольного сборища уфологов или так называемых «специалистов по аномальным явлениям». Они мастера дурачить людей. А я-то, дурак, подписался на это…

— Простите, — более резким, чем собирался, голосом оборвал он Максютова. — Вы все время повторяете «мы», «мы». Кого вы имеете в виду под этим словом? Нам ведь так и не сообщили вашей профессии.

— Не сообщили, потому что не сочли нужным, — ответил не Максютов, а молчавший все это время Сорокин. — Арнольд Петрович является сотрудником тринадцатого отдела Комитета Государственной Безопасности, того самого отдела, который занимается изучением НЛО, разнообразных аномальных явлений, а так же всем тем, что принято считать мистикой. Мы не публикуем сведений об этом, так как не хотим понапрасну будоражить и пугать население. Но вас, уважаемые товарищи, я прошу отнестись к словам Арнольда Петровича с пристальным вниманием и полным доверием. Продолжайте, Арнольд Петрович.

Павлюков поймал себя на мысли, что при словах Сорокина, прозвучавших жестко и бескомпромиссно, он невольно выпрямился на стуле, словно сел по стойке «смирно». По спине у него пробежали холодные мурашки. Спорить и возражать сразу же расхотелось. Хотелось извиниться перед Максютовым за выраженное его сообщению недоверие, но Павлюков боялся, что этим сделает еще хуже.

— Я остановился на том, что у нас выработан контрплан, — как ни в чем не бывало, продолжил Максютов. — Для его выполнения мы и приехали сюда, в немецкий город Ольденбург. Здесь, ровно пятьсот лет назад, было положено начало ольденбургскому пассионарию, здесь, и только здесь, и должно произойти его полное завершение. А точнее, не завершение даже, а передача эстафеты. Дело в том, что инопланетяне, существа чрезвычайно расчетливые и предусмотрительные, — у нас, кстати, в ходу термин Чужие, поэтому, разрешите, я стану пользоваться им… Так вот, Чужие, занимаясь прогрессорством посредством генетически измененных пассионарий, не могли не предусмотреть каких-нибудь мер безопасности на случай непредвиденных случайностей. К примеру, выберут они основателя Правящего Дома, изменят его генетику, а он возьми да и умри до того, как оставит наследника. Средневековье — время бурное. Войны, дуэли, убийства там были в порядке вещей. Поэтому Чужие не могли не предусмотреть каких-то финтов на подобные случаи. В Западной ветви Человеческой цивилизации мы не нашли ничего такого. А вот на Востоке сразу же обратили внимание на религиозную теорию переселения душ — реинкарнацию. Она интересна сама по себе, так как, пусть по древнему и наивно, но описывает именно то, о чем я тут вам рассказал. Но еще более нас заинтересовали некоторые тибетские магические ритуалы.

До сих пор сидевший в кресле в углу комнаты, Максютов вскочил, подошел к столу, налил стакан охлажденного апельсинового сока из сифона и залпом выпил, потом вернулся на место.

— Вы, наверное, знаете об экспедиции Рериха, инспирированной нашей организацией еще в двадцатые года. Об этом, разумеется, не кричали на каждом углу, но и не держали особо в секрете. Тринадцатым отделом ЧК руководил тогда Глеб Бокий, экстрасенс, гипнотизер, мистик, крайне талантливый, наверное, можно даже сказать, гениальный человек. Организованная им экспедиция привезла из Тибета груду рукописных свитков. Сам Рерих утверждал, что они побывали в…, откуда и рукописи. Он был проводником по Тибету, ему было виднее, а сами чекисты, включенные в экспедицию, не смогли толком описать, где именно они были. Однако, по возвращении экспедиции Рерих отбился от рук, наверное, просто загордился, и прекратил сотрудничать с Бокием. Свитки начали переводить и каталогизировать, но не довели дело до конца. В тридцатых годах сам Бокий попал под жернова «чистки» и был, правда, только по слухам, расстрелян. А тибетский раздел спецхрана законсервировали до лучших времен. До наших времен, товарищи.

Максютов откашлялся, словно у него першило в горле, потом налил и выпил еще стакан сока. Все остальные, даже Павлюков, смотрели на него зачарованно и несколько ошарашено. Все учили с первого класса начальной школы, что мистики и колдовства не существует, а есть только сплошной материализм. И вот теперь, прямо у них на глазах, мистика возвращалась к жизни, а их самих, ученых, то есть материалистов и рационалистов по определению, призывали участвовать в каких-то магических ритуалах, причем делал это не кто-либо, а самая могущественная и здравомыслящая организация в стране. Не считая, разумеется, КПСС — Коммунистической Партии Советского Союза, страны победившего агностицизма.

Это не просто непривычно. Это попросту страшно, подумал Павлюков, чувствуя, что начинает терять чувство реальности. Материальное окружающее становилось зыбким и колеблющимся, как дым на ветру. Вещи и сущности перетекали из одной в другую, и он почувствовал, что тонет во всем этом, лишенный опоры, и что единственной такой опорой, соломинкой, протянутой ему на помощь, являются доходившие как бы издалека слова Максютова.

— На одном из этих свитков описан ритуал искусственной реинкарнации. В отдельных случаях тибетские монахи не ждали, пока усопший возродится в новом теле — да и где еще искать этого реинкарнированного. Они могли с помощью этого ритуала — для удобства и чтобы не резало слух, назовем его Метод ИР, — ренкарнировать конкретного усопшего в конкретный организм, причем не обязательно новорожденный, а и во вполне взрослый. Для Метода ИР необходимо иметь лишь немного останков усопшего — любых, плоти, костей, чего угодно…

— И вы верите во весь этот бред? — не выдержал Павлюков.

Он всю жизнь воспитывался в уважении и страхе перед всемогущей организацией с аббревиатурой из трех букв. Но также он воспитывался в духе строжайшего атеизма, отрицавшего любую веру. И теперь эти два чуть ли не врожденных стремления столкнулись в нем лоб в лоб. Никогда Павлюков не был еще в таком странном, двойственном положении, когда было необходимо выбрать какую-то одну сторону, в то время как он всю жизнь твердо стоял сразу на обеих.

— Вы же ученый, — с легкой укоризной в голосе ответил Максютов. — Мы не обязаны ничего принимать на веру. Мы неоднократно проверяли метод ИР. Он работает, причем работает стабильно, в ста процентах опытов.

— Но ведь души не существует! — чуть ли не в голос закричал Павлюков. — Реинкарнация — это переход души из тела в тело! Как мы можете реинкарнировать то, чего нет?

— А кто хоть слово сказал о душе? — спокойно парировал Максютов. — Владимир Ильич отрицал существование души, и был совершенно прав. Души в религиозном смысле этого слова не существует. Но есть генетика. Метод ИР — это передача генов от одного организма к другому. Причем, скорее всего, не всех генов, а лишь ту часть обширного генофонда, которая позволяет отличать одного существо от другого, так сказать, передача его генетические особенности. Это и есть запасной вариант Чужих, метод исправления случайностей, страховка на то, что созданные ими пассионарные династии не прервутся, а будут существовать, сколь им это будет угодно. Да, Метод ИР — это не передача личности. Личность умирает, поскольку все мы смертны, и марксизм-материализм исчерпывающе доказал это. Метод ИР — это передача ПАССИОНАРНОСТИ. Мы не собираемся возрождать давно расстрелянного монарха. Это невозможно, нелепо и бессмысленно. Мы собираемся забрать из его останков ту часть генов, которые отвечают за ПАССИОНАРНОСТЬ, и передать их нужному человеку. Наша страна уже тридцать лет нуждается в сильном, жестком, властном и умном лидере. И не просто лидере, как таковом, поскольку человек смертен, а в династии, которая будет существовать века, — глаза Максютова внезапно блеснули неприкрытым фанатизмом. — Вот истинная цель нашей экспедиции. И мы близки к ее завершению. Останки мы нашли. В ночь на двадцать второе июня мы проведем древний ритуал, воспользуемся Методом ИР, после чего благополучно уедем домой. Разумеется, все участники будут достойно вознаграждены.