Люди в сером. Трилогия (СИ) - Юрченко Кирилл - Страница 169

— Еще и немного психологии, — скромно потупился Векшин. — Но вы не подумайте, я все это не корысти ради. Просто все мы еще в начале Пути, многого пока не можем и лишь стремимся к Совершенству. А люди весьма недоверчивы. Они постоянно требуют подтверждения моих слов и теорий. Чудеса им подавай, да и только. А взносы все я трачу лишь на благое дело нашего Общества, — вдруг поздновато спохватился он.

— Ну, доходы и на что вы их тратите, меня интересуют меньше всего, — «успокоил» его Вольфрам. — Ими будут заниматься совсем другие люди, если сочтут это нужным. А давайте мы с вами поговорим сейчас о Леснике.

— О ком? — не понял, или сделал вид, что не понял Векшин.

— О Павлове Сергее Федоровиче, известном также под кличкой Лесник. Неужели не знаете? Вы же с ним были друзьями.

— А-а, вы о Сереге? — сказал Векшин. — Но что о нем говорить? Он же умер в прошлом году. Какой-то там пожар в лесу, что ли. Я, честно, не совсем в курсе. Да и насчет друзей — это слишком громко сказано. Ну, собирались раз в пару месяцев. Ну, выпивали там, беседовали…

— Вот об этом и поговорим, — кивнул Вольфрам. — Только погодите минуточку…

Он быстро вышел из «допросной», тщательно прикрыв за собой дверь, и сунул голову в соседнюю комнату.

— Так, мужики, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, — кто-нибудь, живенько ноги в руки, слетайте к медикам. У них должен быть протокол осмотра вещей и одежды объекта. Живенько притащите мне копию. — И вернулся в «допросную».

Серегин с Олегом переглянулись. Серегин знал, о чем идет речь. Пока Векшин проходил процедуры «приведения в чувства» после «усыплялки», медики специальными сканерами просветили его одежду, изъяли все вещи из карманов и составили по ним протокол. Вот его-то и велел принести Вольфрам.

— Кто пойдет? — задал риторический вопрос Серегин.

— А ты не догадываешься? — издевательски усмехнулся Олег. — Разумеется, самый молодой. У тебя ножки должны быть еще не уставшие.

— Ах, ты, «дедушка», — протянул Серегин, но ничего другого ему не оставалось, пошел, хотя очень хотелось услышать, что будет Векшин рассказывать про Лесника.

Разумеется, у медиков пришлось задержаться гораздо дольше требуемого. Вначале не было на месте того, кто конкретно изучал имущество Чудотворца (Векшин проходил по «Делу» в «Консультации» именно под такой кличкой). Потом он появился, но не мог вспомнить, куда именно сунул протокол. Наконец, протокол был откопирован, подшит, помечен штампом «копия» и торжественно вручен Серегину.

Серегин помчался обратно в Следственный Сектор, но, конечно же, многое пропустил. Разумеется, вся беседа-допрос записывалась на видео, но было проблематично, что Серегину дадут потом просмотреть эту запись. Он уже понял, что в «Консультации» не принято отягощать своих сотрудников излишней информацией. А кто решает, что лишнее, а что — нет? Разумеется, начальство. В данном конкретном случае это будет решать Вольфрам…

— Ну, как? — полушепотом спросил Серегин, почти вбежав в комнату, где в одиночестве сидел Олег.

Здесь не было ни диванчиков, ни прочей удобной мебели, а только жесткие стулья со спинками, заставляющими вспомнить инквизицию. Но Олег и на таком стуле умудрился развалиться в самой похабной позе.

— Нормалек, — лениво бросил тот взмыленному Серегину. — Не мешай, стажер. Скоро уже закончат.

— …есть детектор лжи. Хотите, чтобы вас допросили на нем? — устало говорил Вольфрам. Он явно выдохся и потерял интерес к беседе.

— Да правду я вам говорю, правду! — чуть ли не был себя в грудь измочаленный, со всклокоченными редкими волосами несостоявшийся Чудотворец. — Никогда не видал я у Серого никаких аппаратиков и прочих прибамбасов. Уж если бы видел, то запомнил бы. Сами должны бы уже понять.

— Не забывайтесь, Векшин! — рявкнул Вольфрам. — Ваше дело отвечать на вопросы.

— Так я же и отвечаю, — чуть не плакал Святой. — Не знаю, что у него там было или не было дома. Не бывал я у него в гостях, у меня всегда собирались или на природе, так что врать не буду. А при нем не бывало ничего такого. И сам он их мне не демонстрировал, и случайно я у него ничего не видел.

— На природе? — встрепенулся Вольфрам. — А где именно вы пили на природе? В определенном месте или где придется?

Векшин шумно выдохнул и провел дрожащими ладонями по покрасневшему от страха и усердия лицу.

— Ну-у… Когда как, — сказал он. — Раз на раз тут не приходилось. Собственно, действовали мы по погоде. Летом да при солнышке — почему бы и за город не вылезти. В скверике-то где мусора… прошу прощения, милиция не дала бы культурно посидеть. Особенно последнее время лютуют они насчет распития в общественных местах. Да и вообще, в кино уже стало не сходить днем или там в магазине в очереди постоять — тут же патруль. Предъявляй им документы и доказывай, что законно ты в кино пошел, а не с работы сбежал, как последний прогульщик. Впрочем, это вы и сами знаете…

— Знаю, — с полным знанием дела кивнул Вольфрам, словно сам ходил в таких патрулях. — Вы лучше ближе к делу, о пикничках ваших.

— Так я же и так к делу, — обиделся Векшин. — Самое милое дело — за город. Сел на трамвай, доехал до конечной, а там пара шагов — и в лесу. Дорога там есть малохоженная. Садоводств в том направлении никаких, а тянется эта дорога аж, говорят, от Вирска и до самого Байкала, и встретить на ней можно разве что грибников, если сезон. А лес — он лес и есть. И под каждый кустом готов стол и дом — как-то так. Ну, стол, разумеется, с собой брали, то есть пару беленькой, десяток пива, отлакировать чтобы, ну и закусона какого, колбаски там, кильку в томате…

Пользуясь полученными на курсах знаниями, Серегин понимал, что Векшин дошел до той стадии, до какой доходят все допрашиваемые, когда слова льются безудержной рекой, как из сорванного крана, и следователю остается лишь направлять этот словесный поток, указывая направление.

— Не, мы не упивались вусмерть, не ханыги же какие, — продолжал Идущий к Богу. — Так, принимали пару стаканчиков, чтобы расслабиться, закусывали, а потом потихоньку потягивали пивко и общались. А кругом птички поют, насекомые жужжат, лес шумит — хорошо…

— Ближе к теме, — оборвал его Вольфрам. — О чем конкретно беседовали?

— Не, о политике мы ни-ни, — испугался вдруг Векшин. — Серый всем этим не интересовался, да и я как-то тоже. Так что если вы к этому хотите подвести, так тут промашка у вас, гражданин следователь, — он уже вполне освоился с редко употребляемым в приличных кругах обращением.

— Вы рассказывайте, как было, — подтолкнул его Вольфрам. — Гадать после будете.

— Я и так, как было, — обиделся Векшин. — О звездах мы частенько говорили, например.

— О чем? — недоверчиво сощурился Вольфрам.

Серегин тоже чуть не поперхнулся слюной. Необычная получалась картинка. Собираются два мужика выпить, и достаточно регулярно, не раз и не два. И о чем они говорят? Не о бабах, не анекдоты травят, и даже жизнь свою не ругают, а беседуют о звездах, причем ни один из них ни астрономом, ни даже просто ученым не является. Прямо-таки скажем, довольно нетипичная картина.

— О звездах, — повторил Чудотворец. — Ну. Разумеется, не только о них, вообще о Вселенной, о существах, населяющих ее — а то, что в одной только нашей галактике должны быть миллионы разумных рас, Серый не сомневался, — о Создателе, и много о чем таком. С Серым интересно на эти темы было беседовать. У него всегда было свое мнение. Может, во время этих разговоров я и понял, где кроется Истина!

— Стоп! — тут же прервал его Вольфрам. — Вот об Истине не надо. Наговорились уже о ней, тут мне все ясно. Вы мне лучше скажите, а вот от города-то вы далеко отходили на пикнички эти ваши? По лесной-то дорожке да под теплым солнышком и два километра — не крюк.

Серегин сообразил, куда клонит Вольфрам, и выругал себя мысленно за недогадливость. Это ведь именно на той лесной, заброшенной, но все еще проходимой дороге, в трех километрах от города было зимовье, куда регулярно наведывался Лесник. То самое зимовье, которое два года назад пыталась взять штурмом рота «Каскада», по наводке капитана Дежнева из «Консультации» и его опергруппы. Пыталась, да вся там и полегла во время странного лесного пожара. Интересное совпаденьице. Да ладно, совпадение ли это? Не бывает таких совпадений. Были артефакты у Лесника, это факт. Другой вопрос, откуда они вообще взялись, и совершенно третий вопрос, зачем они взялись. Лесник несомненно имел контакты с кем-то таким интересным и хитрым. И эти контакты имели далеко идущие планы, причем не со стороны Лесника.