Люди в сером. Трилогия (СИ) - Юрченко Кирилл - Страница 156

— Тогда мы здесь ни при чем, — отрицательно качнул головой Вольфрам. — Мы здесь с Сергеем Ивановичем работаем здесь менее полугода. До нас были другие.

— Я в курсе, — чуть наклонил голову Куратор. — Говоря «у вас» я имел в виду ваше региональное отделение «Консультации». Операция «Невод» была проведена не чисто. С погрешностями. С ошибками. В итоге артефакт попал в руки случайного человека. Это очень опасно. Наши хозяева очень встревожены этим фактом. Артефакт негативно воздействует на людей. Его нужно изъять. Нужно выявить его нынешнего владельца и изъять у него артефакт.

— Понятно, — сказал Анисимов. — Для этого нужно больше информации. Что за артефакт? Как выглядит? Как именно негативно воздействует? У кого он может находиться, в смысле, как его лоцировать?

— Это неизвестно, — ответил Куратор.

— Тогда задача невыполнима, — сказал Вольфрам. — Найти, не зная что, не зная где и у кого?.. Невозможно. От чего-то же мы должны отталкиваться.

— Есть подозреваемый, — по-прежнему без эмоций сказал Куратор.

— На чем основаны подозрения? — тут же спросил Вольфрам.

— Имеется ключевой момент, — пояснил Куратор. — 6 июня 1981 года. День проведения операции «Невод». Есть факты, что при постоянном контакте с артефактом человек меняется, следовательно, неизбежно будет меняться его поведение в обществе — порвутся прежние связи, возникнут новые, неожиданные. Это можно отследить. Мы это уже отследили. Операция «Невод» была проведена в вашем регионе, в трех километрах от города Вирска.

— Глухомань… — простонал Вольфрам.

— Через неделю после этого на том месте побывал учитель биологии местной школы номер два, — продолжал Куратор. — Векшин Аврелий Борисович. Месяц спустя он резко уволился с работы и переехал в Сибирск. Вы сможете найти его и проверить на наличие у него артефакта.

— Это мы сможем, — вздохнул Анисимов. — Но… Впрочем, здесь все понятно. Для начала я думаю, нужно поднять документацию и найти того, кто проводил операцию.

— Это ваша работа, — сказал Куратор. — У меня все.

Вольфрам упорно молчал, разглядывая ковер на полу.

Анисимов снова вздохнул.

— Мне одно непонятно, — сказал он. — Можно же было просто сбросить сообщение. Почему вы прибыли лично?

К удивлению Вольфрама, Куратор немного поколебался, прежде чем ответить на этот вопрос. Задержка длилась долю секунды, но не укрылась от опытного взгляда оперативника.

— Изъятие артефакта должно быть проведено в тайне. Даже от ваших коллег по «Консультации». Вы глава местного филиала «Консультации» и должны быть в курсе. Мои хозяева захотели, чтобы оперативную часть работы провел Георгий Волков, — к удивлению Вольфрама, на бесстрастном лице Куратора возникла легкая тень улыбки — только чуть приподнялись уголки губ, — который любит имя Вольфрам.

— В одиночку я много не наработаю, — проворчал Вольфрам. — Нужно подключить всю мою группу.

— Конечно, — сказал Куратор. — Но ведь они не обязаны знать, над чем именно работают.

— Все предельно явно, — кивнул Анисимов. — Мы разберемся в этом деле.

— У меня все, — Куратор одним текучим движением встал с кресла и пошел к двери, неслышно ступая по ковру.

Сделав несколько шагов, он обернулся и взглянул на Вольфрама.

— Я знаю, — сказал он, — что у людей принято не только здороваться при встрече, но и прощаться при расставании. До свидания, люди Анисимов и Вольфрам.

— До свидания, хорт Дин, — в легком полупоклоне привстал с дивана Вольфрам.

Анисимов только кивнул с улыбкой.

Куратор вышел из комнаты.

— Ну, и что означает твоя эскапада? — спросил вдруг Анисимов почти час спустя.

Все это время они просидели в его кабинете перед компьютером, собирая информацию по операции двухгодовой давности. К удивлению Вольфрама, информации было недопустимо мало. Проводила ее группа капитана Дежнева, старейшего оперативника «Консультации» и тогдашнего заместителя шефа местного филиала Парамонова.

Парамонов умер в прошлом году. Преклонные годы, три инсульта подряд, после третьего спасти не удалось, несмотря на усилия медиков «Консультации», которые много чего могли и умели. Вольфрам отметил это про себя, как мелкую странность.

Дежнев вышел в отставку по возрасту, получив к уходу звание майора, продал квартиру в Сибирске и безвылазно проживал на даче в десяти километрах от города. Телефона там не было, и Вольфрам тут же поставил для себя первым делом съездить туда.

По учителю никаких сведений, помимо уже сообщенных Куратором, выдоить из компьютера не удалось. Он вообще попал в базу «Консультации» на самой периферии, как человек, побывавший на месте проведения операции. Разумеется, Дежнев там все зачистил, да и пожар случился не хилый, так что ничего там увидеть учитель не мог. Но все же был отмечен Наблюдателями «Консультации». А место проведения любой операции как минимум неделю потом находилось под наблюдением специального отдела. Так, на всякий случай.

Вопрос Анисимова застал Вольфрама врасплох.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, с Куратором. Чего ты к нему прицепился? Обиделся, что не поздоровались с тобой? Мало уважения проявили?

— Да нет, — сказал Вольфрам. — Не в этом дело. Я просто считаю, что со своими уставами в чужой монастырь не суются. Раз Кураторы общаются с людьми, то пусть и ведут себя так, как принято у нас.

— Резок ты больно, — неодобрительно проворчал Анисимов. — В научном отделе вообще считают, что Кураторы — не разумные существа, а биороботы Смотрителей наподобие их Разведчиков, выполняющие определенные функции.

— Да нет, — усмехнулся вдруг Вольфрам. — Сегодня я точно понял, что они не роботы. Они просто косят под них.

— Нарвешься когда-нибудь, — вздохнул Анисимов. — Ладно, эмоции побоку, давай ближе к делу. Чем думаешь заняться в первую очередь?

— Разумеется, капитаном… пардон, майором Дежневым, — сказал Вольфрам. — Почему бы коллеге не навестить старика?

— Ладно, давай, коллега, — сказал Анисимов. — Только будь осторожнее, про секретность не забывай. Держи меня в курсе. И подключай своего любимого новичка, хватит ему в классах штаны на тестах протирать. Есть мысли, как назовем нынешнюю операцию?

— Есть, — кивнул Вольфрам. — Операция «Химера», например. Звучит?

Разумеется, он знал о любви начальника к мифологии. О начальстве вообще надо знать как можно больше. К примеру, имя «Баргузин» подходило Анисимову как нельзя кстати — насколько Вольфрам помнил, этот мощный байкальский ветер имеет довольно суровый нрав и непредсказуемый характер. И если во всем известной песне его просят «пошевеливать вал» — то это не более чем красивый словесный оборот. Если он захочет, и без того использует всю свою мощь, никого не спрашивая.

— Звучит, — одобрил Анисимов. — А почему «Химера»?

— Человек плюс артефакт, — любезно пояснил Вольфрам. — Соединение несоединимых частей. Чем не «Химера»?