Люди в сером. Трилогия (СИ) - Юрченко Кирилл - Страница 117

А, может, они из КГБ?

Олег вспомнил красномордого и невольно поморщился.

Нет, не оттуда, — уверенно подумал он, хотя и сам не знал, почему так уверен. Просто чувствовал…

Ляшко снова представил их себе, хорошо запомнив каждого из пятерых, особым образом выделяя того скуластого.

Может, нужно было задержаться? Не в рисунках оставить послание, а рассказать о себе?

Но по-другому он, вероятно, и не мог.

Олег задумался и попытался вспомнить, что именно он сумел передать через девочку. Однако эти воспоминания оказались затиснуты куда-то далеко, хотя все происходило совсем недавно.

Но как же? Я ведь точно помню, как я читал ей свои мысли, и она меня отлично понимала. И рисовала, что я хотел…

Попытайся вспомнить! Это очень важно!

Сквозь мозаику образов, начал прорисовываться образ крысоподобного существа.

Внезапная резкая боль, от которой Олег на какое-то время отвык, заставила его согнуться. Легион поспешил напомнить о себе.

«И не думай! Их больше нет! Лучше подумай о том, что тебе пора приступить к делу вместе с остальными! Мы должны осуществить цель!»

Ага, сейчас, ждите!

Он рассмеялся, одновременно растирая слезы. Поднялся и пошел дальше, зная и чувствуя, что идет совсем не туда, куда нужно Легиону.

— Ишь, как забеспокоились! Иди туда! Иди сюда! А вот хер вам! — прорывалось сквозь его плачущий голос.

И снова острая внезапная боль. Он пошатнулся, но упрямо двинулся в сторону, противоположную той, куда влек его Легион.

«Если ты думаешь, что сумеешь отказаться, то ошибаешься!..» — голоса шипели и хрустели, как будто кто-то переминал в мешке куски льда. Одновременно захрустело во всем теле.

Они все-таки заставили его повернуть. Впереди был мост, ведущий его к противоположному берегу. Где-то там, вероятно, поджидала его троица «меченых».

«Если думаешь, что тот человек поможет тебе, ты ошибаешься!.. Ты не сможешь жить без нас…»

А вы без меня?

Голоса на миг трусливо замолкли, когда Олег вдруг вскочил на перила моста, по которому шел, и заглянул в медленно текущую реку, завораживающую переливами неба, в которых вода закручивалась над глубиной омутов. Какая-то девушка, на которую он даже не обратил внимания, в этот момент проходила мимо и испуганно вскрикнула. Преодолев секундное замешательство, она подскочила к Олегу и с силой вцепилась в его одежду. Потянула на себя, подхватила, когда он начал падать. Вместе они повалились на тротуар, едва не ударившись затылками о дорожный барьер.

— Дурак! Ты что делаешь! — закричала она, вылезая из-под него и поправляя сбившийся сарафан.

— Я хотел убить себя, — спокойно ответил он.

Она наклонилась над ним и вдруг отвесила пощечину.

Но тут же испуганно погладила его лицо и свалявшиеся волосы. Заговорила, оправдываясь:

— Извини. Это тебе за дурные мысли! Себя убить. Грех-то какой!

Ляшко смотрел на нее с удивлением, словно не понимая, в чем причина такой ее реакции: он ведь только ответил на вопрос.

Теперь он с интересом рассматривал девушку. Что-то в ней есть, какое-то яркое сложение черт, из тысяч и миллионов женщин способное превратить ее в одну единственную.

«Она тебе нравится? — обратилось к нему сонмище голосов. — Хочешь, она пойдет за тобой?»

— Нет! — Олег попятился от девушки и вскочил на ноги.

Куда он шел? Вперед или назад?

Олег заметался, но, уже не спрашивая себя, а почувствовав, что ему нужно туда, где боль и злобный вой недовольных голосов, быстро кинулся прочь.

— Стой! Да подожди же ты, я не хотела! — крикнула девушка ему вслед.

Ее угасающий голос обжигал, требовал от Олега передумать, вернуться назад. А, может, того требовали голоса Легиона, желая подчинить себе еще одного человека не из «меченых», как тех людей в парке отдыха. А после этого заставить Олега силой передумать. Ведь ему странным образом запала на сердце эта девушка, а, значит, через это можно на него повлиять…

«Тебе она понравилась? Так вернись…»

Мне никто не нравится. Я никого не люблю. У меня нет родных, нет близких, нет друзей. Я ни с кем не хочу быть рядом… — бормотал он про себя.

Легион постепенно тоже устал бороться с ним. Сознание Олега снова прояснилось. Он решил еще раз вспомнить все то, что произошло в парке.

Та штуковина, похожая на смерч — она буквально заворожила Легион. Им было так интересно! Настолько, что Легион даже ослабил контроль над ним, и Олег сумел передать тем людям свое послание. Если они, конечно, его поймут.

Должны понять — ведь они не простые люди, Олег почувствовал это сразу. Их тоже привел на то место странный смерч, от которого становилось жутко и здорово одновременно: как заглянуть в бездну. Он бы и сейчас туда заглянул, если бы мог.

Затем он вспомнил, как забеспокоился Легион, когда появились те пятеро. Когда они начали расставлять аппаратуру, Легион, вероятно, посчитал, что дело пахнет жареным и срочно призвал «меченого» к себе. Они даже пытались взять скуластого, видно, за тем, чтобы по одиночке избавиться от нежелательного присутствия, и начать с него. А не вышло. Тот оказался силен. И как же они тогда засуетились! Как они сразу забеспокоились — голоса. Как они резко, одним махом покинули тела людей, в которых решили вселиться на минуточку, желая, видимо, прикоснуться к энергии того загадочного вихря, пристроившегося у подножия «чертова колеса» и подпитаться человеческим страхом.

А сачканули сами! Да и потом заставили его, Олега Ляшко, который никогда не праздновал труса, бежать как вспугнутого зайца, когда он пытался все же понять, что это за странный вихрь и хотел задержаться хотя бы ненадолго.

Олегу вдруг стало смешно, когда он вспомнил все это.

Он бежал и хохотал, а люди за окнами проезжавших мимо машин могли посчитать, что в дурдоме состоялся день открытых дверей.

Дойдя до конца моста, он повернулся посмотреть, не стоит ли там еще девушка, которая не дала ему броситься в воду. Нет, не стоит.

Он почувствовал, что выдохся. Легион, видимо, тоже устал и затаился до следующего раза.

Олег сбежал по лестнице вниз и медленно побрел по каким-то улицам. А потом без сил упал в траву, густо росшую в кустах между дорогой и тротуаром. Ему хотелось спать. Хотя бы пять минут. В этом виделось избавление от реальности и от тех мук, которыми сопровождались голоса Легиона.

Но спать было нельзя. Вдруг остальные трое «меченых» сами найдут его, пока он будет валяться. И Легион обретет над ним полную власть.

— Тогда я не буду спать! — с уверенностью сказал он.

Но голоса считали иначе.

Они нашептывали ему что-то, отчего голова отяжелела и начало клонить в сон.

— Нивграх! — зачем-то произнес Олег и сам не ожидал, что станет легче.

Он тут же вспомнил крысоподобное существо из своего видения о прошлом. Он повторил еще раз:

— Нивграх!

И догадался, что у этого имени, наверное, было какое-то особое значение, потаенный смысл, которого он не знал. Это имя, принадлежавшее существам, которых когда-то, тысячи лет назад видел его далекий предок, должно было помочь ему бороться с Легионом. Казалось, от него что-то напрягается внутри. Появляется какая-то пружина, не дающая Легиону окончательно взять его в тиски. Он подозревал, чувствовал — Легиону не нравятся эти существа. Что-то они не поделили между собой в далеком прошлом. Вот зачем был тот сон — это послание. И он, как сумел, передал его по эстафете тем людям!

Теперь что-то более менее конкретное вроде бы сложилось.

Так вот кого вы так боитесь!

«Их больше нет!» — прорычали голоса и собрали всю силу, чтобы отомстить.

Это была опасная игра. Они стращали его внезапной болью, он их — ударами слова, ставшим для него чем-то вроде заклинания. Хотя повторять бесконечно «Нивграх, Нивграх…» Олег не мог, опасаясь, что армия поселившихся в нем созданий привыкнет и перестанет бояться.

Он бы и сам нашел этих злосчастных Нивграхов, чтобы они избавили его от Легиона — если бы имел перед собой вечность и знал, где искать. Но, даже если этих существ больше нет, то тот скуластый человек (надеялся Олег), он поймет, что значит это имя, и сможет помочь ему прежде, чем Легион сумеет его окончательно одолеть. Это Олегу казалось, как «дважды-два», хотя и сейчас он не сумел бы объяснить, почему так считает.