Люди в сером. Трилогия (СИ) - Юрченко Кирилл - Страница 108

Он продолжал ощупывать рукой стену, пока не наткнулся на пустоту. Это была ниша, в которой когда-то стояла золотая статуя. Ниша была примерно полтора метра в ширину. Олег протянул руку и двигался короткими шажками. Казалось, что он никогда не нащупает противоположный угол ниши.

Внезапно Олег ощутил под рукой что-то гладкое, и вовсе не край стены.

В первый момент он испугался и отдернул руку. Но любопытство взяло верх. Олег снова вслепую притронулся к непонятному предмету, уже обеими руками. Он понял, что это статуя. Под пальцами его возник образ существа с вытянутой не то собачьей, не то крысиной мордой. На голове шлем, тяжелые плечи в панцирном облачении.

Откуда она здесь? Ведь мы их все вытащили! — подумал Олег.

Внезапно в тоннеле вспыхнул свет, заставив зажмуриться.

Олег Ляшко услышал голоса, десятки голосов. Их хор, будто совершающий молитву. Он решил вдруг, что это голоса Легиона вновь пробились в его сознании, но открыв глаза, он увидел, что каменный коридор полон людей. Обычных людей, только одетых в какие-то серые допотопные хламиды, и на ногах у них не привычная обувь, а какие-то непонятные подвертки то ли из грубой ткани, то ли из кожи.

Люди покачивались в едином ритме, завывая какую-то песню. Впереди виделся холодный свет, который становился все тусклее и постепенно угасал. Когда он окончательно исчез, люди встали, как один, и развернулись к выходу. Олег испугался, что сейчас его обнаружат, но они шли на него, совершенно не замечая. Он заметался, чтобы освободить проход, шагнул назад и вдруг понял, что ниши, где он мог бы спрятаться, нет.

Он побежал наверх по лестнице, но в этот момент толпа прошла сквозь него. Или он просочился сквозь толпу, так и оставшийся незамеченным. На секунду только помутнело в глазах, после чего он увидел себя на том же месте, на лестнице, ведущей наверх, только идущим вместе со всеми.

Олег замедлил ход и посмотрел вниз, где был вход в горизонтальный коридор. Там была чернота. Она будто звала его.

Вдруг кто-то тронул Олега за плечо. Он резко обернулся и увидел перед собой незнакомца, одного из тех, кто только что совершал обряд. Теперь он мог его хорошо рассмотреть. Высокий, почти богатырского телосложения человек был гол до пояса, с красивыми мускулами, делавшими его похожим на знаменитого Гойко Митича, бесконечно игравшего благородных индейцев, артиста, которым Олег, как и многие советские мальчишки, открыто восхищался.

Надо же, Гойко Митич, — подумал он. Как разыгралось мое воображение!

Он уже понял, что это очередной сон.

Между тем, «Гойко Митич» что-то сказал Олегу. Как будто неумело произносимые слова его только в первый момент показались невразумительными, но через мгновение Ляшко все понял.

— Нет быть здесь. Наверх, брат! Они сказать. Брат! Все наверх.

Сказав это, он кивнул Олегу и заспешил вверх по лестнице. Туда же шли остальные. Один только Олег оставался внизу.

Он уже догадался, что на самом деле на его месте был кто-то другой. Сознание подсовывало ему картины прошлого. Того, что, возможно, случилось с кем-то из его невероятно далеких предков.

Человек, в теле которого он пребывал, прислушался. Голоса наверху удалялись, постепенно стихали. Он знал, что обязан присоединиться к ним. Но что-то заставляло его не спешить.

Голоса наверху совсем стихли.

Но человека буквально тянуло вниз. Сделал несколько поначалу робких шагов, он пошел быстрее, чтобы скорее попасть в горизонтальную часть, дабы его не заметили сверху. Он спускался тихо. Кожаные лапти на ногах почти не производили звуков.

Оказавшись на прямом уровне, Олег (да нет же, не он! — а тот, в ком он был) заметил, что здесь царит чернота. Прищуривая взгляд, он пытался разглядеть, что там впереди. В реальности Олега вход в пещеру закрывала стена, сделанная из чрезвычайно прочного материала, но сейчас там было так черно, что ничего не понятно.

Теперь Олегу и самому казалось, что он отчетливо слышит голоса.

Глаза постепенно привыкли, и можно было увидеть, что стена впереди все-таки есть. Только она была какая-то странная, зыбкая и подвижная, а по поверхности ее бегали разводы, похожие на игру цветных разводов на поверхности мыльного пузыря, только цвета были преимущественно темные и холодные. Разводы становились все гуще, и создавалось впечатление, что и сама непонятная стена становится плотнее, тверже, застывая на глазах, словно быстродействующий раствор бетона.

«Нет, нет! Не надо! Не смей!» — хотелось крикнуть Олегу, когда он увидел, что чужая рука потянулась к играющей переливами стене. Ему хотелось отдернуть руку, как если бы это был он сам, ударить себя по щекам, отрезвить. Но он мог только наблюдать со стороны за чужими действиями.

И все же человек, внутри которого он находился, убрал руку. Он услышал голоса за спиной и звуки едва различимых шагов.

Олег (он уже привык считать этого человека самим собой) повернулся и увидел троих людей. Все трое в таких же первобытных хламидах и грубых обмотках. Увидев его, они испуганно заголосили. Все разом, так что Олегу сложно было перевести их речь. И все же смысл он понял: он, дерзкий, совершил неслыханный поступок, нарушил волю богов, приказавших всем покинуть пещеру. Он должен быть вместе со всеми там, наверху.

— Я нет хотеть! — пробормотал в свое оправдание человек, а вместе с ним и Олег, на совершенно незнакомом ему языке, но понимая эти простые, словно только учившимся говорить ребенком произносимые слова. — Голоса. Они звать!

Один из троих, надвинулся на него и, схватив за руку, отшвырнул прочь от стены. Олег упал. Его подхватили другие двое, помогли подняться. Олег взглянул на своего обидчика и неожиданно заметил, что тот стоит, не шевелясь, как будто к чему-то прислушивается.

Внезапно этот человек развернулся к подвижной стене лицом и сделал к ней шаг. Он простер перед собой руку, как будто желая прикоснуться к бегающим по поверхности и постепенно темнеющим разводам. Голова его была немного наклонена. Он определенно тоже что-то услышал там, за стеной.

Кто-то из державших Олега предостерегающе вскрикнул. Оба оставили его и кинулись к четвертому. Зашли вперед и начали отталкивать его от стены. Но только один смог это делать, а второй, оказавшийся ближе всех к заколдованной стене, будто впал в оцепенение.

Олег понял, что так действует сила, которая находится за стеной. Те существа, Легион (ведь он уже знает о них и может их так называть!) — их силы хватает только на то, чтобы вцепиться в сознание и подавить волю одного единственного человека. Того, который ближе всех к ним.

— Нет! Держать! — закричал Олег. И предок его, в теле которого он сейчас пребывал, вероятно, подумал о том же. Он не побежал, спасая собственную шкуру. И, несмотря на только что произошедшую стычку, готов был спасать своих.

Все четверо образовали собой кучу малу, стараясь не попасть под влияние силы, и в то же время не дать друг другу попасть в тиски онемения. Они словно уже поняли, в чем здесь подвох. Но силы были неравны. Существа за стеной попеременно высасывали из них энергию и тепло, сковывая холодом и заставляя двигаться все медленнее и медленнее, и уже не сопротивляться. Люди настолько обессилели, что существа за стеной теперь могли взяться за всех четверых. Они заставили их послушно выстроиться в цепь и выставить руки в каком-то странном положении. Впрочем, для Олега оно уже не казалось странным. Он только удивлялся тому, что сейчас стоит в этой цепи первым, чувствуя грудью, что стена, не смотря на кружащиеся по ней разводы, на самом деле твердая. Очень твердая. А голос внутри требует, чтобы Олег теперь вытянул вперед пальцы и попытался проткнуть эту стену.

Он так и сделал. Рука его словно засветилась. И поверхность лопнула под ней, словно яичная скорлупа, а сама стена под пальцами казалась вязкой и холодной. Рука Олега погружалась все глубже и глубже. Ему чудилось, что кто-то за стеной хватает его за пальцы, тащит к себе, желая притянуть всех четверых, используя их тела как таран, и разломать преграду.