Захвачненные (ЛП) - Уайлдер Джасинда - Страница 67

— И ты тоже.

— И я.

Несколько мгновений тишины, и я думаю, что она спит. Я уже почти заснул.

— Дерек?

— М-м-м?

— Если это девочка, мы можем назвать ее Ида?

— Конечно, любовь моя.

— Ида…, а какое выберем второе имя?

Я долго не отвечаю, борясь со сном.   

— Не знаю.

— Дерек.

— Детка. У нас впереди ещё пять месяцев!

— Дерек.

— Господи. Хорошо. Элизабет.

— Почему?

Я мычу в отчаянии:

— Не знаю, детка. Мне просто нравится это имя, — я зеваю. — Ида Элизабет Уэст.

— Замечательно.

Рейган 

ОбожемойсвятыйИисус! Роды никогда не бывают безболезненными. Меня разрывает изнутри. Кажется, я сломала Дереку два пальца. К счастью, это не страшно. Он не жалуется, замечательный человек. Держится, целует мой потный лоб и считает мои толчки.

— Раз... два... три... четыре... пять... шесть... семь... восемь... девять... десять. Хорошо, детка. Почти получилось, — его голос низкий и успокаивающий, прямо у меня в ухе.

— Ты её видишь? Она показалась? — я в безумии и отчаянии. Девять часов мучений и работы, и я готова к тому, чтобы эта маленькая девочка вышла из меня.

— Почти, моя любовь. Уже почти. Ещё одно усилие, — он заглядывает мне между ног. — Да, я вижу её головку. Её макушку.

— Тогда не одно усилие! Ещё тужиться… — я тяжело дышу.

— Ты почти это сделала, детка. Просто думай о «потужиться ещё».

— НЕ НАДО МЕНЯ ОБМАНЫВАТЬ!

— Ты почти вытолкнула её, детка. Правда. Ещё пара толчков, и она выскочит, — он вынимает свою руку из моей, сгибает-разгибает её, чтобы восстановить кровообращение, снова берёт меня за руку. Начинает считать: «Раз, два, три…»

Я перестаю слушать отсчёт, сосредотачиваюсь на потугах. Каждая мышца в моём теле работает только на одно: толчок! Толчок! Толчок! Не дышать, не кричать – ничего, кроме выталкивания.

Дышать, вдыхать-выдыхать. Передышка. Забыть про всё и собраться с силами. И ещё одно напряжение. Я могу это сделать. Ещё раз. Один последний раз.

ТОЛЧОК!

И тут я чувствую, как что-то происходит, что-то внутри меня сдвигается и покидает мои пределы, исчезает давление, спазмы и жгучая боль пропадают, наступает тишина, бормотание врача и медсестёр, просьба подать ножницы… Шнур? Это шнур?..

И потом я слышу этот звук, этот сладкий вопль. Крик новорождённого – тонкий, высокий, сердитый и нежный.

Тяжесть на груди, запах крови и еще чего-то. Я открываю глаза и вот она, в руках доктора, измазанная и красивая.

Ида Элизабет Уэст.

Сестра Томми и Хэнка.

Я плачу:

— Ида. Привет, малышка. Добро пожаловать в этот мир.

Дерек с трудом моргает, его голос пресекается:

— Это прекрасное место – этот мир. В нём есть прекрасные люди, которые ждут тебя, чтобы любить.

Наши глаза встречаются, и между нами – долгая жизнь, полная любви, переданной одним взглядом.

КОНЕЦ