Новый мир (СИ) - Пушкин Иван - Страница 77

Можно ли ей верить, не забудет ли он ее, когда проснется - ответа на данные вопросы у него не имелось. Но какой идиот мог пройти мимо подобной золотой жилы, даже не попытавшись отделить зерна от плевел? В конце концов, здравый смысл еще никто не отменял. Приняв окончательное решение, Кирилл с энтузиазмом погрузился в свои-чужие воспоминания.

Ресу оказались невероятно древней и малочисленной расой. Даже сейчас во всей галактике их насчитывалось не больше тридцати миллионов. Причем большая часть этого числа предпочитала обитать в колыбели своей цивилизации. Покидали Рруа считанные единицы. Учитывая технологии ресу, которые позволяли каждому обладать практически всем, что только можно вообразить, включая собственный космический корабль, с точки зрения Кирилла данный факт выглядел откровенно бредово.

Шкатулочка, впрочем, открывалась просто: цивилизация ресу уже давным-давно пережила бум своей космической экспансии. Существовали в ее истории и сотни колоний, и десятки тысяч автономных постов, и могучий флот, побывавший в практически каждом уголке галактики, но постепенно все это пришло в глубокий упадок. Причем не в результате войны, катастрофы или болезни. Просто, само собой. Не склонны ресу оказались к построению межзвездный цивилизаций и установлению власти. Большинству хватало и собственного уголка, где их желания практически приравнивались к закону.

Эллайо оказался редким исключением, не разделяя философию большинства. Такие как он считали, что помогать и направлять развитие не столь успешных видов - их долг, как высшей расы. Ресу называли его единомышленников ‘Сеятелями’ и тихонько осуждали: раз галактика не подарила им встречи с братьями по разуму, значит так тому и быть.

Впрочем, дальше шепота за спиной возмущение большинства никогда не уходило, и Эллайо мог свободно заниматься любимым делом. Последние годы он направлял развитие эйян, всерьез рассчитывая, что когда-нибудь они сумеют достигнуть уровня ресу. Требовалось лишь слегка скорректировать их генетический код, уничтожить ряд конкурирующих хищников и дать толчок к развитию. Прислушавшись к его памяти, Кирилл едва не поперхнулся. В похожем на обезьяну создании с палкой в руке он с некоторым трудом опознал далекого предшественника современного человека, а в планете - Землю. Это что еще за поворот? Зачем ему это показывают? Пытаются убедить, что своим появлением на свет люди обязаны ресу? Для чего? Ждут благодарности? Как-то слишком наивно. Да и кому подобное вообще могло понадобиться? ‘Голосу Матери’, о котором он столько слышал?

Лихорадочные размышления прервала дрожь пространства. Разум Эллайо соединился с сознанием его живого корабля, и мысленно отправился к точке возмущение. Кирилл невольно последовал за ним. ‘Всеизменяющий’ же ответственно транслировал им все свои ощущение.

Между тем в центре возмущения вспыхнула алая воронка инферно, сквозь которую в системе начали группами появляться тысячи и тысячи кораблей. Словно стилеты они скользили на фоне звезд, перестраиваясь из походного порядка в боевой. Две тысячи. Пять. Десять. Двенадцать. С каждым появившимся кораблем на душе Эллайо все тяжелее и тяжелее.

И Кирилл его прекрасно понимал. Прибывший флот производил впечатление по-настоящему отлаженной военной машины. Единообразного вида космические корабли практически синхронно выполняли необходимые маневры, занимая свое место в строю. Вперед выступали настоящие гиганты, вокруг которых треугольниками выстраивались, если судить по размерам, тройки эсминцев. Они образовывали первую и вторую линии. Основу четвертой, пятой и шестой составляли корабли с раздвоенными остриями. Их тоннаж составлял нечто среднее между гигантами и эсминцами, за что Кирилл немедленно окрестил их крейсерами. Вокруг них хватало и других кораблей, но именно им по численности принадлежало первое место. Последняя часть кораблей немедленно уходила в стороны, исчезая из восприятия.

И что этому флоту могли противопоставить ресу? Сборная солянка. Какого только вида кораблей среди не встречалось: и странные птицы, рыбы, насекомые, и непонятные кляксы, и ажурные конструкции, и сложные геометрические фигуры. Словно каждый пытался выделиться, создав нечто совершенно особенное. Так, собственно, и было.

Единственным островком порядка оказались те самые киты-переростки, которых начали выращивать с началом войны. Забавный факт, но при подавляющем численном преимуществе чужих, количество крупных кораблей в обеих флотилиях оказалось практически одинаковым.

Между тем пришельцы, выстроившись в боевые порядки, двинулись вперед. Память не давала ответа, откуда они появились. Эллайо и сам этого не знал. Как, собственно, и причин конфликта. Казалось, что чужие просто однажды появились в системе Лефтера-461 и сразу, не вступая в переговоры, атаковали один из дальних аванпостов ресу. С тех пор масштаб бойни лишь нарастал. Сородичи Эллайо пытались установить контакт и прекратить ее, но безуспешно. Пытались они и сопротивляться. На орбите Ройох осталось более трех тысяч их кораблей. Все свежее пополнение. После этого даже самым равнодушным Сеятелям и исследователям стала очевидна необходимость объединения. Кто-то пытался прятаться, но таких оказалось на удивление немного.

Чужой флот между тем разогнался до пятнадцати процентов скорости света. В таком темпе до орбиты Рруа им оставалось что-то около трех дней. Подчиненные же ресу силы начали собираться в единый флот, готовясь встретить подступающего врага. Эллайо так же скомандовал своей эскадре из семидесяти кораблей выдвигаться на соединение с основными силами. По случае он располагался практически на противоположной чужим стороне планеты.

‘Самое время поднабраться ништяков’ - определился Кирилл, несмотря на захлестывающие Эллайо волны страха и волнения.

Но не успел он сосредоточиться, как по флоту чужих проскочил, перепрыгивая с корабля на корабль, кроваво-красный разряд. За ним - еще два. И следующие. Количество разрядов стремительно нарастало, обволакивая силы пришельцев сияющим облаком.

А затем их поглотила ослепительная вспышка. Тончайшая спица света протянулась от ее эпицентра к планете ресу, и расцвела очередным алым пятном, на месте которого спустя мгновение возник и вражеский флот.

Кирилл ощутил огромный поток информации, поступающий к владельцу его временного тела. При всех возможностях хаш такая скорость мышления все еще оставалась для него за гранью, но общий посыл он уловил. Подчиненная Эллайо эскадра немедленно начала разворачиваться, отправляя в сторону появившегося на расстоянии двадцати световых секунд врага дождь снарядов. Синхронно с ними подобный маневр проделывали и все ближайшие к прорыву чужих группы кораблей.

На вторгшихся обрушился настоящий ливень. Но за несколько секунд до контакта стилеты, вокруг которых кружило по две многометровые сферы, размылись пятном краски, разбавленной водой, и во все стороны от них устремились волны уже привычной алой энергии. Объединившись друг с другом, они образовали вокруг всего флота чужих полупрозрачную пленку щита, которая уверенно встретила ливень снарядов. Полностью нивелировать его она не смогла, но почти половина тускло-синих сфер не смогла ее преодолеть. В оставшуюся часть устремились веера рубиновых лучей с эсминцев, заполняя пространство космоса взрывами сияющих облаков плазмы, и лишь небольшая доля изначального залпа достигла персональных щитов. По алым пузырям вокруг гигантов, внутри которых скрывались и подчиненные им эсминцы, побежали желтые разводы.