Новый мир (СИ) - Пушкин Иван - Страница 31

- Я предупреждал, - сказал он. - Все мы Дети Рруа.

С этого момента, кстати, он перестал называть Кирилла мягкотелым.

В общем, Лисицкому срочно требовалось нормальное человеческое общение. Не факт, что поможет, но попытаться стоит. Именно поэтому он и начал проводить как можно больше времени в помещении с ядром. Идея, как пройти сигнальную сеть, родилась у него уже давно. Если вся проблема заключается в том, что при пересечении сигнальной нити он нарушит поток дымки, то нужно просто сделать так, чтобы этого не произошло. Элементарно, не правда ли?

Дымка ведь сама по себе обладает свойством пропускать силу того же характера. Если задуматься, это становиться очевидно. В противном случае как вообще могут происходить манипуляции хаш? Атаки из-под щита? То-то же. Ключевой момент в данном утверждении: того же характера. В противном случае процесс начинался прямо противоположный.

Следовательно, если подстроить собственную силу под дымку сигнальной системы, то ее вполне можно было просто пройти. Жаль, что на практике данный прием был практически неосуществим, так как каждый источник дымки обладал внушительным набором уникальных характеристик, и копированию даже одна из них практически не поддавалась. Хотя перспективы это открывало бы фантастические. Кто бы отказался от универсального ключа к любому щиту? Но увы.

Вроде бы тупик. Но нет, не в данном случае. Кириллу и не требовалось подстраивать свою дымку под чужую, у него под руками уже имелся ее источник. А в нем кто-то даже услужливо пробил дырочку. Бери не хочу. Дело за малым: суметь.

И Кирилл решил попытаться. Первым делом он подогнал ко входу в помещение все платформы от основания башни. Конструкции без проблем слились воедино. Затем он полностью откачал из них энергию. С этим так же проблем не возникло.

Закончив подготовительный этап, Кирилл направил несколько потоков хаш к энергии ядра. Для них расстояния между сигнальными нитями хватило с запасом. Можно было бы ими снять ядро с постамента юноша уже попытался, если бы оно полностью не игнорировало воздействие дымки. Присосавшись к сердцу Ковчега, Кирилл принялся день за днем перекачивать утекающую энергию в узоры платформ.

Процесс шел тяжело, медленно и сопровождался постоянной болью. Грозовая энергия либо сжигала тело человека, либо жалкими каплями впитывалась в его энергетику. В накопители и вовсе удавалось переправить сущие крохи. Именно поэтому процесс и растянулся на месяцы. С перерывами, само собой.

Но вот наступил долгожданный день, когда узоры платформ полностью заполнились. Остался последний шаг: впустить грозовую энергию в собственное тело и выжить.

Кирилл глубоко вдохнул. Выдохнул. Накопленная сила полноводной рекой хлынула из платформ в его тело. Сцепив зубы, юноша с трудом удержал собственную силу от инстинктивной защитной реакции. Боль опалила внутренности огнем. Усилием воли он свернул собственную дымку в клубок в районе солнечного сплетения.

Словно раковая опухоль, боль начала стремительно расползаться по телу. На коже затлели многочисленные пятна, которые за считанные мгновения превратились в кровоточащие раны. Такой же процесс шел и во внутренних тканях. Все это сопровождалось просто ослепляющей болью.

По сути, от Кирилла требовалось сделать всего десять шагов. Но в таком состоянии каждый из них давался ему с невероятным трудом. Он даже не увидел, как первые сигнальные нити коснулись его тела и… беспрепятственно прошли насквозь. Вместо этого подросток считал шаги.

- Четыре… Пять, - хрипел он с кровавой пеной на губах.

Его тело между тем превращалось в настоящее анатомическое пособие: кожа почти полностью растворилась под воздействием грозовой энергии, обнажив мышцы. На полу за ним оставался широкий кровавый след. Навалилась слабость. На последних шагах он уже едва переставлял ноги, двигаясь скорее на автомате, чем осмысленно.

- Одиннадцать, - выдохнул Кирилл и рухнул вперед. Острая вспышка боли погасила его сознание.

Хаш же человека, избавленная от тисков воли, пришла в движение, вымывая из организма чужеродную энергию. В насыщенном силой пространстве башни его исцеление оставалось лишь вопросом времени.

Глава 8.

Без сознания Кирилл провалялся больше двух часов. Гораздо дольше, чем планировал. Причина просчета крылась в том, что самому Кириллу очищение организма виделось довольно простым действием, а на деле без сознательного контроля его сила едва справилась с агрессивной энергией ядра: слишком серьезный разрыв в классе оказался между ними.

Очнулся Кирилл от невероятного, просто с ума сводящего, зуда по всему телу. Причем его источники располагались под кожей и судорожные попытки почесаться совершенно не помогали. Юноше с трудом удалось сосредоточиться и разобраться в происходящем. Оказалось, что это множество частичек грозовой энергии, которые все еще оставались в его теле, продолжали свое разрушительное действие. Обнаружив источник раздражения, Кирилл довольно легко сумел подавить его.

- Как же хорошо, - избавившись от последних источников зуда, блаженно выдохнул парень.

Насладившись наступившим покоем, Лисицкий поднялся на ноги. Буквально на расстоянии вытянутой руки от него прямо в небо изливался океан грозовой энергии. Ему удалось добраться до ядра. А немного боли - это та цена, которую он вполне мог себе позволить. И в тоже время парня невольно пробила дрожь: одного прикосновения к этому потоку хватило бы, чтобы лишиться руки.

Из кармана на бедре - а они у чешуйчатой брони имелись во множестве - появилась позаимствованная со склада зеленая пластинка. Сравнив ее с теми, что окружали ядро, Кирилл убедился в их абсолютном внешнем сходстве. Судя по всему, создатели Ковчега вполне допускали, что со временем некоторые комплектующие ядра начнут выходить из строя, и потому держали на складе их запасец. Приглядевшись, юноша отметил явные признаки износа у тех пластинок, что находились по периметру прорехи: они начали темнеть, теряя свой изначальный насыщенный цвет.

‘Надеюсь, все получится’ - с легким волнением подумал Кирилл.

С помощью дымки он направил позаимствованную со склада пластинку к самому краю прорыва. В момент контакта металла с потоком энергии по его глазам ударило ослепительной вспышкой! Тут же исчез контроль над пластинкой. Восстановив зрение, Кирилл успел увидеть, как матовый материал заплатки превращается в полупрозрачный изумруд, а в ее глубине разбегается по всему объему тончайший узор искр. Затем пластинка завибрировала и, словно примагниченная, прыгнула на свободное место в оболочке ядра. Мощь грозового потока тут же ощутимо снизилась.

- Хм, довольно просто, - хмыкнул Кирилл и принялся закрываться оставшиеся в оболочке ядра прорехи с помощью принесенных со склада пластинок.

С каждым установленным на место прямоугольничком рвущийся в небо поток ослабевал, а в стенах, поле и потолке помещения разгорались все новые и новые узоры: ранее спящие системы Ковчега начали активироваться с выходом ядра на расчетную мощность. На предпоследней пластинке пол помещения вдруг пришел в движения, закрывая рабочую область с реактором толстым куполом. Воцарившуюся темноту разгоняло лишь зеленоватое сияние оболочки ядра.