Объятия времени. Амнезия (СИ) - Гончаров Найк "Виолеттер" - Страница 10

— Хорошая работа, парень. Действительно хорошая. Я был уверен, что патронов тебе не хватит.

— С тебя второй коньяк!

— Сегодня отметим это так, как полагается, не переживай! А теперь я в лес. Там еще остались снайперы, я даже добыл бумажку с их местоположением. Ты посиди тут пока. Судя по документам, мы застали их врасплох. Из лагеря должен был выехать конвой, а вернуться они должны только завтра. Наша задача — разграбить все к чертям и свалить до вечера. Завтрашний конвой уже не сможет нас найти, да и не будет. Смысла в этом нет. Разбить этот лагерь к чертям собачьим мог кто угодно от наемников до рейдеров.

— А кто они такие и зачем тебе приспичило их разбить?

— Во-первых, они отлавливают одиночек и продают работорговцам. Во-вторых, они на опасном расстоянии от нашего убежища. В-третьих, у них хорошее оборудование, почему бы не забрать его себе? — весело проговорил Фил и побрел к лесу.

Я остался возле лагеря, но на всякий случай залез на вышку. Оружие павшего снайпера действительно впечатляло. Это был CheyTac Intervention M200, раскрашенный под лес и модифицированным прицелом. Жаль, без глушителя. Сошки, лазерный целеуказатель, раздвижной приклад, увеличенный прицел. Сказка, а не винтовка. Я примерил оружие к плечу и услышал странный шум. Затаился, шум нарастал.

Взглянув меж досками вышки, заметил три броневика, большой грузовик и легковую машину посередине. Конвой пришел раньше. И вовремя и не вовремя одновременно. Бойцы еще не заметили павших товарищей. Жаль, что я не возле миномета.

Наскоро отковыриваю одну доску и вставляю снайперскую туда. Прицел просто отличный. Отключил лазер, чтобы меня было сложнее найти, и прицелился. Громкий выстрел прозвучал на всю округу. Один из водителей опустил расщепленную голову на руль и съехал с дороги, влетев в дерево. Фил, скорее всего, должен уже закончить и поспешит сюда. В противном случае, у нас большие проблемы. Чего и следовало ожидать, машины остановились и солдаты попрятались. Сторону, откуда шла стрельба вычислить не сложно, но найти мое точное местоположение для них проблематично. Я наблюдаю за каждым их движением, делая точные выстрелы в нужные моменты.

Наконец, к моему несчастью, меня заметили. Трое трупов их товарищей лежали на дороге, еще один в машине. У меня осталось три патрона. Из центрального броневика вылез некто, закованный в тяжелые пластины брони с гигантским пулеметом. На вышку, где лежал я, обрушился свинцовый ливень. Бежать было некуда, теперь точно конец.

Стрельба прекратилась. Вскакиваю на ноги, швыряю винтовку, прыгаю вниз, перекатившись, и бегу на всей скорости за бронированной оградой, чтобы меня было практически не видно. Вновь послышались выстрелы, но стреляли уже не в меня. Фил? Поднимаю с земли автомат с коллиматором павшего солдата. Это НК G36, неплохо! Откуда я знаю все это оружие на внешний вид? Не сейчас! Целюсь. В броне пулеметчика вижу брешь, прямо на спине. Точный выстрел раздробил позвонок и проделал глубокую дыру дальше, проталкивая пулю к противоположной бронированной стенке. Больше мне так везти уже не сможет. Нужно линять!

Неожиданно рядом оказался Фил и потащил меня за собой. Бросаю винтовку, слишком тяжело! Мы неслись на небывалой скорости, хоть звуки выстрелов слышались уже далеко позади. Уже через полчаса мы очутились в убежище и заперлись внутри, пытаясь отдышаться. Молчание и тишина не только не напрягали, а скорее наоборот указывали на безопасность. Уже через несколько минут мы лакали коньяк прямо из бутылки, что принес Фил, прямо на полу, куда упали, закусывая сушеным мясом. Как оказалось, звук моей стрельбы привлек какого-то огромного мутанта и тот напал сзади как раз в тот момент, когда бронированный солдат открыл огонь. Это и спасло мою тушку от участи быть нашпигованным свинцом. Именно от него мы и убегали.

Вечер мы провели, смеясь, рассказывая шутки, и даже спели пару песен «Короля и Шута». Потом, будучи «подшофе», начали экспериментировать в кулинарии, отыскав запасы провианта и пытаясь приготовить «Рататуй». Идея оказалась не самая лучшая, но это подняло настроение до предела. В итоговом запое, мы добрались не только до запасов винного погреба, но еще и до водки, а позже нашли бутылку абсента, что послужило причиной тому, что остаток вечера не запомнил ни я, ни Фил. Погром на кухне и разоренные алкогольные схроны говорили сами за себя.

Этой ночью мы спали задолго до выхода мутантов и не стали наблюдать за их ночными похождениями. А то, что нам предстояло далее — сложно назвать даже сумасшествием. Такого безумного поступка в моей жизни никогда не было до этого — в этом я уверен. Но и в будущем, очень надеюсь, их не случится тоже.

3 глава «Охота на охотника»

Я гнался за ним столько лет, столько зим.

Я нашел его здесь в этой степи.

Слышу вой под собой, вижу слезы в глазах.

Это значит, что зверь почувствовал страх.

© Nautilus Pompilius «зверь»

— Чужая боль — дворняга грязная! Не трогай детка, вдруг заразная! — фыркал я, когда Фил толкал меня в бок, распихивая ото сна.

— Поцитируй мне тут еще! — отозвался злой старик.

Обоих нас мучило похмелье. Чувствую себя, как тряпочка. Мой седой наставник, кстати, тоже передвигался с трудом. Беспорядок пришлось разбирать довольно долго. После этого мы, правда, залили боль коньячком и стало полегче. Больше пить мы не стали… подальше от греха. Последствия шального «рататуя» пришлось отскребать от стены. Уж что мы вытворяли с ним — даже не вспомню. Тотальная уборка превратилась в перестановку и даже в инвентаризацию. В итоге дом блестел. Действительно результат был приятным. Мы даже установили специальные точки для незаметного наблюдения за мутантами и поставили по кровати в защищенных от окон местах. На все это у нас ушел почти целый день и закончили мы только к семи часам. Усевшись довольные и уставшие на кухне, мы приготовили поесть из тушенки, макарон и грибов, что насобирали в лесу. Фил убедил, что это безопасно. Ужин оказался просто чудесен, а мы с напарником поняли, что день прожит не зря.

— Так, а теперь у меня есть один насущный вопрос! — поднял палец старик, — вот я то — Фил, это понятно. Но как мне тебя называть? Давай тебе хоть имя что ли придумаем? А то встретишь ты охотницу длинноногую, красивую, умную, да с формами отпадными в лесу дремучем, аки Анжелина Джоли! Вытащишь ее из капкана! Она тебе: «Я вся твоя, великий воин! Как звать тебя, о, спаситель?». А ты ей что?

— Анжелина Джоли?

— Ну… я…

— С формами?

— Ну… я ведь же…

— В капкане? В лесу?

— Ну, ты же понимаешь, о чем…

— Охотницу… я… из капкана… воин-спаситель…

— Ну что ты за человек то такой! Вот все испохабишь! Я о тебе ведь забочусь, балбес!

Глубоко вздыхаю и, скрестив руки на груди, качаю головой. Этот старик точно сведет меня с ума.

— Опустим все моменты с шикарными охотницами, кикиморами или мужиками, не дай бог еще… — Фил поднял ладонь и прикрыл глаза, — просто: как мне тебя звать то? Придумай себе имя. Что-нибудь звучное, интересное. Только не Афанасий какой-нибудь! Прибью собственноручно!

Я подумал. А ведь действительно. Мы с напарником уже несколько дней путешествуем, а он меня только парнишкой, мальчиком, оболтусом, раздолбаем и балбесом называет. Надо как-то разбавить словарь.

Как бы то ни было, идея оказалась вполне себе бредовой, хоть мы и заморочились не на шутку. Мозги не соображали на полную катушку и пришлось импровизировать. Множество русских, пара румынских и болгарские имена, названные по памяти, не подошли. Не прошло и часа, как мы открыли несколько книг в библиотеке, выискивая на страницах разные имена. Старик то и дело придумывал что-то и предлагал, а иногда находил. Иногда говорил что-то я, но все летело в придуманную помойку. Около часа мы проковырялись в записях, но ничего не нашли. Потом улеглись в кровати и дискутировали оттуда полушепотом.

— Может, Лаврик? — спросил Фил.