Невиданное (ЛП) - Мур Келли - Страница 28

Я ее потеряла.

Я вернулась назад, следуя по своим шагам, когда в снегу что-то блеснуло и привлекло мое внимание. Я нагнулась, чтобы поднять это. Пестрый зеленый камешек. Я держала его раньше, поняла я. В этом самом месте. Вот только тогда листва в лабиринте была желтой. Я даже знала, что я найду за следующим поворотом…

…летний лабиринт с живой изгородью не выше моей головы.

Тень. Мраморная скамейка стояла в небольшом алькове в лабиринте и на скамейке сидела пожилая чернокожая женщина. Она смотрела в мою сторону, прищурилась, и на ее лице растянулась улыбка. Она заговорила:

— Сара, девочка, ты снова здесь.

Меня как будто ударили в живот, у меня перехватило дыхание. Тень, которая меня знает, отметила я. И какая-то часть меня абсолютно не удивилась этому.

Я заставила себя сделать вдох, затем заговорила.

— Вы же из прошлого, правильно?

Ее смех был теплым и гортанным.

— Для меня это скорее настоящее. Но да, для тебя, наверное, это прошлое.

— Как вы можете видеть меня? Каким образом мы можем разговаривать?

— Не уверена, — ответила она. — Я могу видеть будущее так же, как ты можешь видеть прошлое. Каким-то образом наши возможности видеть встретились.

Способность видеть будущее — это же мошенничество, ведь так? Но если я могу видеть сквозь время в прошлое, то почему вдруг эта женщина не может то же самое, но в обратном направлении? Я подумала о том, что говорил нацист, что «Дом Эмбер был построен на особом месте, где пересекаются «силовые линии». Может быть, чувствительные люди в таком месте становятся более восприимчивы.

— Откуда вам известно мое имя? — спросила я.

Она с недоумением посмотрела на меня.

— Мы много раз с тобой разговаривали до этого момента. — Первая Сара, — подумала я. — Почему же ты не знаешь меня, не знаешь, что мы знакомы? — озадаченно спросила она. — Мы не впервые встречаемся сейчас, потому что я помню это. Не может быть два первых раза. — В ее голосе появились нотки сомнения.

Я удержалась от того, чтобы выпалить ответ. У меня не было никаких причин доверять этой женщине свои секреты, за исключением внутреннего чутья, которое, как я предположила, осталось от Первой Сары. Хотя я же хотела с кем-нибудь поговорить. Я решила дать ей шанс.

— Я думаю, это возможно, — сказала я.

Она проницательно посмотрела на меня.

— Расскажи мне, — попросила она.

— Мой брат…

— Сэмми, — сказала она.

— Да, Сэмми застрял в тени, пока был без сознания, но мне удалось найти его и разбудить. Вот разве что с ним была моя тетя-ребенок и…

— И ты заодно разбудила и Мэгги, — продолжила она.

— Да. — Эту часть было сложно выговорить. — Но я помню другое время, в котором она никогда не просыпалась. В котором она умерла.

Женщина прижала свои ладони к щекам, как будто пыталась собраться с мыслями.

— Ты сделала это, — прошептала она. — Ты изменила ситуацию. — Ее глаза заблестели, забегали, как будто она рассматривала варианты. — Она говорила, что это возможно, но я не вполне ей верила. Я не видела пути. Но она могла.

— Кто?

Она проигнорировала мой вопрос.

— Ты помнишь время до этого? Время, которого больше нет?

Похоже, что я единственная, кто это помнит. Сэм и Мэгги помнят, как я их разбудила, но они не помнят, что случилось до этого. Не в другом времени.

— Они помнят перемену, потому что были там.

Перемена. Почему-то это слово было тяжело перенести — это заставило меня почувствовать себя слабой, как будто я растворяюсь, становясь все тоньше и тоньше. Я начала раздражаться оттого, что дала женщине так много ответов, а она даже не сказала своего имени. — Простите. Как вы сказали, кто вы?

— Они называли меня Нанга.

Женщина из видения, в котором была Сара-Луиза и паучиха Добрая Матушка. Старше, но ее можно узнать. Она выглядела достаточно неплохо для человека, который умер два столетия назад.

Она повернула голову, как будто увидела что-то, чего не видела я.

— Она уже идет. Мой маленький друг. Мое утешение. Я считала ее кем-то, кого видела во сне. Но она становится все четче. Каждый раз, когда она приходит, она становится все четче.

Она снова посмотрела в мою сторону, но не думаю, что она могла видеть меня. Она слепо заговорила.

— Тебе нужно найти Джексона. Сейчас.

Пузырь времени, удерживающий нас, лопнул и она исчезла. Но не раньше, чем я успела заметить тоненькую струйку, текущую из ее носа.

Я стояла еще какое-то мгновение, в лабиринте, в который вернулась зима. Я почувствовала нежелание двигаться, оказалась в ловушке какой-то игры, правил которой я не знала. Это было несправедливо. Я не хотела в нее играть.

Затем я повернулась и, следуя по своим следам, вышла из лабиринта, бросив при этом зеленый камешек там, где я его нашла. Я собиралась найти Джексона.

***

Слова Нанги продолжали вертеться в моей голове. Перемена. Время, которого больше не было. В этих фразах таились ужасные возможности. Была ли я в ответе? Может быть, я изменила вещи к худшему? Но это же абсурд. Мэгги же жива, снова и снова повторяла я. Все стали счастливее. Все было лучше.

Я вошла в дом через кухню и направилась к лестнице. Но тут я услышала голоса родителей, доносящиеся из-за вращающейся двери, ведущей в столовую. Громкие и злые. Моя мама практически рычала.

— Даже не думай включать деньги в уравнение, Том. Может быть, я просто считаю, что для Сары будет важным иметь подобную вечеринку в ее семейном доме. Как тебе вообще могло прийти в голову, что я думаю только о себе?

В голосе папы явно слышался сарказм.

— Может быть, мне это пришло в голову после прожитой вместе жизни.

— О, отлично, — в тон ему ответила мама. — Почему бы нам не вскрыть все старые раны? Поговорим о прошлом. Потому что я не единственная, кто предал наш брак.

Я поняла, что голоса принадлежат не моим настоящим маме и папе — они принадлежат другим, тем, кого больше не существует. Родители Первой Сары. Но я все же толкнула дверь. Просто, чтобы убедиться.

Столовая была пуста. Но я с облегчением вспомнила то, что слышала, ссору. Все не могло быть еще хуже, чем были.

Я услышала три коротких удара в дверь, которую я только что закрыла. Я повернулась и увидела молодую версию своего отца, его волосы были нелепо длинными и непослушными, улыбка была широкой, он был одет в тренировочные брюки и парусиновые туфли на платформе.

— Боже, Парсонс, ты снова здесь? — вырвалось у моей мамы. Я оглянулась назад, в сторону стола. Она сидела там, ее волосы были длинными и вились на кончиках, она улыбалась поддразнивающей улыбкой. Она была не намного старше меня сейчас.

— Я просто хотел дать тебе еще один шанс ударить меня на заливе.

— Ты во всем винишь меня? — спросила мама, поднимая брови и делая невинное лицо. — Половина лодок на реке слышали, как я кричала, — По другому борту! — Предполагалось, что ты хорошо плаваешь, Парсонс. Но я часто слышала, что новые англичане не слишком хорошие моряки.

— Просто ты окунула меня из-за того, что я критиковал твой якорный узел.

— Может быть, — ответила молодая версия мамы и схватила папу за рубашку. — Но я никогда не признаюсь в этом. — Она притягивала его. Пока их губы не соприкоснулись в поцелуе, который заставил меня отвернуться. Когда я посмотрела снова, они исчезли.

Как будто Дом Эмбер старается успокоить меня. Все стало лучше.

Но я хотела, чтобы видения прекратились.

Перепрыгивая сразу через две ступеньки, я провела расческой по волосам, воспользовалась тушью для ресниц и блеском для губ, затем снова сбежала вниз и выбежала на улицу через переднюю дверь. Я была рада, что мне нужно было отправиться на поиски Джексона. Мне нужно было отдохнуть от этого дома.

***

В точности, как я делала раньше, я позволила своим чувствам вести меня и, как и в прошлый раз, они привели меня к церкви. Где я и нашла его, ожидающим меня, стоящим снаружи, скрестив руки на груди.