Испытание Кассандры (ЛП) - Айдем М. К. - Страница 151

— Дело не в этом, люди будут задавать вопросы. Этим ты поставишь под сомнение свою приверженность Дому Знаний, если будешь носить кольцо Дома Защиты.

— Кольцо о моей преданности тебе. Как я выражаю эту приверженность, зависит от меня. Это не имеет ничего общего с Домом Знаний.

— Но ты ведь понимаешь, что этот вопрос может быть поднят завтра, — она смотрела на него, понимая, о чем он ей говорит.

— Спасибо, — наклонившись, она поцеловала его.

* * *

— Расскажи мне о моем, — Уильям смотрел на более широкую полоску на пальце, мягкого золотистого цвета. Большой квадратный ограненный черный камень занимал лицевую сторону. Нахмурившись, когда свет упал на него, Уильям понял, что это фиолетовый, а не черный, самый глубокий фиолетовый, который он когда-либо видел. Сев, он повертел его в разные стороны. С одной стороны был герб, с другой — одна стрела. Это было кольцо Первого сына.

— Кассандра… откуда у тебя это?

— Я нашла его в гробнице Сабах, когда в последний раз покидала Кайсери, — глаза Уильяма устремились к ней.

— Когда?

— После Виктории.

— И ты никогда не возвращалась?

— Некуда было возвращаться. Гробница рухнула… в день моего отъезда.

— После того, как кольцо было снято…

— Да, — Кассандра села, прикоснулась к кольцу.

— С тех пор кольцо было у тебя?

— Да, — она слегка виновато смотрела на него. — Знаю, я должна была вернуть его, но я не могла расстаться с ним. Виктория любит называть его моим счастливым кольцом.

— Почему? — он пристально наблюдал за ней.

— Из-за моего отца, я показала ему. Он сказал мне сохранить его, что оно должно быть моим и всегда будет держать меня в безопасности. Он вроде как стал семейным талисманом, если ты будешь носить его, ты будешь защищен, — он видел налет грусти в ее глазах, когда она говорила об отце.

— Если оно твое, почему Виктория носила его? — Он видел, как ее глаза потемнели.

— После отравления она была напугана, она не хотела признавать это, но ей пришлось. Я отдала кольцо ей, чтобы она носила.

— Чтобы она чувствовала себя в безопасности.

— И это заставило ее почувствовать себя ближе к Питеру. Он носил его, когда был в отъезде, — Кассандра смотрела в глаза Уильяму, увидев, что он понимает, что она имела в виду, ведь он был на миссиях, опасных миссиях.

— Но она отказалась от этого, — горло Уильяма сжалось, когда он опустил взгляд на кольцо. — Сегодня вы обе отказались от него, чтобы дать мне, — его глаза встретились с ее глазами.

— Нам не нужно кольцо, чтобы чувствовать себя под защитой. У нас есть ты, — она коснулась его щеки, позволяя увидеть веру, доверие, которое у них было к нему.

Что он сделал, чтобы заслужить это? Доверие не только его спутницы жизни, но и Виктории. Они отдали ему единственное, что у них осталось, что-то особенное для каждой из них.

— Кассандра… — он прислонился своим лбом к ее. — Я не знаю, что сказать.

— Уильям, я не могу доказать это. Но верю, что должна была найти это кольцо, кольцо Кейдена. Он должен был вернуть его на Кариниан, тебе, оно там, где ему место, в руке человека из Дома Защиты. Я верю, что именно поэтому Сабах спрятала его, вместо того, чтобы отдать сыну. Кольцо нужно было вернуть на Кариниаан одному из потомков Кейдена — тебе.

— Я не потомок от Кейдена.

— Ты происходишь от Уолвина, его брата. Вы семья, кольцо нужно было вернуть семье, — она коснулась его щеки.

— Сабах нуждалась в тебе, чтобы найти и вернуть его, потом найти женщину Квес и вернуть ее на трон Дома Знаний, — он прикоснулся к родимому пятну, которая теперь была не только сверкающе белой, но и все лучи, выходящие из нее, были окрашены. Пять цветов, для каждого Дома.

— Возможно.

— Кассандра… — тон Уильяма потяжелел.

— Уильям, — ее глаза были серьезны, когда она смотрела на него. Он мог сказать, что она все продумала. — Я понимаю, о чем ты говоришь, и да, даже я верю в это. Слишком много совпадений, чтобы не верить. Но я не позволю этому диктовать мою жизнь, мою жизнь с тобой, Викторией и нашим сыном. Это будет наше решение. Не Совета, не предков, а нашим.

Уильям слушал, действительно слушал ее, и она права. Он улыбнулся — она как обычно права. Потянув ее на себя, он втянул ее в долгий поцелуй.

— За что? — ее глаза сверкали.

— За то, что ты права, мы сами будем принимать решения на счет нашего будущего.

* * *

Первое солнце едва поднялось, когда Кассандра почувствовала, что Уильям уходил от нее.

— Куда ты? — ее голос был хриплым ото сна.

— В душ. Спи. Еще есть время.

Нежно ее поцеловав, он накрыл любимую одеялом. Он смотрел, как она закрыла глаза, и оставил ее. Он не позволял ей отдохнуть, нуждался в ней, его жена изумляла его. Они любили друг друга быстро, жестко, медленно и нежно. Даже сейчас она была нужна ему. Он включил душ.

Сонные глаза смотрели ему вслед, как его крепкий голый зад отдалялся от нее. На его спине остались отметины от ее ногтей. Они любили друг друга всю ночь, изнуряя друг друга, прижимая, выискивая, разжигая страсть. От одной только мысли ее тело начало покалывать. Услышав шум воды, она улыбнулась.

* * *

— Ты пропустил пятнышко, — Уильям замер, его голова повернулась, чтобы увидеть, как вода стекает по его жене, когда она вошла в душ. Откинув голову назад, ее волосы отлетели от лица, когда сапфировые глаза встретились с его. — Позволь мне сделать это за тебя, — проведя руками по его великолепным мышцам, она мягко, но твердо погладила его.

— Кассандра… — что она могла делать с ним, эта маленькая женщина, его жена. Когда ее проворные руки продолжили скользить по нему, он понял, что крепко прижал руки к стене.

— Знаешь, сколько фантазий у меня было о тебе и этом душе? — прошептала она, целуя отметины на его спине.

Ощущение ее рук на нем, ее губ и языка на спине, воды везде, сколько мужчина может выдержать?! Оттолкнувшись от стены, он повернулся и обхватил ее лицо.

— Покажи мне, — потребовал он, и его губы захватили ее.

Она не могла поверить, как сильно нуждалась в этом мужчине, да и всегда будет нуждаться в нем. Когда ее язык сражался с его, он прижал ее к стене, его рука метнулась под нее, желая приподнять ее так, чтобы она могла обернуть ноги вокруг него.

У ее входа он оторвал от нее свой рот и пристально посмотрел ей в глаза.

— Скажи мне!

— Я твоя! Только твоя! — сжав ноги вокруг него, она притянула его.

— Да! — войдя в нее, он притянул ее ближе. Это не займет много времени, ее руки разрушили его контроль. — Я твой, Кассандра! Только твой! — когда он толкнулся в последний раз, она уже сжималась вокруг него.

Вода все еще лилась на них, пока они пытались отдышаться. Руки Кассандры были сцеплены на его шее, ноги вокруг талии, удерживая ее от того, чтобы просто растечься лужицей у его ног.

— У нас с тобой будет долгая дискуссия о твоих фантазиях, — Уильям придал опасный блеск своему взгляду.

— У меня их очень много, — Уильям нашел, что не мог не усмехнуться при этой мысли.

Выключив воду, он поставил ее на ноги. Потянувшись за полотенцем, он принялся за приятную задачу — высушить ее.

— Ты понимаешь, насколько ты дорога мне? — глаза Кассандры потемнели, когда он нежно вытирал влагу с ее волос. — Я думал, что знаю свое место. Какой должна быть моя жизнь, мои цели, я был доволен ею. А потом ты вошла в мою жизнь, и я понял, что нашел свою жизнь половину. Ты дала мне любовь, честность, доверие и ничего не попросила взамен. Ты борешься. За то, во что веришь, против любого, кто не согласен, даже против меня. И ты защищаешь. Невинных и тех, кого ты любишь, включая меня. Ты моя любовь, моя спутница жизни, моя жена. Ты делаешь меня лучше.

— Уильям…

— Тссс… Я выиграл от этого, так что молчи, — поцеловав, он притянул ее к себе. — Теперь, раз ты не хочешь отдыхать, ты будешь есть, — развернув девушку, он вывел ее из ванной.