Монстром буду я (СИ) - Власова Мария Игоревна - Страница 4

- Женщина, ещё одна женщина, – страшный и грубый голос, изуродованный шлемом, заставил испугано вздрогнуть.

Вот только интонация мне ещё больше не понравилась, снисходительная такая, как у Ферера. Ну и чего я тут перед ним разлеглась?! Поджала губы и опираясь на меч, поднялась.

- Насколько же жалки ваши мужчины, если посылают вместо себя воевать женщин? – улыбается, точно улыбается, хотя я не вижу этого.

- Но мы ведь справились, - не удержалась от ехидной улыбки и гордо расправила плечи, поудобнее, перехватывая меч.

Как это забавно, стою тут с мечом, который в руки впервые взяла неделю назад и без понятия, что с ним делать. Я такая самодовольная, а напротив меня опытный и безжалостный боец. Главное, приходится делать вид, что не понимаю, как все плохо и тянуть время, надеясь непонятно на что.

Он слегка наклонил голову, внимательно меня изучая, от чего я нервно отступила на шаг и ударилась спиной о дерево. Выставила вперед себя меч, как будто перед атакой, на что он опустил свой на землю и медленно или слегка издевательски подошел ко мне, волоча его за собой. Мелкие камни, попадавшиеся острию на пути, разрезало как ножом масло. Нервно сглотнула, прикинув, как такой меч может обойтись с моей шеей.

- Женщины не должны видеть все ужасы войны, - когда он так близко его голос звучит еще более угрожающе и страшно.

- Никто не заслуживает их видеть, - сухо прошептала в ответ, все время, переводя взгляд с меча на страшный шлем.

- Возможно, ты права, - сжимает рукоять своего огромного меча.

Без предупреждения, одним ударом выбил мой меч, при этом кажется, чуть не сломав мне пару пальцев. Невольно вскрикиваю, прижимаю руку к груди, хоть пальцы на месте остались.

Ой, ещё какое "ой"!

- Я так понимаю карты уже далеко отсюда, а вас оставили на верную гибель?

Снова улыбается, точно улыбается, я же испугано прижимаю к себе чудом уцелевшие руки. Чего он ждет? Думает, я не знала, что меня бросят? Да ладно?! Знал бы он, как все на самом деле обстоит, посмеялся бы в голос  над моей глупой судьбой.

- У меня к тебе только один вопрос: как вы достали карты? Как проникли в мой кабинет и главней всего, как ушли с ними? – интонация его голоса изменилась, ему не понравилась моя реакция на предыдущие вопросы.

Уже скоро я узнаю, верна ли моя догадка, или просто умру. Мне жаль Настасью, ее брат останется совсем один, мои сестры есть друг у друга - только этим и утешаюсь.

- Она умерла, да? Ты убил ее? - знаю что глупо, но все равно спрашиваю, с отвращением смотря на этого монстра.

Как смогу решиться на то, что произойдет дальше?

Резкий взмах и его рука в доспехе сжимает моё горло, почти душа. Мразь!

- Здесь вопросы задаю я! – говорит резко, так что слегка пугаюсь.

В ужасе пытаюсь ударить по рукам, но только раню их об острые, как лезвия, чешуйки. Отпустил так же резко, как и схватил, только дерево за спиной не дало мне совсем упасть.

- Или ты желаешь побыстрее умереть? – схватил руками рукоять меча.

Ну все, настал тот самый шанс! Только не дрейфить! Даю волю слезам, одинокая слезинка стекает по щеке, после того как строю рожу покорной смертницы. Смотрю на своего будущего убийцу взглядом щеночка на ярмарке.

- Можешь исполнить моё последнее желание? – сравняла нас в статусе одним обращением, хотя я деревенская кухарка, а он какой-то там военачальник армии монстров.

Он застыл, по шлему не понятно, о чем он думает, что слегка напрягает.

- Значит, отвечать на мой вопрос ты не собираешься? – судя по интонации, он такого поворота не ожидал, но за то, спокойно принял равенство между нами по статусу.

- Нет, и ты задал три вопроса, а не один. На которые, кстати, я не собираюсь отвечать, – совсем обнаглев, поправила его.

- Женщина, - разозлился снова, сжав рукоять меча, и страшно наклонился ко мне, не достающей ему даже до подмышек.

Это что, у них ругательство такое? Или он намекает, что я старо выгляжу?

- Желание, последнее желание исполнишь? – совсем обнаглев, нервно облизала подсохшие от ветра губы. - У нас, идущим на смертную казнь, в тюрьмах исполняют последнее желание.

О том, что это желание касается только последнего ужина, решила утаить, слегка вызывающе, смотря на военачальника. Я ожидала многого, но не довольно жутко смеха. Так злодеи в сказках смеются, вот точно так!

- И чего же ты хочешь, женщина? Чтобы я тебя пощадил? – во сколько снисходительности в голосе, что аж бесит.

Сам же нарывается, не виновата я!

- Ты что тупой? Какое тогда это последнее желание?! – вырвалось у меня, от чего страшный металлический монстр на мгновение застыл.

Почему-то уверена, что осталась с головой в этот момент только потому, что ему интересно, что я хочу пожелать.

- Так чего же ты хочешь? Чтобы я пощадил твоих родных? – угадала, разозлился чуток.

- Нет, о том, чтобы они никогда не встретились с вами, уже позаботилась.

- Так чего ты хочешь тогда, женщина? – он ступил шаг ко мне, почти приперев своим огромным телом к дереву.

Чешуйки на броне вот-вот порвут мою бедную кожу, но не это страшит меня. Понимая, насколько я мелкая по сравнению с ним, ещё больше нервничаю. Тяжело выразить свое глупое желание, даже если как планирую, оно спасет мою жизнь. Вместо того чтобы твердо сказать, испугано шепчу:

- Поцелуй.

- Что? – послышалось сразу от монстра.

Кажется, он не расслышал, или попросту не поверил моим словам. Вот и как мне это снова произнести вслух? Мандраж от первого раза ещё не прошел. Глотаю воздух ртом и резко втираю ему заранее заготовленную историю:

- Мне девятнадцать, у большинства девушек из моей деревни уже дети есть, а я даже не целовалась ни с кем. Не хочу умирать, по крайней мере, не целованной.

Вот сказала, и сама себе не верю, у меня должно было быть глупое и простое лицо и интонация простушки, а получилось очень резко и неправдоподобно. Стоит монстр напротив меня и, кажется, что он в шоке. Через какое-то время, военачальник отошел от шока и выдал:

- Ты хочешь поцеловаться? Со мной?

И тон у него такой, что я не выдержала и, с горящими от стыда щеками, ляпнула:

- А ты тут ещё кого-то кроме себя видишь?!

Вторая волна шока монстра и я уже жалею, что кинжала или ножа у меня нет, уже бы прирезала его. Потом он снова засмеялся и отошел на шаг, с целью оценивающе оглядеть меня с головы до пят.

- Ты не боишься меня? - как то снисходительно спросил.

- Боюсь, но ты же все равно меня убьешь. Так почему же не исполнить свое последнее желание?

- А не боишься, что я захочу большего? – наклонился почти к моему лицу, и металлическая рука убрала прядь волос с лица.

- Многие хотели, - оскалилась, убирая металлическую клешню от лица, - хотелка ломалась.

- И что же, правда не целовалась никогда? - голос полный иронии.

Неужели понял, что я хочу сделать? Да нет, судя по тому, что я о нем знаю, логика явно не его конек.

- Нет.

- А не боишься целоваться с монстром? – опять этот снисходительный тон, в конец меня взбесил.

- Да что ты ломаешься как баба? – фыркнула, понимая, что мой план сыграть в простушку пошел к чёрту и надо хоть как-то заставить его снять шлем.

Пытаюсь схватить шлем и снять его, но меня хватают за запястья, больно сжимая их.

- Или что, ты боишься маленькую беззащитную девушку? – спрашиваю, ухмыляюсь и играю на его гордости.

Он резко отошел на шаг и одной рукой скинул свой шлем. Ветер развеял длинные черные волосы, мужское лицо изуродованное шрамами и гримасой злости. Самый большой шрам пересекает наискось все лицо. Когда-то он был безумно красив, но теперь лицо огрубело, и о красоте напоминают только черные красивые глаза и слегка полные губы. На правом ухе весит серьга из золота, напоминающая лезвие тонкого меча. С виду обычный человек, вот только кожа сероватого оттенка. Может быть, он ожидал от меня удивления, или даже отвращения, но вот только я уже видела его, причем даже совсем без одежды и даже слегка мертвым. Меня вообще теперь ему будет трудно удивить. Хорошо, что он не знает, что кроме его кабинета я и в спальне побывать успела.