Дракон должен умереть. Книга 1 (СИ) - Лейпек Дин - Страница 65

— Уволю, — прошипел Ансельм, подойдя к ней утром. — А сначала высеку. Прилюдно.

Она подняла на него свои большие ореховые глаза, в которых не было ни тени страха.

— Но я все равно не сплю по ночам. Мне не сложно.

Ансельм зло смотрел на нее. А потом он вдруг живо представил, как пытается ее скрутить на глазах у всех, как у него это не получается — и махнул рукой. В конце концов, подумал он, если бы она хотела перерезать всем горло, то давно бы это уже сделала.

***

По условиям купцов караван совершал четыре перехода через горы, после чего отряду выплачивалась первая часть вознаграждения и давался пятидневный отдых в Моэрне. За это время наемники должны были успеть упиться в хлам, отоспаться, протрезветь и привести в порядок экипировку, а купцы — дождаться новой партии товара из Дельты.

В Моэрне Ансельм первым делом обналичил в банке чек, полученный от купцов, и выдал деньги наемникам. Джо куда-то подевалась, и он оставил ее долю при себе.

Большинство из отряда тут же отправилось в трактир. Ансельм долго раздумывал, присоединиться ли к ним или сразу пойти к Изе. Но ему казалось неправильным пить с подчиненными без особого повода, да и Иза, наверное, заждалась. Ансельм оставил лошадь в конюшне трактира, закинул на плечо сумку и пошел по темным улочкам. За несколько домов от Изы из бокового переулка неожиданно появился всадник, чуть не наехав на Ансельма. Он тут же узнал морду животного — даже в полумраке было видно характерную белую полосу на сером носу, — а знакомый тихий голос прошипел:

— Тьма! Аккуратнее.

Ансельм ничего не ответил. Молча достал из сумки долю Джо, выдал ей и сообщил время и место встречи перед новым переходом. Как и где она собиралась провести эти пять дней, его не интересовало.

Ансельм подождал, когда лошадь с наездником исчезнут в соседней улочке, и пошел прямо. Он торопился. Иза заждалась.

***

Караван стоял в полной готовности на главной площади перед трактиром. Не хватало Джо. Ансельм поглядывал на солнце и все приглаживал волосы, собранные в хвост, как будто это могло загладить нарастающее раздражение.

«Уехала она, что ли», — подумал Ансельм — и сам не понял, ощущает досаду или облегчение по этому поводу. — «Могла бы и предупредить», — мысленно продолжил он, понимая, что досада все-таки берет верх. Они же договаривались на все лето.

— Она не тут жила? — спросил Ансельм у наемников, кивая на трактир. Они покачали головой.

Торговый агент Петер Хоффшот, сухопарый мужчина, которого купцы навязали «для наблюдения за отрядом», внимательно смотрел на Ансельма. Агент уже сидел верхом и оттого напоминал хищную птицу, примостившуюся на уступе скалы и высматривающую добычу.

Солнце нещадно палило.

С языка уже готово было сорваться ругательство, мелкое и грязное — когда на площади показался человек, ведущий лошадь под уздцы. Ансельм пригляделся и сплюнул, чтобы деть куда-то невысказанную желчь.

«Баба, — подумал презрительно, рассматривая Джо, которая только что подошла к ним. — Самая обыкновенная баба».

Очевидно, Джо нашла способ потратить деньги — и вовсе не на выпивку, как это сделали остальные. Потертые старые сапоги заменили новые из отличной кожи, доходившие до середины бедра. Сверху них было видно лишь небольшую полоску вполне практичного вида штанов — туника из тонкого льна заканчивалась чуть выше сапог. Поверх нее красовался широкий пояс с тяжелой серебряной пряжкой, а вместо куртки Джо теперь носила длинный кожаный не то плащ, не то кафтан — полы доставали чуть ли не до икр, широкие рукава закрывали запястья, высокий стоячий воротник обрамлял длинную шею. Волосы, которые успели еще немного отрасти, она собрала в хвост, как у Ансельма, — и почему-то это раздражало его больше всего остального.

— Принарядилась? — сухо осведомился он.

— Ага, — Джо была, как обычно, очень многословна.

— И как ты собираешься в этом на коня залезть? — спросил он, не пытаясь скрыть издевки.

Вместо ответа она одним махом взлетела в седло, хлестанув кожаной полой по лицу стоявшего рядом Рода, который пялился на нее во все глаза.

— Мы едем? — поинтересовалась она насмешливо. — Я, кажется, и так припозднилась.

Ансельм мрачно посмотрел на Джо, еще раз сплюнул — и махнул рукой отряду.

Пора было ехать.

***

Лето катилось медленно, как тяжелый груженый воз. Ансельм быстро понял, что сопровождать обозы в качестве простого наемника было куда приятнее, чем самому возглавлять эскорт. Да, второе приносило больше денег — но ведь и хлопот не оберешься. Каждое утро нужно было свернуть стоянку и отправиться в путь — в течение дня следить за передвижением обоза и верховых, каждый вечер — организовать ночлег так, чтобы утро встретило всех не более разбитыми, чем они были вечером. Возницы ругались на лошадей, наемники ругались на возниц, слуги, нанятые купцами специально для того, чтобы обслуживать всю команду во время пути, постоянно отлынивали от своей работы. Во всем обозе было только два человека, сохранявших полную невозмутимость в любой ситуации — Джо и агент.

Они быстро сошлись — если так можно назвать отношения людей, которые большую часть времени молчат. Но Ансельм видел, как изредка они беседуют, как стараются держаться вместе во время переходов и на стоянках. О чем девица могла говорить с Петером, было для Ансельма загадкой. Но зато Джо экономила ему время, объясняя агенту правила их отряда. Да и вообще Ансельму было как-то спокойнее, когда эти двое держались вместе.

***

Лето тянулось и тянулось. В июле начались затяжные дожди, дороги развезло. В Гике пришлось остаться почти на неделю. Купцы должны были оплатить вынужденный простой — но Ансельм ненавидел сидеть на месте с тех самых пор, как вернулся из армии. Он слонялся по размытому, сумрачному городу, все оттягивая момент возвращения в душный отсыревший трактир.

«И к Изе не пойдешь», — думал он мрачно.

Джо снова поселилась отдельно, сняв себе комнату. Петер радостно последовал ее примеру.

Когда наконец выглянуло солнце, Ансельм подождал пару дней, чтобы земля просохла, собрал отряд, и они выехали с грузом, который к этому моменту уже должен был оказаться в Моэрне. Это был четвертый переход, но Ансельм сурово сказал, что они уже отгуляли свое в Гике. Наемники недовольно ворчали. Джо и агент оставались совершенно невозмутимыми.

***

После дождей установилась прекрасная, теплая погода. Настроение у всех поднялось — в следующие два перехода они нагнали свое отставание. Парни в отряде пели песни.

Джо вырезала из дерева шахматы, и теперь они с агент совсем перестали разговаривать — и друг с другом, и с остальными. Насколько Ансельм мог понять, во время переходов эти двое играли в уме, а на стоянках выставляли партию на расчерченном на земле поле, и доигрывали ее. Развлечение было ему совершенно непонятным, и это раздражало.

По приезду в Моэрну нужно было, как обычно, провести ревизию, чтобы утром у ремесленников заказать недостающую экипировку — но Ансельм сразу поехал к Изе.

Агент и Джо ночевали вместе, в «Подкове». Ансельм хотел было узнать, сколько комнат они сняли — но вовремя себя остановил. Ему не должно было быть до этого никакого дела.

Через день отряд выехал из города. Агент и Джо приехали вовремя и молчали — но это было совершенно нормально.

Ансельм думал об Изе и молчал. И это тоже было совершенно нормально.

***

Ансельм любил купаться в горных реках и озерах. Ощущение было ни с чем не сравнимым — ярким, свежим, сильным. Что-то похожее он иногда испытывал, лежа рядом с разгоряченной Изой — но в тех моментах не хватало пронзительной чистоты, вечности пойманного момента.

Во время первой стоянки неподалеку от речки Мо Ансельм встал рано — лагерь еще спал. Джо сидела у костровища. Она смотрела в другую сторону, поэтому Ансельм постарался уйти бесшумно, не привлекая к себе внимания.