Я тебе не верю (СИ) - Власова Мария Игоревна - Страница 35

— Не выходи из дома, я вернусь — поговорим. — Быстро бросил Юрка, смотря куда-то в небо.

А потом пока я ничего не сделала — поцеловал. Быстро, страстно, порывисто. И ушел, растворился в темноте, как будто и не было.

Сбылась мечта идиотки — первый поцелуй с Говерлой. Ну и чего не радуемся? Чего не танцуем от счастья? Чего паршиво так? Потому что не по любви, или по симпатии? Из-за запаха, да? Дашу Петрову могут любить и хотеть только из-за запаха! Как же мне надоели эти волки, как же хорошо было жить, пока они не появились в моей жизни, а теперь куда не приеду — их там тьма. Осталось мало, вымирают… как же! Для меня их популяция не кажется такой уж малой, вот, даже Юрка…

Пошла домой, почти не чувствуя своего тела. Опомнилась только у двери квартиры, знаю, что разбужу маму, но придется. Позвонила, раз, два. Зажала кнопку звонка и через какое-то время дверь открылась. На пороге стояла не мама, Эмма в мамином халате.

— Где мама? — Удивленно спросила. Что эта женщина делает в нашей квартире, ночью, в вещах мамы?!

— Явилась ночью, зараза мелкая! — Зашипела женщина, — Проваливай в притон, из которого вылезла!

— Где мама?! Что вы здесь делаете?! — Она заступила дверь, не давая зайти в квартиру, так что я прокричала, — Мама? Папа?!

— Не ори! — крикнула Эмма и толкнула меня в грудь, как раз туда, где перелом. Боль сложила пополам, я взвыла, зовя маму.

— Твоя мамка в психушке, где ей и давно место! — Кровожадно улыбаясь, объявила женщина.

Что-то внутри оборвалось, вспоминая как плохо было маме в том жутком месте. Боль сдавила грудь куда сильнее, чем, когда причиной был Юра.

— Но папа обещал, что мама больше никогда… — Растерянно прошептала, смотря на довольную Эмму.

А потом позвала папу, закричала. Женщина тут же ударила меня по лицу.

— Нету его, в командировке он и ты проваливай отсюда! — Она попыталась закрыть дверь, но я не дала.

— Это мой дом! Я здесь выросла и здесь прописана, а вы никто!!! — Закричала я, не сдерживая злость.

Меня ударили, резко, и очень сильно по лицу — зонтом, который всегда висел в прихожей.

— Забываешься, это МОЙ дом, а тебе здесь не место! — Закричала она с нотками безумия в голосе, пока я согнулась в ужасе воя от того во что превратилось моя щека после встречи со сломанным зонтом. Но этого было мало для Эммы, зонт снова ударил меня по затылку, заставляя упасть в темноту.

Глава 17. Он всегда получает то что хочет. (ред)

В себя я приходила долго, меня качало как на теплых волнах. Теплые губы коснулись виска, напоминая ужасные события ночи. Еще один поцелуй в щеку, следующий в губы, уверена.

— Юра, и без тебя плохо… — Простонала, чувствуя, как болит голова.

Волны напряглись, теперь в них не было так комфортно, что слегка насторожило.

— Кто такой Юра? — убийственный шепот Кая над самым ухом заставил мигом открыть глаза.

Все кружилось, абсолютно все!!! Новолуние на небе, восходящее солнце за домами и главное — злая морда Кая.

Лицом это назвать язык не поворачивался, вот глаза красным горят, вены на лице потемнели, черты лица стали острее, да и волосы как будто дыбом встали — этакий дикобраз. Таращится, ожидая ответа. своими красными глазами — а меня аж мутить начинает. Не от него, наверное, просто Эмма приложила зонтом сильно.

Вот смотрю на эту наглую морду и не понимаю одного: как я раньше не замечала, что он маньяк чокнутый? Но, еще понимаю, что еще немного и меня вырвет. Что там я сегодня ела? Ничего, так чем меня будет рвать? Детскими мечтами, грезами и слезами? Съела их все в избытке за сегодня, а все эти волки, чтобы их?! Ну почему я? Почему мой брат? Что этому маньяку от меня надо?! Закрыла глаза и тяжело застонала, когда все это кончиться?

— ДАША!!! — вот как тряханул, не бросил на землю и то хорошо.

— Не ори, — простонала с закрытыми глазами, судя по хватке, он все еще беситься, — голова болит.

— Даша… — Надо же, понял, но в голосе все равно ярость, — Даша, кто такой Юра?

И что мне ответить? Мне даже страшно представить, как эти два… волка меня делить будут. Не понятно кто еще победит, а Юрку жалко, что ли. Вздохнула, тяжело так и открыла глаза. Фонарь горит за спиной у Кая, надо же, даже оделся в зимнюю белую куртку и голубой свитер. Ему идет голубой, вот бы он и правда был голубым, а не маньяком. На лице еще морда, глаза светятся, но вены не так видны.

— Юра, котенок, который был у меня в детстве. — Нагло вру, не моргнув и глазом, старательно делаю лицо "ты что дебил, к коту приревновать?!".

Нет, если бы он не был маньяком-волком, мне бы даже было приятно, что меня ревнуют, столько внимания от противоположного пола я еще не ощущала, но то, что это все из-за запаха бесит до невозможности. Секунда, тяжелый взгляд Кая, а потом он высвободил одну руку и полез за чем-то во внутренний карман куртки. Лишившись опоры для спины, пришлось схватиться за его шею, чтобы не свалиться на землю. В руке парня появился телефон, мне срочно захотелось оказаться на земле и поползти подальше отсюда.

Набрал номер, я даже знаю чей, и приложил мобильный к уху, тяжело смотря на меня. Нервно глотнула, красивые глаза прищурились.

О, какой фонарь красивый!!! Вот, его надо рассмотреть получше, даже если от взгляда в одну точку начинает мутить еще больше.

— Димка, Ванька очнулся? — Я думала, он брату сразу позвонит.

Ванька спит что ли? Вот хорошо ему, дрыхнет без задних лап. Вот что-то в этом вопросе мне не понравилось, не могу понять, что.

— Разбуди. — В ответ на пару фраз от Димы, приказал альфа.

Напряглась, чувствуя неладное. Из трубки что-то послышалось, и я вздрогнула, когда в ответ на еще одну фразу брата, Кай закричал:

— А мне плевать, что без сознания! Делай что хочешь, но что бы он сейчас же ответил на мой вопрос!

Дальше был поток мата в сторону моего братца, меня же честно сказать начало колотить от страха.

— Ты что с ним сделал? — Мой голос осип, а руки вместо того что бы держатся, почти намеренно сжимали шею этого козла.

Полное игнорирование моего вопроса, руки сами сжались.

— У тебя пол часа, подключи отца. — Последняя фраза Диме и телефон выключили и обратно спрятали в куртку.

— Что ты сделал с моим братом?! — У меня начали сдавать нервы.

— Мои приказы должны исполняться. — Был дан мне ответ, рука вернулась на спину, и прижала меня к нему. — Я ему сказал, чтобы он оставался с тобой и никуда не выпускал.

Мои руки сжались еще сильнее, но волку кажется было все равно.

Тогда я с удовольствием провела ногтями по коже, оставляя глубокие царапины:

— Не смей приказывать ему и МНЕ.

Тихое рычание, понимаю, что слишком долго смотрю в его глаза. Резко прижал за плечо к своей груди. И этот волк сегодня меня поцеловать собирается? Нет, мне поцелуев с волками на одну ночь хватило.

— Отпусти. — Бросила, прикусив губы.

Вот интересно, если он меня поцелует, то своим волчьем чутьем, не узнает ли, что я с Юркой сегодня уже целовалась? В голубых глазах нездоровый блеск, кажется, ему нравится, что я сопротивляюсь. Не мудак ли?! Ждала, что бросит на землю, но не бросил. Слегка улыбнулся, бросил еще одни взгляд на меня, а потом понес.

— Отпусти, сказала же! — повторила, чувствуя тошноту от таких резких движений.

— Ты долго! — Услышала вдруг и повернулась посмотреть, куда меня несут.

Большой чёрный джип стоял с включенными фарами, водительская дверь была открыта. Кирилл сидел в кресле, смотря в свой телефон, мы встретились взглядами, и он резко встал.

— Что случилось?

— Отпусти меня, Кай! — дернулась, что бы он меня отпустил, но тот даже не думал, — Мне нужно домой!

— Позвони отцу, пускай уладит все. — Бросил Кириллу альфа и понес меня к багажнику.

— Ты что делаешь?! — Взвизгнула, когда он открыл дверцу и бросил меня в багажник.

Буквально бросил, мне в бок тут же врезалось что-то острое, а в спину запасное колесо.