Сингулярность (СИ) - Грант Эдгар - Страница 72

Теперь ученик стал хранителем монастыря и той силы, которая в нем находилась. Но в тоскливые осенние вечера и в самые холодные зимние ночи он не чувствовал одиночества, потому что с ним рядом было необъяснимо мощное и светлое бестелесное нечто, кого еще недавно он называл учителем. Оно питало его странной всепроникающей энергией, давая силы на то, чтобы сохранять в долине мир и покой.

Шло время. С каждым годом эта энергия росла, пропитывая собой все клетки его тела, и вот однажды в особо засушливый год он почувствовал, что усилием воли может вызвать дождь, чтобы спасти погибающий под палящими лучами солнца урожай. Тогда молодой монах понял, что миссия его выполнена и ему нужен ученик, а его в конце пути ждет полутемная пещера под монастырем, кувшин воды, которую нельзя выпить, и чашка проса, которое нельзя съесть. А еще его ждет вечный свет и воссоединение с учителем, чтобы удвоить великую силу монастыря.

Так через пять лет в пещере появилась еще одна иссохшая фигура, сидящая в позе медитации перед кувшином воды и чашкой истлевшего проса, а хозяином обгоревших руин стал новый молодой монах, способный использовать силу этого места на благо людей долины.

— Все это очень интересно, — скептически улыбнулся командир, принимая из рук монаха грубую глиняную чашку с ароматным, настоянным на лесных травах чаем. — Но меня не интересуют легенды. Я приехал сюда, чтобы увидеть монаха и наказать его за то, что он прогнал нас в ту ночь. И ты, Чень Мин, и Куй Ши до сих пор считаетесь пропавшими без вести. Но ведь вы вылечились, но не вернулись снова в строй. Значит, вы дезертиры.

— Мы не могли покинуть монаха, командир. Мы были обязаны ему жизнью. К тому же монастырю нужен был новый смотритель, чтобы контролировать силу этого места.

— Да перестань ты нести чушь, — раздраженно отмахнулся командир, размышляя, как ему сейчас поступить. — Я не верю в религиозные байки. Миром управляют законы природы, а нами управляет великий Мао, который наказал жестоко карать изменников и дезертиров. Скажи, почему вы сразу не спустились в долину.

— Я плохо помню те события. Они как будто в тумане, — монах задумчиво посмотрел вдаль. — Мы пришли в себя через несколько дней в пещере под монастырем. Там есть еще несколько помещений. С нами был учитель, он просто сидел и смотрел на нас. Я был ранен в плечо и в живот. Боль была страшная. Я это хорошо запомнил перед тем, как потерять сознание. Но когда я очнулся, боль прошла. Плечо еще немного ныло, а живот совсем зажил. Я посмотрел — не было ни швов, ни бинтов, только розовый шрам. Рана просто затянулась. Как такое могло произойти, я тогда не знал. Теперь знаю.

— Если монах был такой добрый, почему он прогнал наш отряд?

— Он спас ваши жизни. Вскоре после того как вы ушли, по вашим следам пришла погоня. Мы тогда думали, что оторвались от врага, но отряд гоминьдановцев висел прямо у нас на хвосте. Нас, усталых и сонных, просто перебили бы той ночью.

— Почему враги не пошли за нами в долину? — подняв брови, спросил командир.

— Потому что монах отправил их в другую сторону. Он внушил им, что вы пошли туда. Ему помог монастырь.

— Легенда это все. Сказки для полуграмотных крестьян.

— Ты заблуждаешься. Может, силы и не существует, но есть великое Нечто, которое управляет всем вокруг нас. Им пропитано все: и воздух, и вода, и горы. И монах научил меня чувствовать его и даже пользоваться его силой.

— Бред, — фыркнул командир.

— Смотри, — монах показал на стоящий рядом на камне небольшой медный чайник, в котором остывал отвар из трав.

— И что? Это всего лишь чайник, и он совсем остыл.

— Жаль, — монах поднял на собеседника немного печальные глаза. — Я только утром собрал свежих трав. Послушай… Тебя мучают черные мысли, командир. В тебе борется чувство долга перед партией и долга передо мной. Не надо выбирать. Для всех я ведь пропал без вести. Пусть так все и остается.

— Пусть так все и остается, — повторил командир, удивляясь, почему он сразу не принял такое решение.

— Спасибо, — поблагодарил монах и потянулся за стоящим рядом чайником. — Еще чаю?

— Нет. Ведь он уже остыл.

— А ты попробуй, — монах наполнил его чашку источающим аромат лесных трав дымящимся напитком.

— Горячий! — удивился командир, сделав несколько глотков напитка. — Это какой-то фокус. Как ты это сделал? Как ты мог разогреть воду без огня?

— А может, дело не в температуре воды, — чуть заметно улыбнулся монах. — Может, дело в тебе? Чай ведь в действительности холодный. Но тебе он кажется горячим. Может ли это значить, что действительность для тебя изменилась?

Почувствовав, как по позвоночнику пробежал неприятный холодок, командир отставил чашку в сторону и нервно повел плечами.

— Ты обладаешь даром внушения? — осторожно спросил он.

— Это не дар. Это одна из удивительных способностей, которые в себе может развить почти каждый человек, если пойдет по пути просветления. Меня этому научил монах.

— А что ты можешь еще?

— У тебя проблемы с желудком. Это после голодных лет войны. Я могу излечить твою болезнь.

— Нет, я не это имел в виду, — энергично махнул рукой командир. — Что ты можешь еще делать с мозгами других людей?

— Я до конца не знаю своих возможностей. Они во многом зависят от состояния силы в этом месте, — уклончиво ответил монах и внимательно посмотрел на собеседника. — Ты думаешь о том, что я могу обучить твоих людей?

— Да, — медленно кивнул командир, подавив неприятное чувство, что человек, сидящий напротив, может читать его мысли. — Ты ведь был солдатом и не до конца исполнил свой долг.

— У меня теперь другой долг.

— Но ты нарушил присягу. Это тяжкое преступление. Я имею полное право наказать тебя.

— Это будет очень сложно сделать. Мне безразличны мирские наказания.

— Тогда я пошлю солдат и самолеты, — решительно сказал командир. — Они сотрут это место с лица земли. Разрушат монастырь до основания, выжгут лес, а жителей долины переселят в пустынные районы на границе с Монголией. Посмотрим, смогут ли твои мумии остановить народную армию Китая. Пойми, нам нужна помощь. Страна окружена врагами, готовыми ее разорвать. Нас некому защитить, нам не на кого опереться. Если ты передашь крупицы своего дара моим людям, ты сделаешь великое благо для страны. Представь, что весь Китай, это твоя долина. Ты ведь помогаешь людям в долине, помоги и своей стране.

— Помогаю, — согласно кивнул монах. — Я не смогу обучить твоих людей всему, что знаю и умею сам. Для этого они должны очистить свой разум и принять монашеский обет, но я помогу тебе. Только с одним условием.

— Если ты будешь сотрудничать, — начал командир и осекся. — Если мы будем друзьями, как прежде, я выполню любое твое условие. Говори, что хочешь.

— Из твоих людей я выберу себе ученика. После посвящения он уже не сможет вернуться к обычной жизни и заменит меня после того, как я пройду последний ритуал.

Так в старом разрушенном монастыре, затеряном среди холмов сычуанского нагорья, появился особо секретный центр спецподготовки элитных оперативников МГБ Китая.

За последние сорок лет через Монастырь, как его называли в МГБ, прошли десятки особо одаренных людей. Лучшие из них смогли приблизиться к просветлению настолько, что разработали методику медитативного контакта, позволявшую им делать действительно удивительные вещи и проникать своим сознанием в самые отдаленные уголки планеты, собирая там важную для страны информацию. Ядерная бомба, первый китайский компьютер, первый космический корабль и много других прорывных технологий, которые сделали Поднебесную мировым экономическим и технологическим лидером, были добыты именно таким способом. Но в применении методики были и срывы, показывавшие, насколько опасным может быть ее неосмотрительное использование. Одним из таких сбоев был массовый психоз во время Культурной революции, когда попытка манипулировать сознанием в рамках целой страны вызвала всплеск неуправляемой агрессии и чуть не закончилась гибелью государства.