Минеральные клоны (СИ) - Прядильщик Артур Иванович - Страница 40

– Бедовая ты девка, Хару! – Тихонько посмеиваясь, подошел шкафообразный медведеподобный блондин. Игорь Золотарь. – Привет, гадёныши!

За спиной отца стояла бледная Ольга, пытавшаяся привести дыхание в норму. Какая-то специальная девушка осторожно поправляла ей прическу и смахивала пылинки с одежды.

– Здравствуйте… – ответили хором.

Мы по-прежнему ничего не понимали. Но уже догадывались, что вот с вилками получилось как-то не очень красиво. Их у нас, к слову, как-то незаметно умудрились отобрать. Вот хотя бы этот факт – легкость лишения такого славного оружия – говорит о степени нашего… офонарения.

А Харуки тем временем продолжала изгаляться над неокрепшими умами…

– Тимониан, пригласи даму на танец… пожалуйста.

… всех окружающих. Ну, кроме мужа, если судить по его широчайшей ухмылке и общему довольному виду.

И, не давая ответить, подошла вплотную, закинула руки на плечи. Автоматически обнял ее за талию… Ох, ты ж, блин! Вот это талия! Вот это я понимаю!

Уже совершенно осознанно прижал ее к себе покрепче.

Танцевать я не умею, но уж эти вот покачивания из стороны в сторону изобразить-то смогу. Между прочим, так танцевали многие: умение сбацать что-то вальсирующее в современном обществе, даже высшем – не самый необходимый навык.

– Не обижай девочку. Хотя бы сейчас. Просто подожди немного, хорошо?

Что это? Да все что угодно. Первое, что приходит в голову, это – неуклюжая и неумелая попытка обмануть, подарив надежду на сохранение жизни. А пока клон будет надеяться – он Ольгу Золотарь не тронет.

Что и настораживает в первую очередь – Председатель правления одной из крупнейших корпораций Галактики не тот человек, что будет столь безыскусно обманывать. Она может, умеет и любит обманывать. Виртуозно, грациозно и мастерски. Как говорится, «знает, любит, практикует».

И куда смотрит служба безопасности, мать вашу?! Парой очень простых движений рук я сейчас могу натурально обезглавить корпорацию «Пирит», ввергнув ее в увлекательные пучины внутрикорпоративных разборок и борьбы за внезапно освободившееся кресло. Тем более, что я должен был до усрачки напугать их умением взламывать защитные поля… они ж не знают, что взламывать я могу далеко не все поля, а только в строго определенном и не очень-то и большом диапазоне вибрации генератора.

Или это Ольга Золотарь, устав ждать, когда освободится место, подставляет таким образом мать? Глупость! Людей такого уровня так просто не убирают, если нужно занять их место. Не говоря уж о том, что Харуки Золотарь – совсем не та особа, которую можно легко и просто подставить. Собственно, двадцать лет назад в возрасте сорока эта дамочка сама «отжала» бизнес у предшественника. То есть – опытный и хитрый узурпатор. Она сама, кого хочешь…

Так нет же – председатель совета директоров «Пирит» со мной танцует, прижимаясь своим очень даже развитым женским организмом. Единственная защита – хитрый «купол тишины», который накрывал наши головы и транслировал на инкомы звуки снаружи, включая музыку, не выпуская звуки изнутри.

– Оцените иронию, госпожа Председатель, – Я отвечал осторожно. Когда нихера не понимаешь, надо быть очень-очень осторожным. – У меня сейчас что-нибудь почешется между лопаток, и я мгновенно перейду в боевой режим. К тем же последствиям приведет любой подозрительный шум во-о-он от того стола.

Я головой показал в сторону столика, за которым Сабрина изящно, но ловко и быстро отправляла в рот кусочек за кусочком. Компанию ей составляла Ольга Золотарь, тоже успокаивающая таким образом нервы. Ее медведь-отец стоял рядом, и, все-так же ухмыляясь, перебрасывался короткими фразами с Сабриной.

В этот момент от стола донесся громоподобный веселый хохот Игоря Золотарь.

Харуки не дрогнула. Улыбнулась:

– Постараюсь не чесать тебе спину, Тимониан. Я не прошу мне верить, но все равно скажу, что твоей жизни и жизни твоей… сестры ничего сейчас не угрожает. Ни на этом вечере, ни в обозримом будущем. Подробности, как ты понимаешь, я тебе раскрывать не могу, но… – Она всмотрелась в мои глаза и тяжко вздохнула. – Ладно. Давай говорить на понятном тебе языке. Давай, Тимониан?

– Да, госпожа Председатель.

– Представим себе, что ты прав. Тебя, официального жениха Ольги убивают, поднимается волна негодования, «Антрацит» поднимает ответную волну… И? Объясни мне пожалуйста, какую выгоду получит «Пирит» от скандала вокруг «помолвки» – при том, что железных доказательств причастности «Антрацита» мы обеспечить не сможем… по причине их отсутствия? Нам, конечно, будет очень приятно и весело, не спорю! Но, смотри: на одной чаше весов ты – очень хорошо подготовленный молодой человек, умный, перспективный… даже руками барьеры пробивать умеешь, а на другой – какое-то мифическое удовлетворение от неудобного положения даже не смертельного врага, а одного из многочисленных конкурентов. М? Твои предположения?

Я честно подумал, но сходу в голову ничего не пришло. Зашел с другой стороны:

– На одной чаше – богатая завидная невеста, наследница, умная и перспективная, на другой чаше весов – пусть умный и перспективный, но всего лишь клон. Пусть он даже умеет пробивать барьеры… индивидуальный барьер – это не щит, прикрывающий истребитель или крейсер. Да даже если б не был клоном, а был обычным человеком – в чем выгода «Пирита»?

– А вот это, Тим, пока точно не твоего ума дело. – Подмигнула она. – Но ты не расстраивайся – когда-нибудь обязательно это узнаешь. Или, если ты действительно такой умный и перспективный, как утверждаешь – обязательно догадаешься сам. Честное слово – информации, чтобы решить эту загадку, у тебя сейчас достаточно.

К ее мужу, Игорю Золотарь, я подводил Харуки, пребывая в глубоком оху… охренении. Лишь хватило покачать головой на обеспокоенный взгляд Сабрины, все так же обретающейся у столиков. А Ольга Золотарь старалась на меня не смотреть.

– Тимониан, – Подергала меня за рукав Харуки, одновременно снимая «шумоизоляцию». – Маленький нюансик…

– Да, госпожа Председатель.

– Не надо этот вопрос обсуждать с Оленькой. – Шепнула она, не стараясь, впрочем, особенно скрываться. – Ни под каким видом. Договорились? – И снова подмигнула.

– Конечно, госпожа Председатель.

Я уже нихрена не понимаю! Какого хера навертел вокруг меня мудак, заведующий в нашей Вселенной этими во все отверстия траханными по всем осям, включая и подпространственные, «роялями», «штампами» и «канонами», а?!

Глава 13

Никому не придет в голову засовывать башку внутрь активной зоны работающего реактора. Да и неработающего – тоже.

Никому не захочется купаться в любом из многочисленных водоемах Гарада. Тем более – пить оттуда воду без термальной, химической и механической очистки.

И уж точно никто не решится игнорировать вежливую просьбу сохранить конфиденциальность беседы от Председателя директоров корпорации из списка «топ 10» Галактики.

На вопросительный взгляд сестры мне оставалось только покачать головой и тронуть мочку уха – «Прослушка!». Ольга прищурилась – наверняка Джонсон «перевела» для нее смысл жеста… или Золотарь знала этот «диалект» языка жестов. Сабрина вскинула брови, расцвета и прижала ручки к груди:

– Вау! – Воскликнула она. – Яхточка все-таки остаётся нашей! Да ты ж моя прелесть!

Харуки тихо рассмеялась, аккуратно прикрыв губы пальцами.

Закономерно, этому тихому смеху внимали все окружающие и прервать глупыми вопросами или ремарками не пытались. Самоубийцы отсутствовали. Напротив, все пытались извлечь из этого смеха тайные смыслы, скрытые знаки и замаскированные сигналы. Судя по глазам, у кого-то это даже получалось.

– Думаю, эксцессов больше не будет. – Предположила она, отсмеявшись и ласково посмотрев на свою дочь. Та сжала губы и была вынуждена неуверенно кивнуть. – Вот и отлично! А с Тимонианом мы поговорили. Он не обижается… Ты ведь не обижаешься, Тимониан?