Минеральные клоны (СИ) - Прядильщик Артур Иванович - Страница 21

Четырехместный небольшой шаттл в полностью автоматическом режиме приземлил нас примерно на экваторе на какой-то базе, окруженной пустыней. Еще когда приземлялись, оценили – в радиусе, как минимум, четырех десятков километров не было ни одного населенного пункта.

– Я тут подумала и решила, что ты прав. Ресторан – это как-то пошло. – Задумчиво прокомментировала Сабрина. – Может быть, во время обеда в местной столовой? Должна же тут быть столовая?

После кондиционированного салона шаттла горячий сухой воздух пустыни, казалось, способен сбить с ног и затоптать.

– Ты там шляпку заказывала. И солнечные очки… – Напомнил я.

– А еще шлепанцы и купальник. – Сабрина тоже не решалась выйти из тени шаттла. – Представляешь, всё это уже дожидается меня на Детро-Десять!

– Надо было с доставкой на Новую Москву. Я бы сейчас не отказался надеть плавки.

– Тим! Ты себе представляешь, сколько будет стоить доставка одной гребанной тряпочки с Детро-Десять на Новую Москву?!

– Энсин Антрасайт! – Гаркнул я, вытянувшись. – Прибыл для прохождения службы!

– Энсин Антрасайт! – Рявкнула Сабрина. – Прибыла для прохождения службы!

– Лейтенант-коммандер Ирина Томбравец. – Представилась девушка. – Командир группы «Стилет-16».

Она сидела перед нами в огромном мягком кресле. Сквозь прозрачную висящую в воздухе столешницу было видно, как она закинула одну красивую длинную ногу на другую, столь же длинную и не менее красивую. Мундир на ней был белый флотский. Мундир, плюс достаточно смелая короткая юбка. И туфельки на невысоком каблучке. Рыжие кудряшки (рыжие! Не белые!) красиво рассыпались по плечам.

«Ну и с хера ли она только „симпатичная“?!» – возмутился «второй». – «Очень даже красивая баба!»

Представилась она тихо. Голос ее был мягкий и обволакивающий. Ласковый. Особенно, после наших бравых выкриков.

Она перевела взгляд на меня:

– Кстати, энсин Антрасайт. – С ласковой улыбкой спросили меня бархатным голосом. – А что вы там говорили про мою квалификацию… змеёныш вы этакий?

– Мэм! Виноват, мэм!

– Именно… «виноват». А виноватых у нас… – Она еще раз мило улыбнулась. – Корпус 10-Бэс. Жду вас там через пять минут. Форма одежды – тренировочная номер один. Без экзоскелетов. Выполнять, энсины…

И все это – без восклицательных знаков, мягко, ласково, с милой чуть ли не застенчивой улыбкой.

– Мэм! Есть, мэм!

Четкий разворот через левое плечо и шагом марш к дверям. Мой «индикатор» начал нервно сигнализировать о том, что через пять минут в корпусе 10-Бэс одному клону попытаются сделать очень-очень больно.

– Меня-то за что…? – Тихонько буркнула Сабрина уже у самых дверей

– А чтоб не сквернословила. – Донеслось доброе напутствие в спину. – Хозяйственное мыло – это вчерашний день. Будем использовать передовые методы дрессировки пресмыкающихся. Хм… вы еще здесь, ядовитые?

Самый заурядный гимнастический зал. Идеальный блестящий пол с разметкой под какой-то рукомяч, высокие широкие непрозрачные молочно-белые окна, начинающиеся в полутора метрах от пола (наверно, чтобы можно было облокачиваться о стены, не оставляя жирных следов на стекле) и – до самого потолка. Потолок высокий – метров десять.

Когда мы вышли из смежной с залом раздевалки, до указанного срока оставалась ровно минута.

Сабрина опасливо осмотрела пустой зал. Повернулась ко мне спиной и подняла руки вверх. Быстро осмотрел ее, проверил ее волосы, убранные в простой хвост, подергал аптечки на поясе. Хлопнул по подтянутой попке.

– Порядок.

Сам поднял руки и повертелся перед ней. Ее ручки для порядка подергали дополнительную резервную аптечку на моем поясе. Хлопок по бицепсу руки:

– Порядок. – И добавила ворчливо. – Не нравится мне это.

– Что именно? То, что нам запретили надевать экзоскелеты? Я бы на их месте поступил бы так же – хер знает, чего от нас можно ожидать!

– Нет! Мне не понравилось, как ты шлепнул меня по жопе! Не мог погладить, бл? Нежно! В крайнем случае – потискать! – Она помолчала. – И не сквернословь, бл! Ты же видишь – у них даже гребанного хозяйственного мыла нет!

Ласковый знакомый голос донесся от центрального входа, гулко отдавшись в пустом пространстве зала:

– Аколиты упорствуют в заблуждениях своих и вставать на путь просветления не желают.

Ирина Томбравец была не одна. Ее сопровождали девушка и парень. Лет по двадцать – двадцать пять. Не такие рослые, как она. Скорее – поджарые и гибкие. Парень – с меня ростом, девушка лишь чуть-чуть ниже.

– Ересь чую я, командир. – Сказал парень. – Каленным железом должно ересь искоренять!

«Второй» встрепенулся и стал мне нашептывать. Я просуфлировал:

– Размышление порождает сомнение, сомнение порождает ересь. – Ответил я.

– Именно! Командир! – Девушка повернулась к Томбравец. – Еретиков сих следует огню предать.

Все трое были одеты по форме «Тренировочная N1». Сейчас формы Томбравец… впечатляли. Хоть и рослая, но сложена она была очень пропорционально и очень… женственно.

Ее спутница немного ей уступала, но было в ней свое очарование.

А еще неплохая фигурка девушки подчеркивалась экзоскелетом телесного цвета. Что, естественно, несколько снижало уровень визуально-эстетического удовольствия в связи с возникновением небезосновательных подозрений. В этом смысле внешние обводы Томбравец, бывшей без экзоскелета, мне нравились куда больше.

Ах, да – парень тоже был в экзоскелете, и тоже – в «Тренировочном N1», но по понятным причинам на него я внимания практически не обратил. В отличие от Сабрины, подергавшей меня за мизинец:

– Тим! Тим! – Позвала она, старательно покраснев. – Смотри какой миленький мальчик! Правда? Ну, правда же? Щечки! Глазки! И личико чистенькое и гладенькое!

– Да-да-да… – Согласился я устало, как родитель, которого в конец достал ребенок-почемучка, и смерил взглядом прищурившегося молодого человека. – Очень сладенький малыш, верно Оставишь его мне? Ты же поделишься с любимым… старшим братиком?

– Опять все красивые мальчики – тебе! – Накуксилась Сабрина, слегка подергивая мою кисть: «Модификанты».

А то я не заметил…

– Вы торопитесь, лейтенант-юниоры! – Пропела своим волшебным голоском Томбравец, обращаясь к спутникам. – Обратите внимание, эти заблудшие даже не выглядят испуганными.

– Может быть тогда…? – Начал было парень, с намеком двигая бровями.

– Увы! – Перебила его девушка в экзоскелете. – Сильна в них ересь!

Томбравец с сожалением посмотрела на своих подчиненных, красиво закатила глаза и покачала головой:

– Вы ОБА торопитесь. – Тяжело вздохнула она. – Ну, на костер, так на костер! Выбирайте себе противника, разбивайтесь на пары. Спарринг через минуту. Потом не жаловаться.

– Мэм! – Поднял я руку. – Разрешите вопрос, мэм!

– Внимательно.

– Какие будут правила спарринга, мэм?

– Никаких правил, энсин Антрасайт!

– Кхм! – Прокашлялась Сабрина. – Мэм! Вы уверены, мэм?

– Не отделается одним сожжением ведьма сия… – тихо, но внятно пробормотала девушка.

– Я уверена, энсин Антрасайт! – Твердо ответила Томбравец. И показала рукой. – На эту половину – одна пара. На ту половину – другая пара. Начало – по моей команде для обеих пар. У вас осталось сорок секунд, господа офицеры!

Мы с Сабриной переглянулись. Главное, не улыбаться слишком уж широко.

Против меня ожидаемо вышел парень, против Сабрины, разумеется, девушка. Парень, по-моему, за что-то на меня обиделся. Нежный какой.

На него я демонстративно не смотрел. Почти искренне любовался стоявшей строго в центре зала лейтенант-коммандером Томбравец. И начисто игнорировал волны злости, исходящие от моего будущего спарринг-партнера. Хотя… «Спарринг-партнер» – это когда есть правила. А Томбравец сама сказала – «никаких правил». Так что – ничего личного, парень – ты теперь не «спарринг-партнер», а «противник». Как там… «итс джаст бизнес», да?