Дом для призрака (СИ) - Пучков Андрей Викторович - Страница 68

— Ты хотела, чтобы он сам от тебя отстал! — с досадой на самого себя пробормотал я.

— Умница, — похвалила меня Оксана, и, взяв моё лицо в ладони поцеловала.

— И заметь, это сработало, по крайней мере пока, он теперь переключился на Светку! А зная эту рыжую, мне его теперь даже жалко!

— Ну и ладно, иди ко мне, пускай всё подождет! — прошептал я, обнимая девушку.

— А вот и нет! Сам теперь подождёшь немного! Как бы я не хотела, мне теперь и самой уже интересно, что там приключилось с этим поселением! — и она легко выскользнула у меня из рук. Блин! Всегда поражаюсь, сколько же сил в этой девушке! Вот так, походя, повела плечами, и освободилась! Ладно, волки, медведи, по ним видно, что это сильные люди! А эта?! А эту, главное, не сердить! А то, придавит, чего доброго, когда-нибудь!

К костру мы вернулись вовремя, Никита ещё не начал рассказывать, и я, развалившись на брезенте, в пол уха стал слушать, положив голову Оксане на колени, которая сидела, прислонившись спиной к большой чурке, которая видимо уже давно здесь лежала, так как успела врасти в землю.

— Сам я родился в поселении, — негромко начал Никита, — Но родителей не помню, они ушли в лес, и пропали. Они были простыми людьми. Вырос в назначенной мне семье, в ней были все оборотни, кроме матери. Отчим рассказывал, что их поселение началось с того, что человек сто пятьдесят, решили спрятаться от революции в тайге. Среди них, были и богатые люди, которые закупили скот, продовольствие, инструмент, и много ещё чего.

Шли по тайге долго, пока, в конце концов, не набрели на родник, возле которого и решили обосноваться, к тому же, километрах в пяти, протекала большая река. Первый год был трудный, но не голодали, хоть с посадками и не успели, и поэтому жили охотой, хорошо, что зверя было достаточно. На следующий год, уже вырастили картофель, расчистили поле под пшеницу, стал легче.

Поселение разрасталось, строились дома, рождались дети! Потом, к поселению стали приходить другие люди, принимали всех, рабочие руки были нужны. Селяне болели редко, от болезней, практически не умирали. Решили, что это благодаря источнику, который, вероятно, был целебным.

Я не знаю, сколько лет прошло, когда люди узнали, что среди тех, первых поселенцев, было больше двадцати оборотней. Которые, собственно сразу же и поняли, что пришедшие к власти атеисты, им не оставят ни одного шанса на выживание, они в общем-то, и организовали этот побег. Когда люди узнали об этом, им пришлось смириться, деваться всё равно было некуда, тем более, когда поняли, что им ничего не угрожает, а даже наоборот, появилась такая охрана, через которую никто не пройдёт.

Никита помолчал, отхлебнул из кружки чай, и продолжил,

— Я помню, как мужики привезли первые моторы, поставили их на лодки, и начали возить в людские посёлки на продажу мех, орехи, ягоды, мясо. У нас стали появляться оборотни, которые уходили от людей уже в наше время, они знали современную жизнь. У нас всё было хорошо, со временем, даже планировали сообщить властям, о том, что здесь целый посёлок. Лет десять назад, пришёл Никифор, колдун, и постепенно стал всеми управлять. Ничего плохого людям не делал, даже помогал, несколько раз поднимал на ноги тяжело раненных. Поверили ему люди.

Оборотней в поселении было уже много, наверное, больше полусотни, но потом, некоторые поругались с Никифором и ушли. Некоторые ушли к людям сами, встретив женщин, или мужчин, с которыми захотели остаться, несмотря на то, что нас сюда, как магнитом тянуло. Хорошо нам было возле источника. — Никита замолчал задумчиво глядя в огонь.

— А дальше? — подтолкнула его Светлана.

— Дальше… дальше, колдун ушёл, года четыре назад ушёл. Больше года его не было. Потом вернулся, велел срубить большую избу над родником, поставил в воду родника камень, который он привёз с собой, и стал собирать всех оборотней раз в неделю на молитву. Сам уходил, молитву проводил его помощник, человек. С Никифором постоянно находились пять самых крепких оборотней, они были чем-то вроде его охраны, им он запрещал приходить на молебен. Я сам тоже туда не ходил, ни разу не был, и поэтому, не знаю, что там происходило.

Так продолжалось целый год, оборотни стали злыми, раздражёнными, постоянно ссорились и дрались, сначала между собой, а потом, стали и людей избивать, те не могли с ними справиться, и вскоре, почти все люди ушли, но, многие ещё оставались, и жили с нами. Два года назад, я ушёл на несколько дней в лес, а когда вернулся, увидел, что все оставшиеся люди убиты! Все! Женщины, дети, старики вообще все! Мне повезло, что я не оборачивался обратно в человека, когда заходил в поселение, как чувствовал, что что-то случилось. Когда я зашёл в деревню, они окружили меня, и начали рычать, скалиться, я не стал отвечать, просто стоял молча. Они не тронули меня, и я смог уйти.

Пришёл в эту деревню, она была наиболее целой, выбрал себе дом, и стал ждать, через некоторое время пришёл Никифор, и с ним пятнадцать оборотней, пять охраны, и десять, которые сумели перекинуться обратно в людей, а остальные ушли, куда не известно. Что дальше было в том, нашем поселении я не знаю, никогда туда больше не ходил. А в начале лета, и оставшиеся оборотни окончательно свихнулись, перебили здесь всю скотину, которая сумела убежать из того поселения, и которую они сами же с трудом собирали по тайге. Потом, они разгромили свои дома, и ушли.

То, что стая сегодня вернулась, наверное, просто совпадение, Никифор уже не мог ими управлять. Когда они ещё были способны хоть изредка обращаться, тогда колдун с ними справлялся. Они его слушались. Всё, больше я ничего не знаю, — Никита посмотрел на ведьму, и тяжело вздохнул.

— Всё верно, — после недолгого молчания сказала Светлана, в прошлом году стая из поселения пришла к людям, и задрала несколько животных, а потом, по какой-то причине ушла. От неё откололся только один. Стая была сплочённой. В этом году, они подурнели окончательно, стая начала разваливаться, и разбегаться, с этими разбежавшимися, мы по очереди, и сталкивались, пока, в конце концов не перебили её всю.

— Эти вот, — продолжила она, кивнув головой за реку, наверное, реже чем другие были на так называемой молитве, во время которой колдун лишал их разума с помощью кристалла смерти. Он за время своего отсутствия, скорее всего и узнал, кое что о кристаллах, даже умудрился добыть один, узнал, как их активировать при помощи камня. А выход силы у него был под носом, родник! И я не исключу, что он пересекался где-то с нашим Всеславом, который поделился с ним не только знаниями, но и кристаллом. А вот где он раздобыл камень, мы, наверное, уже никогда не узнаем!

После этих слов, Светлана потянулась так, что у Максима слюни потекли, и пошла в свою палатку. Одна пошла!

А я, пошёл в свою палатку, не один пошёл, а в обнимку со своей девушкой! А вот сейчас, всё действительно подождёт! Мы будем заняты, и думать будем только о себе!

Ночь прошла спокойно, нам никто не мешал, никто не беспокоил, и поэтому, утром, бодрые и отдохнувшие, мы позавтракали, привели себя в порядок, и часов в семь утра отплыли, не смотря на лёгкий туман над водой. Я сидел на носу катера, и смотрел на проплывающие мимо нас заросшие лесом берега. Это была истинная Тайга, древняя, дремучая и непролазная, она была создана не для человека, не должен человек находится здесь, смерть ждёт его в этой древности. Тысячи лет текла эта река, тысячи лет здесь росли и умирали деревья, и так должно было продолжаться ещё тысячи лет! Но человек пришёл и сюда, человек вообще тварь живучая, и может приспособиться ко многому. Звери, хищники могут не выдерживать, а человек выдерживает, и не только выживает в этих жутких, звериных местах, укрывшись от смерти за толстыми стенами домов, но и следуя завету чуждого для этих мест бога, плодился и размножался! Да, этому месту не повезло, убил человек сам себя. Но в этом гигантском, покрытом лесом мире, живут сотни поселений, и я не удивлюсь, что люди в некоторых из них даже не имеют представления о то, что где-то существует земля, на которой не растут деревья!