Дом для призрака (СИ) - Пучков Андрей Викторович - Страница 33

На причал приехали около восьми вечера, катер, был уже на месте. Причал, конечно, сильно сказано, это была лодочная станция, на берегу которой стояли гаражи для лодок, а прямо перед ними, место для их причаливания, достаточно глубокое место, что бы мог пристать большой катер. Мы перетаскали груз к катеру, команда которого, состоящая из трёх человек помогла нам его загрузить.

От любезно предложенной командой каюты мы отказались, и обосновались на палубе под тентом.

Поужинали бутербродами, которые закупили в нашем буфете, и развалились под тентом. Пока было светло, лениво болтали, и наблюдали, как проплывают берега, поселки, небольшие деревни. Делать было абсолютно нечего, и я, не заметил, как уснул. Проснулся от того, что замёрз, посмотрел на своих попутчиков, которые спали в спальниках, тоже забрался свой спальник, и согревшись, опять заснул.

Вновь проснулся от того, что кто-то потрепал меня по щеке, даже спросонья понял, что это явно не Семёныч, так как голова у меня не оторвалась, открыл глаза, и увидел, что рядом со мной сидит Мария Николаевна, и улыбаясь, протягивает мне чашку с кофе, который, я сразу же определил по запаху.

Я выбрался из спальника, поблагодарил, и отхлёбывая горячий напиток, начал просыпаться, не очень при этом усердствуя.

И только когда окончательно проснулся, обратил внимание на то, что у нас появился новый попутчик. Он сидел на носу судна, и разговаривал Семёнычем. Увидев, что я их заметил, они оба встали и подошли ко мне.

— Михаил, — представился мужчина, на вид ему было лет тридцать пять, худощавый, загорелый, сразу видно, что он много времени проводит на воздухе.

— Александр, можно Саня, — как всегда ответил я.

Я, оказывается проспал, когда они под утро подхватили его прямо с лодки, на которой его добросили до катера.

Конечным пунктом оказался небольшой городок, куда мы пришли часов в десять утра. На пристани, нас уже ожидал уазик, в простонародье «Буханка», в который мы всей командой и загрузились. Молодой парень, водитель, сообщил, что до вертолётной площадки надо ехать километров сорок, и мы поехали.

Никогда в жизни я не летал на вертолётах, и честно говоря побаивался, когда, после того как мы загрузили в вертолет свои пожитки, и расселись по скамейкам, он загрохотал, затрясся, и медленно начал подниматься. Однако, когда машина набрала скорость и нужную высоту, стало тише.

Летели часа полтора, в иллюминатор не было видно ничего, только тёмно — зелёное покрывало тайги, иногда мелькали небольшие озёра и речушки. Пока летели, я не видел ни одного домика, или какого-то другого присутствия человека.

Когда прибыли на место, какое-то время кружили, искали место для посадки. Приземлились на большой поляне, и когда пилот остановил двигатель, я чуть не оглох от навалившейся разом тишины. Мы выгрузили мешки из вертолета, вооружились, и пошли в лес. С собой тащили четыре мешка, причём Михаил, сам тащил свои мешки, благо они у него были небольшие. Мария Николаевна медленно шла перед нами, вот, она что-то видимо почувствовала, подошла к большой ели, положила руку на её ветку, закрыла глаза, и начала что-то шептать, потом постояла так немного, качнула головой, и пошла дальше.

Так повторялось несколько раз, пока она, наконец, не сказала, — Здесь, — после чего, показала на большую сосну. Семёныч, ни слова не говоря, взял лопату, которую тащил с собой, и начал копать под корнями дерева. Выкопав яму, он забрал у меня мешок, положил в яму, и начал засыпать землёй.

Потом ведьм нашла ещё три дерева, под которыми мы закопали оставшиеся мешки. Она подходила к дереву, прикасалась к нему ладонью, и так стояла пару минут, потом шла к другому дереву.

По тайге наша компания шарилась часа четыре. Когда вернулись к вертолёту, я уже устал. Потом опять полёт, опять грохот двигателей, я опять оглох. Не понравился мне вертолёт! Да и поездка, так себе, разве что, в познавательных целях.

Когда, мы на той же «Буханке» вернулись на пристань, уже был вечер, и встретивший нас капитан спросил,

— Когда будем выходить? И услышав от Семёныча, лаконичное,

— Сейчас! Начал командовать своим экипажем.

Через несколько часов, когда мы уже поужинали, и у меня восстановился слух, Мария Николаевна развалилась на своем спальнике, и начала рассказывать, как я понял, только для меня.

— Как ты знаешь, этих изменившихся духов убить практически невозможно, но их можно удержать, некоторых желательно, извиняюсь, нашинковать, что удерживает их от быстрого восстановления, некоторых упаковывают целиком. Однако, если их просто закопать, или поместить в какое-то другое место, они достаточно быстро выберутся, хоть в бетон закатывай, меняется структура тела, и они проходят сквозь преграду. Тоже самое, и с огнём, они не горят!

Но, если их поместить в корнях взрослых, и сильных деревьев, они выбраться не смогут, может, конечно, и смогут после смерти дерева, но они будут настолько ослаблены жизненной силой дерева, что ещё очень и очень долго, не смогут набрать силу. Да и после восстановления, большинство из них становятся, не опасны человеку, — она задумалась не на долго, а потом продолжила,

— Однако, не к каждому дереву его можно поместить, если оно против, то удерживать духа не будет, и тот через несколько лет выберется. Если дерево соглашается, то ему от этого тоже плохо. Даже ствол со временем искривляется. Поэтому, искать приходится долго. Деревья, первые живые существа, которых произвела земля, но их жизненная сила другая, и духи не могут её забрать, могут только подпитываться от деревьев. А вот деревья, они напрямую связаны с землёй, с матерью духов, поэтому они могут почти полностью исчерпать их силу, чем, мы и пользуемся!

Обратный путь наш катер шёл против течения, поэтому обратная дорога получилась дольше, на следующий день, вечером, мы высадили Михаила прямо в лодку, которая его встречала напротив небольшого посёлка. Он махнул нам на прощание рукой, перебросил в лодку свой рюкзак, а потом и сам ловко в неё перепрыгнул.

Утром мы прибыли домой, на лодочной станции нас встретил Сергей, и развёз по домам. Всё! Скучно!

Глава 9. Знакомство с Оксаной. Жизнь прекрасна

Следующие несколько дней я наслаждался положением героя, и вниманием к моей скромной персоне. Конкретной работы не было, и я пропадал то в научном отделе, где по просьбе Марии Николаевны, закрыв глаза, старался вспомнить всё, что угодно, в любой отрезок времени, где бы я не находился во время поездки по захоронению духов. Зачем это было надо, я не понял, а Мария Николаевна не стала объяснять, сказала, что всё равно не пойму. Ну, не пойму, так не пойму! А я чувствовал, чувствовал деревья, к которым Мария Николаевна подходила, даже другие деревья чувствовал, мимо которых она проходил не задерживаясь. Это было необычно, и приятно! А ещё, я чувствовал, что на меня смотрят, это не был взгляд животного, мне казалось, что это был разумный, заинтересованный взгляд. Я его ощущал всё время, до тех пор, пока не забрался в вертолёт.

Иногда, меня перехватывал Алексей Геннадьевич и пытался погубить своими опытами, и экспериментами.

А ещё я обратил внимание на то, что Ниночка подолгу стала находиться в моем обществе, придёт и сидит рядом со мной, просто так, ничего не делая, или принесёт какую ни будь книгу, которую и читает сидя рядом со мной.

Мне, конечно это было приятно, и я, как истинный бабник подумал, что она хочет более близкого общения со мной, но потом, когда я дал волю своим рукам, Ниночка пообещала откусить мне ухо, если я ещё раз, без разрешения, попытаюсь засунуть свои грабли, куда не надо!

Тогда я понял, что ошибся, лисичка не предпринимала никаких попыток к более тесному общению с таким героем-ветеринаром как я! Понятное дело, я обиделся, и перестал обращать на неё внимание, и будучи человеком терпеливым, решил подождать, когда она разрешит. А она, продолжала всё так же крутиться возле меня.

А ещё через несколько дней, Марии Николаевне позвонил Паша и сообщил что нашёл «непримиримых», но мы им уже ничего сделать не сможем. Светлана оказалась права на все сто процентов, старая ведьма успела их наказать сама.