Кожа - Мецрих Бен - Страница 44

Она протерла глаза тыльной стороной ладони. Видимость несколько улучшилась. Вдали стоял «Боинг-727», освещенный десятком мощных прожекторов. На фюзеляже стояли крупные опознавательные знаки ВВС США. Нижние люки самолета были открыты, оранжевые автокары под наблюдением медиков медленно принимали груз и отвозили его к машинам «скорой помощи».

Скиннер предположил, что на выгрузку двадцати пяти обожженных солдат уйдет часа два. Транспортировка в Штаты на специально оборудованном самолете стоила дорого, но последующие расходы на поддержание в истерзанных

телах остатков жизни беглому подсчету и вовсе не поддавались. Впрочем, по мнению Скиннера, за все это придется отдуваться налогоплательщикам. Военный госпиталь в Мериленде уже подготовился к приему новых пациентов — было закуплено специальное оборудование, набран штат опытных санитарок. Скалли приятно удивила оперативность военных. Первая разведгруппа прибыла в Алькат через несколько часов после того, как они с Малдером отправили сообщение в Бангкок. Три подразделения морских пехотинцев под личным командованием ван Эппса живо подготовили условия для отправки, а Скиннер тем временем готовился принимать раненых в Вашингтоне. Еще шесть часов спустя Малдер и Скалли ехали в «скорой» в аэропорт, а между ними покачивались носилки с обожженным телом.

В дороге Скалли успела как следует рассмотреть пациента, и «долговечность» жертв напалма перестала казаться ей неразрешимой загадкой. Как она и предполагала, мозг пациента не функционировал, а органы действовали исключительно благодаря внешней стимуляции. Что бы там ни говорил Малдер, вернуть этих бывших людей к полноценной жизни современная медицина пока не в состоянии.

Скалли заинтересовало другое — клетки тела были, как выяснилось, наполнены неизвестным веществом. Ни в одном справочнике Скалли не обнаружила углеродных молекул с подобной

структурой. У вещества были поразительные свойства — оно в несколько раз укрепляло клеточную оболочку и препятствовало изменениям фибробластов. Изобретение такого вещества по масштабности превосходило разработку «пыли». Согласно теории Малдера, загадочный состав готовил пациентов к завершающей стадии трансплантации. Но что это была за стадия и планировалась ли она в самом деле — так и осталось тайной.

В данный момент военные рассматривали целесообразность проведения в окрестностях Альката массированной поисковой операции. Скалли сомневалась, что решение военных будет положительным — ведь не было никаких свидетельств, что две тысячи обожженных солдат еще живы. Впрочем, определенные шаги на дипломатическом уровне правительство наверняка предпримет, и возможно, будет сформирована совместная поисковая группа.

Гораздо более оптимистичными выглядели перспективы опознания двадцати пяти найденных солдат. Из-за отсутствия зубов и отпечатков пальцев сделать это было довольно сложно, но все надежды возлагались на ДНК-анализ. Возьмут кровь у членов семей раненых, а потом сопоставят образцы. Единственным препятствием могли бы стать время и деньги — но и того, и другого у военных всегда в избытке. Только вот обрадуются ли родственники, найдя своих близких в таком состоянии?..

— Это не Скиннер идет? — спросил Малдер, кивая на человека, отделившегося от группы медиков и направляющегося к ним.

Скалли сразу узнала плечистую фигуру и размашистую походку первого заместителя директора. В руках он держал увесистую папку — это было дело, которое агенты успели составить во время долгого перелета.

— Возможно, какие-то новости о Джулиане Кайле? — предположила Скалли. Надежда на это была — Интерпол объявил международный розыск. Но, с другой стороны, Кайл — офицер и воевал во Вьетнаме. Он наверняка знал, как раствориться в Азии без следа.

— Результаты обыска «Фиброула» показали, что эти ребята хорошо подготовились к неприятностям, — вздохнул Малдер.

«Да, — подумала Скалли, — здесь он прав». Найти Кайла или хотя бы неопровержимые доказательства связи деятельности «Фиброул Интернэшнл» с экспериментами Палладина теперь было крайне сложно. Сотрудники ФБР прочесали каждый квадратный дюйм исследовательского комплекса компании, прочли каждый листок в архивах, вывернули наизнанку каждый компьютерный винчестер. Ни единого намека на существование Палладина и проводимую им работу. Видимо, эксперименты осуществлялись в режиме строжайшей секретности, и в кампании о них никто не подозревал. А если, как предположил Малдер, исследования финансировались Пентагоном, следы нечего было и искать.

Правда, рейд по зданиям компании нельзя было назвать пустой тратой времени. В письменном столе Кайла нашли бумажку с безымянным номером телефона. Телефон легко вычислили — он находился в апартаментах, расположенных в районе Челси. Хозяин покинул помещение приблизительно неделю назад, но. наследил обильно. Эксперты почти мгновенно установили, что такие же чешуйки кожи и волосы были оставлены в тысячах миль отсюда, в пещере Си-Дум-Као:

После ДНК-анализа выяснилось: апартаменты принадлежали Куо Тьену, сыну Эмайла Палладина. Едва начав обыск, сотрудники ФБР наткнулись в тайнике под ванной на миниатюрный герметичный контейнер с двумя шприцами и пузырьком неизвестной жидкости. Подобная модель шприцов предназначалась для капиллярных инъекций во время микрохирургических операций. А в пузырьке оказался раствор, зараженный редким, губительным вирусом летаргического энцефалита. Еще одна тайна — тайна заболевших студентов — была открыта…

— Кайл исчез и унес с собой заветные клочки кожи, — проговорил Малдер, когда они двинулись навстречу Скиннеру. Зато нам достались богатые трофеи: двадцать пять безымянных солдат, цепочка садистских убийств… И, конечно же, клыки. Впечатляющий надгробный памятник трехсотлетнему мифу.

«Когда же ему надоест?! — с отчаянием подумала Скалли. — Сколько раз за последние сутки мы возвращаемся к этой теме!»

Клыки были доставлены в центральную лабораторию ФБР вместе с документами. Действительно, радиоуглеродный анализ установил их возраст в триста с лишним лет, — но само по себе это ни о чем не говорило. До сих пор в джунглях Таиланда можно встретить слона или крупного кабана, а уж три сотни лет назад — и подавно. Правда, ДНК-анализ не позволил подобрать вид, точно соответствующий образцу, но это означало только одно — животное, которому принадлежали клыки, давно вымерло.

— А может, Скиннер насчет клыков, — усмехнувшись, вполголоса предположила Скалли — начальник был уже близко. — Хочет сдать их в музей. Или продать с аукциона, чтобы погасить расходы на нашу поездочку.

— Ну уж нет, — мотнул головой Малдер. — Я повешу их над креслом у себя в кабинете. Воспоминание о романтическом путешествии в Юго-Восточную Азию. Как ты смотришь на это. Скалли? По справедливости надо бы разделить:

один — тебе, другой — мне.

— Благодарю, — фыркнула Скалли и сделала озабоченое лицо, готовясь к встрече начальства. — Оставь себе оба. Это украшение как раз в твоем стиле.