Лимб (СИ) - Вар Арчи - Страница 69

Он наблюдал, как мозг Орты медленно, но верно плавится от такого количества почти бессвязных сравнений, однако продолжил, не дожидаясь, пока тот усвоит:

– Для нас даже один Слагор или Вселенная – нечто необъятное. Не знаю, как для тебя привычнее… Но в масштабах всей жизни или для Нефилимов даже ветвь из семи измерений – это крошка, всего лишь одна из ячеек, микрошажок по мультиреальности, где мироустройство из семи измерений и Лимба – просто удобная, отработанная модель и образ, безграничное количество повторений, гроздями прикреплённых ко Времени.

– Хочешь сказать, реальность не ограничивается восемью мирами? – пытаясь не потерять мысль, Орта уловил самую суть.

– Разумеется, нет. Не смеши, просто сейчас наше место здесь, и лезть за грань Лимба, в другие ветви Древа нет никакой надобности… Мир ограничен лишь нашим воображением, а реальность – потребностью создателей. Сколько ещё миров, мне не известно, да и не важно, проблемы и беды есть в любом из них, как две стороны медали, добро и зло, свет и тьма, радость и печаль, как ни нареки… Ведь без одного нет второго.

– Может, ближе к делу? Это важно, но боюсь, заблужусь среди таких объёмов новой информации… – ненавязчиво предложил Орта.

– Рассказываю лишь для общего развития… Можно и к делу, – согласился Мак.

Он не умничал, а точно знал, что однажды сказанное может помочь герою, как минимум, отведя его от неверного выбора или от заблуждений, в которые того могли вогнать посредством лжи.

– Важнее прошлое Странника…

– Верно рассуждаешь! – отметил Мак и дал желанное: – Когда-то очень давно, во времена построения нашего бытия средь тьмы и пустоты, сюда прибыло шесть равных и один верховный Нефилим, назначенный ответственным за создание Лимба. Как и в сотнях других случаев первое и основное, что было возложено на них – это расширение и развитие жизни, единственная потребность богов, связанная с получением и перераспределением духовной энергии в пространстве и сдерживанием Порчи, стремящейся поглотить Явь, погрузив всё живое в Навь. Азраиль был одним из них, высокопоставленным представителем Света, одним из двух учеников верховного, наряду с Нергулом, ставленником Тёмной стороны.

– Порча – это Тьма? То есть, тёмные – Маранийцы? – Сразу же переспросил Орта, пока не забыл.

– Нет! – махнул головой Мак. – Свет и тьма есть необходимое и неразделимое, два неотъемлемых составляющих атмы и самой жизни. А Порча – есть магия Скверны, энергия гибели и разрушения, третье лишнее, сосредоточение чистого зла, стремящегося поглотить всё, чего сможет коснуться. Навь – бесконечная пустота, кромешный и свободный хаос, не поддающийся систематизации или какому-то контролю. Навь – всё то, что ещё не облагорожено жизнью, ничем незанятое пространство, что может стать всем, чем угодно, причём за пределами жизни и смерти…

Мак разошёлся, всё сильнее путая и забивая герою голову, но понял, что может сделать хуже, и отказался от неясных собеседнику деталей. Как-никак, Мак был старше Орты более, чем на восемь тысяч лет, и всё равно сам не знал даже половины, а что знал, понимал не до конца, а лишь в небольшой доле.

– Ты считаешь, Лимб – центр семи миров и важнее остальных измерений? Правильно понимаю? – не поверил Орта, ранее полагавший, что всё ровно наоборот, и Лимб – обособляемое, малозначимое для вселенных место.

– Лимб как центр и точка соприкосновения для семи примыкающих к нему измерений, а также канал передачи энергии и перемещения душ по бесчисленному числу наростов на Временном Древе. Сохранить баланс в Лимбе важнее, чем где-либо ещё. Лимб оберегает свою временную ветвь. Пока здесь всё в норме, разрушение прикреплённых к нему измерений невозможно, однако повреждение этой перегородки неминуемо приведёт к уничтожению всего, что стоит за ней. Более того, откроет брешь во временной столб, что может привести к концу…

– Навь. Почему столь созвучно с Нави?

– Эх, нравиться мне твоя проницательность… Это не совпадение. Нави – особая система, действующая, словно бескрайняя сеть, способная сдерживать магию Скверны. Нави называют «дальние рубежи» мира, а мы в этакой коробочке, в которой существует вся жизнь. Навь – тот мрак, что стремится из неё выбраться и всех нас поглотить.

– Я всё меньше улавливаю собственное место в истории. Как и свою значимость…

– А ты не парься. Я живу так больше ста лет и ничё, цел, как видишь, – посмеялся Мак. – У Нефилимов много функций, а предназначение может быть весьма разным. Чем старше мир, тем больше Нефилимов, как и процессов, требующих их контроля. Но на стадии закладки нового мира их было всего семь. По одному на каждый из Энергетических разломов, но седьмой – их лидер – всегда сохранял нейтралитет. Следил за балансом внутри мира и за точкой схода атмы со всего Лимба – главным разломом.

Мак перевёл дыхание и продолжил:

– Тысячелетиями наша ячейка материального мира пребывала в относительном спокойствии. В Лимбе не было ни противоречий, ни распрей, что позволяло двум народам мирно сосуществовать, а окно во Временное древо планово и последовательно обрастало семью измерениями, продолжая расширение и развитие каждого из них, всё как полагается. Чем вселенная старше, тем масштабнее и шире её просторы, но и сопротивление Нави увеличивается. Скверне не нравиться, что Явь её подменяет. Ничего не предвещало беды, пока однажды обстоятельства не изменили свой ход, и положение дел в Лимбе не начало резко ухудшаться. Находясь в реале, Нефилимы подчиняются общим правилам и закономерностям, не таким, какие царят на любом из прошлых этапов, но всё же… – теперь Мак погрустнел, дойдя до давней печали. – Однако Лимб – совершенно другое, здесь правят сами Нефилимы, в сути являя собой сразу три власти: законодательную, исполнительную и судебную. Есть порядок и истина в рамках программы Нави, но в целом, они абсолютно свободны в действиях и не несут ответственности ни перед кем, кроме себя. Вольны в поступках и делах, именно это и стало камнем преткновения…

Дальше старик упёрся в более строгие факты, за вычетом интерпретации и изменений, проникших в историю за годы, ведь узнал он всё не из первых уст.

– Порядки в Лимбе были просты, и вопросов особых у смертных не вызывали. Семь важнейших разломов, по три для Ассарии и Зарзарии и один общий, центральный, им управлял Нефилим по имени – Гальдер. Между Азраилем и Нергулом никогда серьёзных противоречий не возникало, хоть и опекали идеалы разных сторон. В их ведении находились два разлома, расположенных в одной локации – «Древний лес», на стыке Альтеры и Танары. Основное отличие седьмого разлома от остальных – цикличность. Раз в сто лет Гальдер перезапускал центральный разлом, перенастраивая его на разный спектр, свет – тьма, без задержек и сбоев, несмотря на все «но». Он всегда исправно выполнял своё дело, понимая важность процесса, однако, увы, не все Нефилимы разделяли такой настрой. Не знаю, с чего, и каковы были предпосылки, но в итоге между Гальдером и Нергулом зародилась напряжённость, а после и конфликт.

Мак увлёкся ролью рассказчика и говорил всё оживлённее.

– Нергул сеял среди Тёмных страх принижения и искусственные проблемы, выставляя их обделёнными, окрыто и медленно, но грамотно и уверенно плодя безрассудство без чувства меры и понимания всех последствий своих действий. Вторая сторона тоже не заставила себя долго ждать, отвечая на высказываемые им претензии, и отклик прокатился по всего Лимбу. Среди людей и демонов начались распри и стычки, а с годами они вылились в полноценную войну, тянущуюся по сей день… Разумеется, как бы ни был высок дух Нефилимов, воздержаться смогли не все из них. Кто прав, кто виноват, тогда толком не разбирались, а Нергул привлекал на свою сторону всё больше собратьев, не переставая искать основания, способные оправдать грядущие перемены. Он стремился на место Верховного! Годы шли, а Лимб заливала кровь, что тревожило тех, кто ещё не переметнулся к Нергулу. Азраиль стал основным противовесом, вёл расследование, пытаясь выйти на того, кто мутил воду. Впрочем, безуспешно. Время шло, некоторые Нефилимы пытались выправить положение и примирить народы, но тщетно, ведь противостояние уже закипело. Другие продолжали поддавать газу. В какой-то момент война людей и демонов докатилась до энергетического разлома, и один из светлых Нефилимов был убит, а его источник перешёл под контроль тёмных. Так впервые противостояние отразилось на самом мире, создав реальную угрозу. В связи с этим изменением, но спустя двадцать лет, когда настал момент очередного перезапуска седьмого разлома, Гальдер отказался переводить капище на демонический поток, пока не восстановится общий баланс. Того и добивался Нергул, а дождавшись, выставил всё так, словно Гальдер и есть предатель, нарушающий древний постулат ради тайных умыслов. Отказ переключать разлом вызвал немало вопросов и волну протестов со стороны Тёмных, и даже некоторые светлые усомнились в подобном решении, ведь Зарзария победила в той битве, а за убийство Нефилима ответственности они не несли. Междоусобица превращалась в борьбу насмерть, причём все против всех… Азраиль не оставлял попыток их примирить и просил помощи, но Верховный просто следил, не желая оказывать прямое воздействие и вмешиваться. Затем убили Гальдера, да не просто, а выставив убийцей самого Азраиля, за поиски которого взялись почти все оставшиеся Нефилимы, за несколькими исключениями. Противников Нергул не щадил, избавившись от всех несогласных. Остался лишь он с примкнувшими и Азраиль. Остановить процесс не представлялось реальным, хоть Азраиль и не отказался от подобных надежд. Когда, наконец, он всё понял, выследил нескольких заговорщиков: двух убил, последнего вразумил, а потом отправился к бывшему другу выяснять, зачем Нергул заварил кашу, изведя всех. Что там у них произошло – Создатель его знает, но Азраиль погиб, и его навсегда вытолкнуло из Лимба обратно во Временное Древо – домашний мир Нефилимов. Азраиль очень любил созданною ими реальность, а кроме этого, возжелал мести за предательство. Чтобы хоть как-то приблизиться к нашей ветви из семи измерений и Лимба и получить возможность воздействия, засылая Собирателей, вроде нас, сам Азраиль стал Смертью – главным перевозчиком душ, отвечающим за наши миры…