Настоящий мужчина - Ким Валентина - Страница 89

Я не успевал. Еще бы пару секунд, но… О, Гозар, прямо на моих глазах подбирающийся к укрывищу темных магов зверь был поглощен стремительным облаком чернильной мглы. Вот в его непроглядной глубине засеребрился поток чистого света — то душа моего лиса покинула тело, а внутрь уже потянулась тьма.

Это конец.

Ох, Мар! Как же так, друг?!

Мари… Мари-и-и!

Полный смертной тоски вой сотряс небеса над головой. Мой. И еще, и еще…

В сердце расползалась дичайшая пустота и боль. Бескрайний океан боли и отчаяния. А еще бешенство и безудержная злость на этот глупый мир, который подарил мне столь долгожданное счастье всего на миг, будто издеваясь, а сейчас безжалостно забрал все подчистую! Нельзя было нам сюда соваться, но теперь уж поздно рвать на себе волосы.

Мари… Любимая…

Взгляд упал на фигуры в серых балахонах. Один уже готов. Остались двое. Не получат они моего лиса. Мертвым слуги ни к чему. Убью гадов! Сам сдохну, но этих тварей порешу так, что даже бессердечные морглы будут в ужасе дрожать и помнить! Р-р-р!

Ингмар ле ла Рен

О-ох-ох! Надо завязывать с подобными геройствами. Домик в деревне прикупить и буренку какую-никакую завести. Мороженое делать буду. Стану круглым да довольным. А-а-а… Как же голова-то болит. Будто на ней стадо морглов прыгало.

Вспышка внезапного озарения осветила оглушенное сознание. Морглы! Маги! Валдор! Ох ты ж! Что с драконом?! Опять меня угораздило вляпаться по самые уши… ну, понятно куда. Ничего нового.

Увы, несмотря на все усилия, открыть глаза или хотя бы пошевелиться не получилось, тело будто одеревенело и подчиняться категорически отказывалось.

Я запаниковал. Тревога накатывала волнами. На сердце отчего-то было тоскливо. Ощущение невосполнимой потери заставило сжаться душу. Так, до дракона пока не дотянуться, а Лисса где? Пусть я двинуться не могу, но мыслить-то пока в состоянии. Лисс?! Лисса! Отзовись, сестренка!

Тишина в сознании ударила новой волной паники. Я продолжал звать свою снежную красавицу. Раз за разом, но ответа не было. И, что куда страшнее, я не чувствовал ее присутствия вообще. Мой лисенок ушел. Куда? Как? Почему? Не знаю…

Ушла…

Понимание родило такую острую горечь в сердце, что на глазах невольно выступили слезы, скапливаясь в уголках закрытых глаз и скатываясь вниз по щеке. Стоп! По щеке?! Когда я успел ипостась сменить?

Над ухом внезапно раздался судорожный вздох, и взволнованный голос Кешана произнес:

— Мар жив! Парни, он жив! — Столько радости в его голосе я еще никогда не слышал. А приятно.

И тут же надтреснутый и чужой, словно наступили на высохшие под солнцем черепки разбитой чашки, голос Вала твердо произнес:

— Не снимать связующие чары. Это не он.

Сухой и безжизненный тон друга поразил меня в самое сердце. Что произошло? Выходит, я двинуться не могу просто потому, что меня драконы обездвижили? И что за чушь Вал несет о том, что я — не я? Ему стрекоза мозги отшибла?

В груди разливалось знакомое тепло целительской магии, Дрей работает — понял я. В следующий миг над ухом глухо прозвучал его голос:

— Точно! Живее живого. Повреждений нет. Скорее всего, слышит нас, но под чарами пошевелиться не может, вот и бесится. Две ноги, две руки, наглая морда. Почему не он? С чего такие выводы, командир? По какой причине вы чары наложили на бедолагу?

Видимо, мысли о поврежденных мозгах командира заразны.

Тихий и прерывистый ответ Вала расставил все по местам, заставив внутренне сжаться от осознания страшной утраты.

— Мар под заклинание темных попал. Одно из самых страшных и несмертельных. Оно саму душу из тела выдирает и заполняет тьмой, во всем послушной темным магам. Я своими глазами видел, как уходила его душа. Так что это уже не Мар. Не наш Мар.

Если бы я мог, заорал бы в голос.

Лисса! Так вот куда ты ушла, сестренка… и снова меня спасла. Собой закрыла. Теперь уже точно — в последний раз. Боль, словно смертельно раненный звереныш, завывала внутри, не давая дышать. Отчаянный стон глухо вышел из груди. Так вот почему я снова в теле принца.

— Командир, присмотритесь, — тихо и задумчиво произнес Дрей прямо надо мной. — Слезы?! Тьма способна чувствовать? — И сам себе ответил: — Не думаю.

Когда он заговорил снова, оптимистичные нотки явственно выдали его вердикт:

— Нашего принца голыми руками не взять! Аура чистая, светлая. У темной сущности такого в принципе быть не может. Энергетические каналы тоже в норме, а после насильственного переселения души там полнейший бардак должен быть. Не знаю, что там из Мара то заклинание выжало, но душа внутри осталась, это точно. На вашем месте я бы снял связующие чары и проверил все еще раз.

Раздался характерный шум, свидетельствующий о том, что кто-то очень спешил подойти ко мне поближе. Может, даже упал по пути пару раз.

— Не может быть! — не верящий самому себе, свистяще шептал командир. — Но как же…

Секундное молчание, и повисшую было тишину разорвал ликующий вопль одного счастливого дракона:

— О боги! Я — идиот! Двуликие ведь в одном теле с побратимами сосуществуют! Значит, когда душа побратима покинула тело, тьма не смогла туда вселиться — там еще одна оставалась! Изначальная! И ведь чувствовал же, болван великовозрастный, что брачная связь не оборвалась, а не проверил! Сам себе не поверил! Мар, дружище, сейчас! Я сейчас! О, Гозар! Мар, теперь я точно тебя закопаю своими руками, ну на кой ляд ты к магам полез, парень? Уходить надо было, а ты…

Тиски, сжимающие мое тело, немного ослабли, а затем перестали ощущаться и вовсе. Мою тяжелую голову приподняли знакомые руки и с силой прижали к чему-то очень теплому и родному. Вал…

Я сжал зубы и выдохнул, открывая наконец глаза, — на этот раз получилось. Молча похлопал по дружескому плечу и, отстранившись, огляделся.

Ох! Лучше бы не смотрел, ей-богу. Мы по-прежнему находились в ущелье, только сейчас оно куда больше напоминало огромное пепелище, а то и могильник — все скалы были в черной копоти, обгорелые ошметки множества тварей покрывали дно сплошным ковром, в воздухе летал пепел. Гарью воняло жутко, но больше всего потрясал живописный натюрморт из трех кровавых куч у памятного уступа, где раньше маги прятались. Не буду даже спрашивать, кто у нас такой гуманный и инициативный. Только бы желудок выдержал.

Команда отиралась рядом, ошарашенно поглядывая то на меня, то на сидящего рядом Валдора. Вид у него, скажу я вам, был совершенно безумный: всклокоченные волосы, рваная одежда, обильно залитая кровью и прочей неопределенной гадостью. И при этом абсурдно счастливое выражение лица. Отходняк у мужика — апокалипсис отменили.

Скользнув по лицам драконов быстрым взглядом, я понял, что неудобных вопросов теперь не избежать. И кто же решится первым? Ну, кто у нас здесь самый смелый самоубийца?

— Командир… брачная связь?! Вы, что… э? — все-таки решился задать вопрос Кешан.

— Э… — Вал спокойно кивнул. Этого я, кстати, от него не ожидал.

— О, — так же коротко и лаконично выразили свои мысли все трое, делая страшные глаза и отодвигаясь от нас на пару шагов.

Вал стер счастливое выражение с лица и утомленно объяснил всем заинтересованным лицам:

— Мар — дуо. Когда побратимом становится существо противоположного пола, носитель может менять свой пол по собственному усмотрению. Недолго, правда, но… Надеюсь, вам ясно, что эта информация разглашению не подлежит. Саннар и Даррен в курсе.

Видя сомнение на лицах своих бравых парней, Вал обреченно вздохнул и попросил меня:

— Мар, будь добр, продемонстрируй нашим любопытным товарищам мою пару и законную супругу. Да, и давайте уже уходить отсюда поскорее. Того и гляди тут все темное воинство окажется, а мы все вопросы командиру задаем, развлекаемся. Мар?

Рассеянно слушая его, я медленно присел на камни. Очень неудобный стульчик получился, надо признаться. Голову занимала одна весьма неприятная мысль — если личность Лиссы утеряна, то не случилось ли так, что я полностью лишился всех возможностей побратима? Смогу ли я теперь снова стать лисом? Или Маринкой? Придет ли теперь по моему зову стихия?