Никогда не подсматривай (СИ) - Бэйн Екатерина - Страница 36

— Что? Откуда? — подскочила я.

— Тоже мне, тайна! Меня ты не обманешь. Конечно, будешь отговаривать его от дуэли. Будь с ним хоть чуточку мягче, Сюзон. Очень тяжело узнавать, что твоя невеста любит не тебя.

— Не понимаю, почему раньше он должен был думать нечто противоположное. И потом, есть вещи похуже любовных переживаний.

Сестрица вопросительно приподняла брови. Ясно, что она их не представляла.

— Например?

— Смерть.

Плохое слово, словно тяжелый камень. Неудивительно, что после него повисла пауза. Но Алиенор быстро наверстала упущенное:

— Смерть от любви.

— О Господи, — простонала я, — разумеется, люди умирают исключительно от любви.

— Тристан и Изольда умерли от любви.

— Одна-единственная пара на два тысячелетия. И то, выдуманная. На самом деле, люди умирают от более прозаичных вещей, от тифа, например. А от любви умирают лишь в романах, которые ты так любишь читать.

— Ты еще слишком молода, чтобы так думать, — возразила Алиенор, — ведь это же так романтично!

— Это глупо и смешно, вот и все. Лично я предпочту умереть от старости. Это звучит надежно.

Алиенор покачала головой. Мы снова замолчали, на этот раз надолго. Сестрица с отсутствующим видом листала книгу, а я ходила из угла в угол, то сжимая пальцы в кулаки, то разжимая их. Не знаю, сколько прошло времени за этим времяпровождением. Я уловила лишь момент, когда сестрица встала и сказала:

— Пора.

— Пора? — упавшим голосом повторила я.

— Пойдем, Сюзон, — Алиенор взяла меня за руку, преодолевая легкое сопротивление, — ты ведь так хотела этого разговора.

О нет, не так сильно. А если подумать, как следует, то совсем не хотела. Пусть лучше Алиенор сама поговорит с ним, у нее это прекрасно получится.

— Знаешь, я пожалуй…

Сестрица не дала договорить, потащив к выходу.

— Вперед, Сюзон. Поздно что-либо менять.

Мне ничего не оставалось, как пойти за ней. На сей раз уже покорно, словно овца на заклание.

— У тебя руки ледяные, — заметила Алиенор, — боишься?

Риторический вопрос. Я боюсь постоянно. А в последнее время это мое обычное состояние. Еще чуть-чуть — и я привыкну.

— Нехорошо заставлять человека ждать, — продолжала тем временем сестрица, — он наверное уже весь извелся. Странно. Понять не могу, почему он тебе не нравится. Такой милый, симпатичный, даже красивый. Будь я не замужем, давно прибрала бы его к рукам. Впрочем… когда замужество этому мешало?

— А Эрнест? — строго спросила я.

— А что Эрнест? — она дернула плечом, — он это заслужил.

— Нет, — я помотала головой, — Эрнест хороший, гораздо лучше Грандена.

— Впервые вижу женщину, предпочитающую моего муженька остальным, — легкомысленная сестрица рассмеялась, — так может это он — тот, другой?

Послушав ее смех, я отозвалась:

— Глупое создание.

Аллея приближалась с неумолимой быстротой. Я уже могла разглядеть силуэт мужчины среди зарослей, которыми наш сад справедливо мог гордиться. Алиенор остановилась и подтолкнула меня вперед.

— Дальше иди одна. Я не хочу, чтоб ты думала, что я желаю узнать, о чем вы говорите.

Я сделала два шага вперед, остановилась, потопталась на одно месте, а потом направилась назад, пытаясь обойти сестрицу. Но она не дала мне такой возможности. Схватила за руку и строго сказала:

— Не будь ребенком. Я буду здесь. Если что, дашь мне знать. Только не вопи «мама» на весь сад.

— Глупости, — обиделась я и это придало мне мужества.

Я глубоко вздохнула, набираясь решимости, словно она незримо витала в воздухе. Вздох не помог мне, только увеличил и без того большую тяжесть на сердце.

— Иди, — повторила Алиенор, — хватит сопеть.

— Иду, иду.

Махнув сестре рукой, я медленно (чрезвычайно медленно) пошла по заросшей травой дорожке.

Все-таки, как просто проникнуть в наш сад! Сомневаюсь, что Гранден затратил на это какие-то усилия. Даже через забор лезть не надо, достаточно поискать в нем подходящую дыру.

Хотя шла я ужасно медленно, Гранден приближался достаточно быстро. Сверхдостаточно быстро. Он стоял ко мне спиной. Но вот обернулся, словно почувствовал мой взгляд. Потом с преспокойным видом направился мне навстречу.

Я едва не завизжала «мама» на весь сад. То-то повеселилась бы Алиенор! В самом деле, хватит смешить людей. Я стиснула зубы и попыталась ускорить шаг. Впрочем, это уже не играло никакой роли. Гранден сам подошел ко мне. Я остановилась и низко присела, словно мы были на каком-нибудь великосветском приеме. Гранден не остался в долгу и отвесил мне церемонный поклон.

— Добрый день, мадемуазель де ла Фонтэн. Рад вас видеть.

— Добрый день, месье Гранден, — отозвалась я, с трудом разжав зубы и этим ограничилась.

Видеть его я была совсем не рада. Полагаю, хоть я этого и не сказала, это было достаточно заметно. И со стороны выглядело ужасно глупо.

Не зная, что еще добавить к сказанному, я замолчала и уставилась в землю, не решаясь поднять на него глаза.

— О чем вы хотели со мной поговорить, мадемуазель? — учтиво осведомился Гранден.

— Да, — согласилась я, едва не добавив: «месье».

Ох, дура я, дура.

— Это все? Не обижайтесь, мадемуазель, но на протяжение трех недель я ничего другого от вас не слышу. Вы постоянно со мной соглашаетесь, полагаю, даже не слыша, что именно я говорю. Не понимаю, почему вы так меня боитесь. Я сделал вам что-нибудь плохое?

— Нет, — я помотала головой, — ничего плохого.

— Тогда может быть вы объясните мне, что с вами такое происходит?

— Конечно, — я кивнула, — я все вам объясню. Непременно, месье. Именно для этого я сюда и пришла. Но сперва мне хотелось бы спросить вас кое о чем.

— Спросите. Только сначала посмотрите на меня и убедитесь, что я вас не съем.

— Не надо, — поспешно сказала я, — не надо этого говорить.

И чуть было не добавила: «У меня слишком хорошее воображение».

Кажется, пока все шло довольно гладко. Я сжала руки в кулаки. Пока. Да я ведь еще ничего не сказала. Приподняла голову, посмотрела на его камзол, что можно было считать большим прогрессом и осведомилась:

— Вас вызвали на дуэль, месье?

— Вы именно это и хотели у меня спросить, мадемуазель?

— Не только.

— Я думал, вы уже все знаете. Да, меня вызвали на дуэль.

— Кто?

— Это вы тоже должны знать.

— Представьте на минуту, что я не знаю. Кто?

— Месье де ла Рош. Все верно?

— Черт, — прошипела я себе под нос.

Кажется, Гранден это услышал. Иначе нельзя объяснить, почему он вдруг фыркнул. Меня это рассердило и я набралась смелости.

— Почему?

— Что?

— Почему месье де ла Рош вызвал вас на дуэль?

— Вы и этого не знаете, мадемуазель?

Мне снова невыносимо захотелось выругаться.

— Я попросила бы вас отвечать на мои вопросы, а не задавать новые, — прошипела я сквозь зубы, — мне нужно знать точно. От этого зависит, что я вам скажу.

— Наверняка это нечто ужасное, раз вы так шипите, — хмыкнул он.

— Очень смешно, — съязвила я.

Теперь я смотрела уже на его воротник. Поистине, злость творит чудеса. Если так будет продолжаться, то подберемся и выше.

— Он сказал, — медленно начал Гранден, — что я не должен жениться на его невесте. Все это довольно странно, мадемуазель, вы не находите? Когда я просил вашей руки, мне никто не говорил, что вы являетесь чьей-то невестой. Кстати, вы тоже.

— Невестой? — повторила я, вытаращив глаза, — не понимаю, зачем вам вздумалось приплести сюда меня. Причем тут я? Это все, что он вам сказал? Ничего не добавил?

— Почему же, добавил. Он сообщил мне, когда и где намерен со мной встретиться. Сказал, что согласен на любое оружие.

— Очень мило, но я не верю ни единому вашему слову.

Я огляделась по сторонам в поисках скамейки.

— Хотите присесть, мадемуазель? — заметил это Гранден.

И подхватил меня под руку. Я попыталась высвободиться, но ничего не вышло. Страх быстро вернулся и пока он вел меня к скамейке, я уж была готова заорать на всю округу. Помогло лишь то, что я сильно стиснула зубы и не сразу смогла их разжать. Только не прикасайтесь ко мне, только не это.