Легенда из подземелий - Реброва Алёна Дмитриевна - Страница 140

   - ...Хочешь посмотреть на себя? - спросил Арланд, который, в отличие от других, гораздо лучше владел собой.

   - А это нужно? - удивился я. - Вряд ли что-то изменится, если я увижу.

   С собой в подземелья я взял всю свою городскую одежду, так как мне было негде ее оставить, а в бесконечной сумке от нее не стало бы теснее. Там был один шарф, который я решил носить после того, как откроют мое лицо. Судя по рассказам Арланда, там все должно было быть очень плохо. Так и зачем мне было смущать других уродством?

   Достав этот шарф, я стал обматывать его вокруг лица, но Люциус меня остановил и, отобрав полосу ткани, толкнул к зеркалу.

   - Эй! - возмущенно крикнув чародею, я все же посмотрелся в серебряное стекло.

   Мое лицо вытянулось, как у Люциуса, и мне захотелось выругаться, как Дейкстер.

   Ничего не изменилось. Идеальная белая кожа, красивые тонкие губы, правильный острый подбородок. Я был прежним.

   - Как же это?... Вы же говорили, что у меня половина лица сгорела из-за огня!

   - Если бы я знал, как... - Арланд задумался. - Но я не знаю.

   Мне на ум вдруг пришла мысль, которая все объясняла. Кажется, это и был поцелуй богини, - нечаянный дар Рафнейрис.

   Улыбнувшись, я пошел обрадовать Бэйр, которая переживала из-за моей внешности даже больше, чем я сам.

   Ведьма попалась мне, бегущей вверх по лестнице. Увидев меня, она даже не поняла, что не так. Она схватила меня за руку и крикнула:

   - Чудо все-таки случилось! Она начала говорить, она понимает, кто она!

   Выпалив это, она побежала к остальным.

   Догадавшись, что речь идет об Исавелле, я решил спустится вниз и зайти все же в ту комнату, где ее держали.

   Когда я постучал, мне никто не ответил, но никто и не крикнул, когда я открыл дверь и вошел сам.

   Эмбер сидел на железной кровати и держал в руках крошечную по сравнению с ним девушку, почти девочку. На вид ей было не больше семнадцати.

   Ее голову увенчивала корона белых рогов, белый гибкий хвост с мягкой кисточкой на конце обвивал ногу Эмбера. Она крепко держалась за шею дракона и не отнимала лица от его груди.

   - Как она?... - тихо спросил я у дракона.

   Он, не отрываясь от Исавеллы, поднял на меня глаза, и в них я прочел весь ответ: "Теперь все хорошо".

   Через некоторое время Исавелла впервые вышла, чтобы поесть вместе с нами. Она была очень красива, особенно у нее были красивы глаза - совсем бирюзовые. В сочетании с белой кожей и снежными волосами они выглядели, как морская вода с пеной.

   Когда я впервые увидел лицо Исавеллы, мне почудилось, что в ее бирюзовых глазах отражается выражение Адольфа, кровь которого позволила выжить девушке.

   Наверное, эта мысль была пределом всех моих нервов. Именно тогда у меня прошел шок, отошла какая-то пелена, закрывающая реальность и я, не помня себя от горя, разрыдался, запершись в своей комнате.

   Адольф не был моим приятелем, но я знал, что он не заслуживал такой смерти. Он был убийцей, и должен был погибнуть, как убийца гильдии, а не как бессильная дичь.

   Пробыв в подземном жилище Райнара еще немного, мы отправились в обратный путь. Люциус без труда пробил преграду из камня, которой Маргул загородила вход в огромную пещеру, и лабиринты снова раскрыли перед нами свои холодные объятия.

   Теперь ящеров никто не сдерживал, и они нападали на нас постоянно, но не стаями, а по одному или по два. Мы без труда отгоняли или убивали их.

   Четвертый ярус мы завалили взрывом, но некоторые ящерицы успели пробраться на остальные ярусы и охотились на нас вплоть до первого яруса. Дальше, к счастью, они идти за нами не решились.

   Возвращаться через города слевитов нам было нельзя: никто бы нас туда не пустил.

   Я достаточно долго искал ходы, которыми пользовалась Маргул, но в итоге все же нашел их. Не прошло и недели, как мы оказались на дороге, ведущей на Черный рынок.

   - Доброе утро, Лео! Ты готов увидеть солнце!? - Кудеяр растормошил меня с утра пораньше, забравшись в мою палатку. - Сегодня мы выйдем отсюда!

   - Да?... С трудом верится, - потянулся я. Клыкастая улыбка царевича от уха до уха и блестящие голодным восторгом глаза - очень бодрящее сочетание. - Люциус уже все приготовил! Сегодня каша с сушеными ягодами в честь праздника!

   Одевшись понаряднее и красиво заплетя волосы, я выбрался из палатки. В нос мне тут же бросился запах ягод и каши с сахаром... нечто совершенно волшебное.

   - Попробуй! Спорим, я приготовил вкуснее, чем ты? - Люциус подбежал ко мне с миской, не успел я закончить умываться.

   Попробовав его стряпню, я разыграл натянутую улыбку.

   - Еще бы немного и... - пробормотал я, и глаза чародея заблестели детским восторгом.

   - Ха-ха! Сделал все-таки! Арланд и Бэйр тоже сказали, что лучше! - расхохотался Люциус, унося миску к костру, возле которого все мы сидели в последний раз - наша миссия заканчивалась сегодня.

   - Как только вберемся наружу, я улягусь под солнце и буду греться, пока не стемнеет, - воодушевленно говорил Кудеяр. - Хотел бы я сразу оказаться дома, на Охмараге... здешнее солнце совсем не такое горячие, как там!

   - Смотри, не нахватай ожогов с таким энтузиазмом, - посоветовал Люциус, махнув в сторону царевича ложкой. - Лично я, как выберусь, пойду найду чего-нибудь эдакого... свежего яблока, например! Целую корзину яблок! Вспомню лошадиные радости!