Легенда из подземелий - Реброва Алёна Дмитриевна - Страница 108

   - Этого было вполне достаточно, чтобы я все понял! - заявил оборотень. Он, в отличие от меня, смог быстро отвлечься от грустных мыслей, и теперь снова думал только о своем новом увлечении. - Я чувствую, что мы с ней очень похожи, и это не просто так... я хочу, чтобы она стала моей женой, и все равно, что она царевна, а я поваренок из подземелий!

   - Иди спать, Лео, - я встала, обняла его за плечи и мягко подтолкнула к двери. - Тебе определенно нужно хорошенько отдохнуть, потому что ты несешь какой-то бред. Я домою посуду.

   - Это не бред, я в самом деле хочу этого! - упрямо возразил он. - Но спасибо... Спокойной ночи, Бэйр.

   Леопольд встал и, обняв меня, отправился спать. Я же устроилась у тазика и стала намывать посуду, уносясь мыслями в разные дебри.

   После ужина на такую оравы уборки было немерено: я не представляла, как Лео безропотно заставляет себя мыть все это каждый вечер.

   Когда я закончила, все уже давно разошлись по комнатам, потому именно мне выпала честь открыть дверь: когда я уже подошла к лестнице, раздался громкий требовательный стук.

   Я поспешила в коридор, а, когда открыла, увидела перед собой промокшего до нитки царевича!

   - Кудеяр! - радостно воскликнула я, пуская его внутрь.

   Великан ввалился в коридор, на ходу скидывая мокрую шкуру. Едва не спотыкаясь от усталости, он добрался до гостиной и повалился на диван.

   - Есть хочешь? - спросила я, видя, что бедолага, похоже, вот-вот отключится.

   - Неси все, что есть...

   Пока я носилась по кладовой и кухне, вниз спустились остальные жители особняка. Когда я вернулась, вокруг царевича уже суетилась целая процессия желающих вытереть его волосы и помассировать его усталые ноги - это образно, конечно.

   Не сказав ни слова, Кудеяр набросился на еду, а когда поел, заявил, что пойдет спать и ни слова никому не скажет, потому что последние трое суток он провел в седле даже без перерывов на сон: боялся опоздать.

   На следующий день с утра пораньше в кладовой обнаружился Адольф, уничтожающий все, что только попадалось ему под руку. Когда я спустилась за яйцами к завтраку, застала змея, с упоением пожирающего черствые сухари.

   Он ел очень забавно, стараясь не двигать новой половиной лица. Однако, различий в этот раз почти не было: чешуя вышла того же серебристо-зеленого цвета, а волосы белыми. Только радужка глаза стала молочной, что придавало змею, пожирающего сухарики, донельзя жуткий вид.

   - Подожди немного, Лео приготовит завтрак! - не выдержав, я засмеялась. - Зачем ты грызешь эту гадость!?

   Утерев со рта крошки, ланк внял моему совету и вылез наверх.

   К вечеру Кудеяр отоспался, за это время мы все успели собраться и даже съездить в город, чтобы купить все необходимое для экспедиции. Словно почуяв скорый уход, к нам вернулся Люциус, неизвестно, где пропадавший все эти дни. На следующее утро Рэмол выставил нас из особняка.

   У нас была карта, цель, немного прибереженной Леопольдом выпивки и, что называется, жажда приключений.

   Нас ждали горы Сливте-о-Тувь.

   III. Драконье сердце

   13. Спуск в подземелья

   *Лекои Опоаль Л`диэн*

   Мы добрались до гор и стали подниматься к вершинам. Близилась зима, внизу еще не везде полежал снег, а вот выше творилось настоящее буйство стихии. Страшная метель не прекращалась ни на час, словно вознамерившись скинуть с горы непрошенных гостей. От пронизывающего ветра, носившегося по горным хребтам, словно дикий зверь, не спасала даже теплая одежда.

   По одному спать никто не ложился, все набивались в одну палатку. Бэйр стала самым любимым членом команды. Ни Люциус, ни Кудеяр не могли так согреть магией, как она: за ее объятия устраивались настоящие состязание, и только Арланда она всегда пропускала без очереди. Ему вообще все очень завидовали, потому что он мог спать рядом с ведьмой и греться, сколько ему захочется.

   Мы подошли к воротам города высокогорных слевитов спустя месяц после того, как покинули особняк. Почти все это время мы понемногу поднимались вверх, двигаясь по огромной широкой дороге, казалось, ей не было конца.

   Бедняга Кудеяр едва снова не свалился с простудой, как в пустыне, но Бэйр с Люциусом не прекращая поддерживали вокруг полусенари теплый согревающий купол, и потому все обошлось. Адольфу тоже было несладко, но от холода его спасала пушистая шуба, которую на прощание ему подарила Юкка. Когда же у него начался кашель, ведьма приготовила согревающую мазь, которая не дала старой болезни усугубиться.

   Арланд с Дейкстером в тайне согревались припасенным алкоголем, Эмберу никакие холода были не страшны: он стоял под ледяным ветром в одной только мантии с тем же спокойствием, с каким мог стоять у камина в нашей гостиной. Единственное, на что жаловался полудракон, так это на голод: живя в одиночку, он каждый день мог съедать по несколько быков, а в тереме полностью опустошал кладовую раз в трое суток. Здесь, в горах, ни кладовых, ни быков не было, и Эмбер уже готов был жевать снег от отчаяния.

   Я все упрашивал его превратиться в дракона и поохотиться на горных козлов: я не мог дождаться момента, когда примерю на себе это обличие! Но он все отказывался, говорил, что это опасно. Я не мог понять, чего в этом может быть опасного, но обычно не настаивал.

   Большую часть я проводил в облике Мафусаила: Рэмол сделал очень удачное живое существо, ему никогда не было жарко или холодно. Будучи гигантской крылатой ящерицей, я мог летать на разведку и охотиться, пока другие двигались по дороге. Собственно, этим я и занимался весь месяц.

   Город слевитов, который был нашей первой целью, был давным-давно выстроен прямо внутри горы. Эмбер говорил, туда никогда не попадало ни единого луча солнца, но всегда было тепло и сухо. Несмотря на то, что, попав внутрь, мы лишимся солнца, каждый из нас мечтал поскорее оказаться в городе слевитов.