Плата (СИ) - "Pale Fire" - Страница 41

— Дэн! Дэнечка, ты вернулся!

Она одновременно улыбалась и кривилась от подступающих слез. Дэн обнял ее и поцеловал — в губы, как Грен целовал Туу-Тикки. Губы у Полины оказались мягкие и сладкие, и пахли шоколадом.

— Офигеть! Рыжий, тебе что, прошивку от Ириена поставили? — ляпнул Тед.

Дэн оторвался от Полины, оторопевшей от внезапного поцелуя. Удивление так или иначе читалось всех на лицах, только Теду не хватило тормозов не высказаться. И это высказывание неприятно царапнуло. Ланс поставил на пол пакеты и сумки, подошёл к Дэну и облапил их вместе с Полиной. Челка у него отросла, и сквозь нее Ланс смотрел, как нестриженный Тимур.

“Ты видел черного кота?”

“Видел”.

“А белого?”

“Нет. Только черного”.

“Он хороший. Но украл у всех память”.

“И у тебя?”

“У меня нет”.

Короткий обмен репликами с Лансом по внутренней связи, пока Тед хлопал Дэна по плечам и тряс, пока улыбалась и хлюпала носом Полина, пока капитан смотрел на все это со снисходительным терпением.

— Я привез подарки, — сообщил Дэн.

Избыточный физический контакт и хлещущие эмоции друзей оказались более утомительными, чем он предполагал. Отвык. Ничего, привыкнет снова.

— Полина, это тебе. Тед, держи. Ланс, это личи и питахайя, может, тебе понравится. Станислав Федотович, это вам, и штопор тоже. А яблоки — для всех.

Десяток красных и зеленых яблок смотрелся на этом столе странно, немного чуждо. Они пахли одуряюще, словно только их сняли с дерева и принесли в руках, а не везли в рюкзаке двое суток. Ланс сразу утащил одно, зеленое, красноватым румянцем.

— Вкусно, — сел на стул, подвернув под себя ногу, откусил ещё. — Сладкое.

— Я сам их собирал, — кивнул Дэн, на мгновение окунувшись в фантомный запах яблок и закатный свет, пробивающий листву и ложащийся на заплетенную клематисом и плющом бревенчатую стену.

— Где? — немедленно сделала стойку Полина.

— В саду, — улыбнулся Дэн.

— Фу, очередная фермерская планета! — сморщился Тед, рассматривая банки с пивом. — А это что за штуковина? Я про такое и не слышал никогда. Круть.

— Не фермерская, — возразил Дэн. — Просто… — он вспомнил Котю, — …летний лагерь для разумных киборгов. — Он постучал пальцем по эмблеме на пивной банке: — Ирландская арфа это.

Тед схватил красное яблоко, смачно вгрызся, брызнув соком из-под крепких зубов. Как бы презрительно Тед ни отзывался об аграрных планетах, с яблоком он смотрелся очень органично. К тому же Теда и так постоянно подкалывали его любовью к некоему кустику, мол, растениеводство у пилота в генах. Тед огрызался, но всерьез не злился. Интересно, он начал снова выращивать коноплю из тех семян?

— Станислав Федотович, попробуйте, — Дэн протянул капитану яблоко, похожее на то, что выбрал Ланс, только там румянца было больше, и оно точно было слаще.

Станислав взял. В голове промелькнули неясные воспоминания о символизме яблок, а впрочем, капитан в таком не разбирался. Яблоко, сладкое, с едва заметной кислинкой, было теплым и сочным.

— Они долго лежат, — сообщил Дэн. — Зимние сорта. Еще из них делают сидр.

— Уверен, у нас не залежатся, — кивнул Станислав. — А сидр наверняка можно найти на фермерских… — он покосился на Теда, — планетах. Кстати, если Вениамин договорится, ближайший рейс у нас на Эдем-Нейтани, там отлично прижилась земная флора. Яблони неприхотливы, может, и сидра попробуем..

В каюте все было так, как Дэн оставил. Та же голография на стене, та же аккуратно застеленная койка, те же мелочи в тумбочке, тот же комбинезон в шкафу. Дэн разложил и развесил привезенные вещи, скачал в личную папку данные с привезенной флэшки, отправил короткое сообщение на «Стрикс».

Да, он уходил отсюда навсегда. А вернулся — совсем скоро. И если бы не капитан, выглядящий лет на двадцать моложе реального возраста, и не безупречный, без единого дефекта, корабль, можно было бы решить, что той проклятой посадки падением не было вовсе. Но теперь предстоит как-то объясняться со Станиславом Федотовичем — остальным было словно совершенно неинтересно, где пропадал их навигатор и откуда привез шоколад, пиво и коньяк с замазанными маркером датами производства и годности. Этикетку с бутылки вина Дэн отмачивал уже на «Стриксе» — Дани подсказал, что это стоит сделать. Маркер нашелся у Этьена.

Еще в ситтине, прощаясь с Греном, Денисом и Туу-Тикки, Дэн заподозрил, что будет по ним скучать. Не так сильно, как скучал по своей команде, но будет. Хорошо бы и правда выбраться к ним в отпуск — через год или два. По трудовому законодательству, раз в год капитан обязан давать наемным работникам двухнедельный отпуск. Конечно, Дэна и Ланса это не касалось, но без пилота, врача и механика «Мозгоед» все равно никуда не полетит.. А еще было бы неплохо как-то поддерживать связь со «Стриксом». Обнаружить, что Эшу — капитан и пилот яхты, было странно, образ черного кота и мага не монтировался с образом космолетчика. Но не так странно, как то, что «Стрикс» принадлежал Дани. В этом пласте реальности «Стрикс» задерживаться не собирался, но, может, дорожники умеют докричаться друг до друга? Надо было узнать раньше, зря не спросил.

Дэн достал вещмешок, стащенный у Михалыча, положил на узкий откидной столик пуэр, поставил коньяк для Вениамина Игнатьевича. Механик и врач ещё не вернулись, занятые пополнениями своих запасов. Дэн и сам считал, что лучше перестраховаться, чем потом рвать на себе волосы и «пальцем дырки в иллюминаторах затыкать».

Заглянул Ланс, спросил, будет ли Дэн с ними пить чай или устал с дороги.

— Буду, — согласился Дэн, улыбаясь про себя: Ланс слишком скучал, раз пришёл спросить сам, а не спросил по внутренней связи. — Я привез интересную заварку, можно будет попробовать.

Ланс обрадовался, унесся обратно в пультогостиную. Дэн с наслаждением расшнуровал берцы, вытянулся на узкой койке и прикрыл глаза. У него получилось! Лансу можно будет рассказать некоторые вещи, а вот что капитан не отстанет — плохо. Врать не хотелось совершенно, уперто молчать — вызывать ещё большие подозрения. Дэн от расстройства даже пожалел, что Станислав Федотович военный, а не, скажем, педагог, ученый или, чем космос не шутит, политик. Военные как-то особенно подозрительны к любой попытке увильнуть. И совершенно не просекают фишку с буквальным исполнением приказа, однако с капитаном она не прокатит. Да и не хочется. Придется выкручиваться как-нибудь иначе.

За чаем Дэна ни о чем особенно не расспрашивали. Похоже, чары Эшу, каковы бы они ни были, продолжали действовать. Тед предвкушал, как снимет пробу с нового пива, и жаловался на перебывавших на корабле навигаторов. Теду предсказуемо не понравился ни один. Дэн внезапно задался вопросом, как пилот уживался с навигаторами до того, как начал работать на «Мозгоеде». Но озвучивать его не стал.

Полина оделила всех квадратиками черного шоколада с черничной начинкой, пожаловалась, что Гвереция терраформирована так основательно, что на ней не осталось ни единого исходного вида, зато полно совершенно земных горлиц, воробьев, серых ворон, а на помойке за продуктовым магазином Полина совершенно точно видела черную норвежскую крысу.

Ланс изучал питахайю. Личи ему действительно понравились, но хватило их ненадолго. А вот питахайя озадачила. Наконец он разрезал ее на узкие дольки, поделился с Полиной и решился попробовать.

Капитан сначала отмалчивался и пил чай, и только было хотел что-то спросить у Дэна, как тот его опередил:

— Станислав Федотович, а кому официально принадлежит Ланс? Я — вам, я помню.

— Мне, — тут же откликнулась Полина. — Ну и косточек же здесь! Но вкусно. Роджер официально подарил Ланса мне.

— С чего это ты вдруг заинтересовался? — спросил Тед.

— Я тут кое-что узнал, — объяснил Дэн. — DEX-компани же практически обанкротилась, и есть государственная программа реабилитации разумных киборгов.

— Кира что-то такое писала, — Тед кивнул. — Реабилитация, социализация, то да се… Тесты какие-то. Ты же не любишь тесты.