Волчья верность (СИ) - "Pale Fire" - Страница 21

В следующий раз, приоткрыв глаза, Брок ощутил всю прелесть трех сквозных дырок от огнестрела в организме. Но, если уж сравнивать с пережитой им до сегодняшнего дня болью, нынешняя была всего-то на семерочку с плюсом. Рядом маячило чье-то нахмуренное лицо, и пришлось минуты три бороться с собой, прежде чем Брок извлек из пересохшего рта:

— А… гент…

— Командир! — хмурое пятно тут же увеличилось в размере, приблизилось к самому, казалось, носу. — Живой…

— Ну… У мер… твецов… Так все… Не бо… лит, — заметил Брок, и от усилия снова провалился в глубокий сон.

В третий раз он чувствовал себя на удивление хорошо. В комнате было темно, Агент сопел в две дырки на койке рядом — Брок разглядел, когда сумел повернуть голову. В тусклом свете индикаторов на приборах лицо Агента казалось неприятной пластиковой маской, и не знай Брок, что они его вытащили и все в порядке, предположил бы, что это чья-то глупая шутка была — кинуть на койку рядом с ним манекен вместо Барнса.

Брок хотел было повернуться на бок, дернулся неудачно, зашипел от боли, и Агент немедленно проснулся, сел на кровати. Одет он был в белую майку и такие же мягкие тренировочные штаны, а на месте уродливого крюка красовалась… Брок моргнул. Потом моргнул еще раз. Сон? Какого хрена?

Агент проследил за его взглядом, усмехнулся.

— Долгая история, — заметил он, пошевелив восьмым чудом света. — Как ты?

— Лучшеет… на глазах, — заверил его Брок, снова дернувшись. Нет, все еще слишком слаб даже чтобы сесть. — Поможешь?.. Жрать хочу… Аж кишки сводит.

— Жрать тебе нельзя, — Агент покачал головой, приподнял изголовье на его кровати, помог устроиться поудобнее. Свет он не включал, знал, что оба они отлично видят в темноте. — Могу дать воду, ее можно. Позвать врача?

— Дай, — Брок откинулся на подушку, не сводя глаз с его левого плеча. — Врача… Потом. Расс… казывай. Я никуда… Не тороплюсь.

— Да уж, — Агент хмыкнул. Брок с удовольствием отметил его оживавшую помаленьку мимику — верный признак восстановления и возвращения памяти. Зимний эмоций не проявлял, значит, Джеймс Барнс проснулся и все ближе с каждой минутой. Отлично.

Только… Это сколько же он провалялся в отключке? И откуда?.. Ладно, пусть расскажет, все равно расспрашивать вслух все еще не было сил.

Агент тем временем сходил куда-то и вернулся с бутылкой воды, в которую вставил трубочку. Разумно, пить таким образом было гораздо проще. Сунув соломинку Броку в губы, Агент присел на край кровати и протянул руку вперед. Красавица, мать ее. Произведение искусства. Мускулистая, в меру волосатая, с венами, жилками и несовершенствами самой обычной живой руки. Вот только какого хрена она делала на теле Барнса слева?

— Не поверишь, — начал Агент, тоже с интересом рассматривая свою левую руку. — Но это от Старка. Он заявился сюда пять дней назад по приглашению Стива. Встреча была… тяжелой, но ожидаемой. В конце концов, я реально… Не важно. Он притащил мой советский протез и вот эту красавицу. Заявил, что око за око и все такое, но долги ему пусть Кэп отдает как бывший друг, а ко мне у него нет претензий и вообще ничего нет, и лучше бы я исчез вообще, но раз так не получится, то он согласен вернуть мне руку и тем самым закрыть все счеты. И, в общем, поставил выбор — либо прикручивает мне назад старый железный протез, либо ставит свою игрушку, но тогда дает мне разобраться с… — Агент сбился. Поморщился от воспоминания, — …с механизмом, оставшимся в плече. Ну и понятно, что рука от Старка нашпигована следящими устройствами и, я уверен, какими-нибудь бомбами, а еще он встроил сюда тридцать два режима вибрации, что рассказывает о Старке гораздо больше, чем я когда-либо хотел знать… Но я не был привязан к железяке, а эта штука легче, функциональней, круче по всем параметрам и выглядит как настоящая. Очень удобно. Я выбрал ее. Прошел операцию, сейчас осваиваюсь. Без тебя было плохо, Командир. Хорошо, что ты живой.

Закончив говорить, Барнс наклонился и уткнулся лицом ему в шею. Брок с большим трудом поднял руку, потрепал его по голове, с удовольствием отмечая отмытые волосы Агента, заплетенные в почти аккуратную косичку. Следит за собой. Коммуникабельный. Пошел на операцию сразу после столь значительного стресса. Спит в одной комнате, но не в ногах. Чертов код сработал, и от чувства маленькой победы по сердцу растеклось тепло.

Все остальное пока что не складывалось в общую картинку, но мозг, и без того получивший слишком много информации, отказывался ворочать мыслями и языком. Брок прикрыл глаза, чтобы передохнуть, а когда открыл их, обнаружил себя внутри капсулы, крепко перехваченный ремнями по рукам и ногам. Затопила паника, он решил, что сейчас будет заморожен, воздух перестал поступать в легкие, и Брок дернулся изо всех сил — раз, другой, третий, заскулил, пытаясь перекинуться, обрести свою волчью сущность, и не смог, и только красная пелена застилала все вокруг. Последнее, что он увидел, прежде чем отключился, была рука, разбившая стекло возле его головы. Брок еще отметил последним островком спокойных мыслей посреди бушующего панического океана, что стекло не порезало руку, так странно, а потом спасительная темнота затопила разум.

В этот раз пробуждение было резким и абсолютным. Вот он плавал в небытии, и в следующее мгновение уже сидел на кровати, оценивая обстановку и настороженно прислушиваясь к звукам вокруг. Приборы пищали. Птицы за огромным, в полстены, окном, яростно щебетали что-то летнее. Громко работала вытяжка, и он, кажется, слышал звук радио или телевизора из соседней палаты. За дверью ходило несколько десятков людей. Длинный коридор, пятнадцать палат, ресепшн… Брок нахмурился и кинул взгляд вниз. Он все еще был в человечьем обличье, но воспринимал мир так, словно уже обернулся. Это… как минимум утомляло. И напрягало.

Соседняя койка пустовала. Аккуратно заправленное одеяло намекало, что Агент, возможно, перебрался в другое место, и от этой мысли стало совсем тоскливо. Брок поймал себя на том, что скулит, и подавил этот звук силой воли. Что хорошо для волка, непозволительно мужику под пятьдесят.

Тело требовало движения, он вообще чувствовал себя почти здоровым, что означало две вещи — либо он ошибается в оценке собственных сил, либо провалялся в отключке минимум месяц.

Послышались знакомые легкие шаги, и Брок напрягся всем телом, повернувшись в сторону звука. Не ошибся — Агент, собственной персоной! Барнс катил тележку с едой и выглядел расслабленным, почти счастливым. Увидев, что Брок сидит, улыбнулся ему и подмигнул.

— Командир, — поздоровался он, подкатывая еду поближе. Устроился напротив, немедленно схватил кусок курицы и отправил в рот.

— Агент, — Брок кивнул в ответ и тоже потянулся к еде. Замер. — Можно?

— Да-а. Ты идешь на поправку, — сообщил Агент, ничуть не стесняясь говорить с набитым ртом. — Так что ешь. Врачи хотят тебя вскрыть, говорят, феномен.

— Пх, и что их так удивило? — Брок налил себе для начала бульон. Жрать хотелось неистово, но он еще не потерял остатки разума и решил начинать постепенно.

— Твои нетипичные реакции. Вчера тебя положили в камеру доктора Чо. Включили. Ты регенерировал быстрее, чем любой нормальный человек. Быстрее меня. А потом взял и выдал им коллапс. Что-то с давлением, за секунды. Я разбил камеру и вытащил тебя. — Барнс сунул ножку целиком в рот и задрал рукав толстовки на левой руке. Сжал и разжал пальцы, совсем как настоящие, покрытые тонкими волосками. — Идеальная штука, выбила бронированное стекло и хоть бы хны. Правда, маникюр придется делать на правой тоже, иначе разница слишком заметная. Старк, когда проектировал, даже представить себе не мог человека с неполированными ногтями.

Брок только фыркнул. Говорить о Старке не хотелось, слишком много было более насущных вопросов.

— А где Стив?

— Капитан Роджерс уехал, — Баки пожал плечами, враз сделавшись несколько… скучнее. Как интересно. Брок не ждал, что Агент сразу кинется в объятия Роджерса, конечно, но он уже так хорошо прогрессировал, социализировался, болтал… И все еще не помнил Стива. Странно. — Его вызвал Т`Чалла, что-то по поводу недобитой в джунглях Гидры. Хорошо, что он уехал. Я смог поговорить со Старком. Сделал операцию.