Виктория значит Победа (СИ) - Крутских Константин Валентинович - Страница 42

Вика тут же вскочила вслед за нею, и усадила обратно, приговаривая:

— Что ты, Кизили? Что ты? Успокойся.

И только когда ей дали попить, больная смогла перевести дух и произнесла:

— Ребята… Всем нам угрожает страшная опасность. Только что я вспомнила одну вещь, которую случайно услышала в крепости.

Все напряженно слушали ее, никто не смел перебивать.

— Вы помните, что когда меня пытали… — продолжала она, — когда меня стали выкручивать в костоломной машине, я быстро потеряла сознание. Меня стали колотить по лицу, и я очнулась, но сумела не подать виду, и вскоре они на время оставили меня в покое. Они начали обсуждать свои планы, а я напряженно прислушивалась. А может быть, они обсуждали их, даже зная, что я слышу, поскольку все равно приговорили к смерти. Так вот, колдуны обсуждали план полного уничтожения нашего города. И план этот был уже вполне продуманный, и осуществление его было в самом разгаре!

Она замолчала и окинула взглядом друзей. Вика, не потерявшая присутствия духа, произнесла:

— Так в чем же этот план состоит?

— Этот план, разумеется, колдовской, — ответила Кизили. — Они собираются создать прямо под нашим городом искусственный вулкан!

Все невольно вздрогнули, но, похоже, никто из парней особо не удивился. Они здесь привыкли к тому, что для ихмевалтов нет ничего невозможного. И видя их реакцию, Вика не стала задавать скептических вопросов. Если они поверили, то значит, это и впрямь возможно. А вслух она спросила:

— И когда же это должно произойти?

— В том-то и дело! — воскликнула Кизили. — Это должно случиться всего через пару часов — сегодня в полнолуние.

— Точно? — спросил Лепотауко.

— Точно, — кивнула Кизили. — Из их разговоров я поняла, что у них в центральной зале на столе лежит колдовская карта, на которой отмечены координаты для появления вулкана. Все уже давно готово, и они ждут именно полнолуния, ну, вы знаете, оно всегда важно для колдунов.

— Вулкан под нашим городом, — произнес Сарвет. — То есть, лава станет подниматься с самого низа и затопит все этажи. И мы просто не успеем что-либо предпринять.

В глазах ребят не читалось никакой паники. То ли оттого, что их народ вообще отличался предельным хладнокровием, то ли новость была слишком невероятной, чтобы в нее поверить.

— Надо срочно эвакуировать город! — воскликнул Лепотауко. — Людей вывести еще успеем.

— А книги? А записи музыки? Разве все это успеешь вывезти? — возразил Ладвапунг. — По-моему, эвакуация — это не выход. Нужно напасть на крепость.

— Ну да, пока будем ломиться в ворота, они успеют привести алан в исполнение, — мрачно произнесла Кизили.

— А что, если перетащить всех в наш мир? — предложила Вика.

— Не получится, — откликнулся Сарвет. — Окна перехода еще слишком слабы, действуют всего лишь несколько минут. Даже если задействовать все мощности, удастся перебросить не больше сотни человек.

И тут у Вики возникла совершенно сумасшедшая мысль. Братание с ведьмой так и не прошло для нее даром — скрипучий голос по-прежнему продолжал фонить у нее в голове. Просто за прошедшее время она успела настолько привыкнуть к нему, что почти не замечала. А что, если попробовать его использовать в своих целях?

— Вот что, — сказала Вика вслух. — Кизили, ты по-прежнему консорг, свяжись с олавуем, объясни обстановку и потребуй немедленной эвакуации. Ребята, помогите ей. А я попробую осуществить одну идею. Не мешайте мне, я должна побыть одна. Кони будут ждать вас в коридоре, Киира тоже заберите, он может кому-то понадобиться. Да, и скажите академику, чтобы всех коней вывели, не только людей!

— Ты собираешься остаться? — вскрикнула Кизили. — В гибнущем городе? Ты с ума сошла!

— Ничего особенного, — ответила Вика. — В нашем мире, точнее даже, в моей стране, на великой реке Волге, когда-то был славный и древний город Молога. Безумные власти, совсем не думавшие ни об истории, ни об экологии, решили его затопить, чтобы там получить какую-то выгоду от повышения судоходности реки. Всех жителей оттуда вывезли, но около трехсот человек решили остаться, чтобы быть со своим родным городом, со своим домом до конца. Они все утонули, но это была прекрасная смерть, они стали настоящими героями, сражавшимися за Родину, ничуть не хуже солдат, павших на фронте. Ну а я… Не торопитесь меня хоронить. Или вы больше не верите в деву Войтто?

И она молча развернулась и направилась к конюшне, не оборачиваясь на крики друзей. Оказавшись на месте, заперла внутреннюю дверь и, открыв внешние ворота, приказала всем коням выбираться наружу. Четверо выполнили приказ, и только ее верный Луч не двигался с места, как будто понимая, что они могут больше не увидеться. Вика приблизилась к нему, обняла за длинную морду и сказала по-русски:

— Держись, Лучик. Видишь, как все устроено — когда-то мы умерли вместе, но теперь я не отдам тебя им. Уходи с друзьями, они тебя тоже любят, не меньше, чем я. Кизили так вообще тебя вырастила. Помнишь, как она радовалась встрече? Ну вот, с ними не пропадешь. А может быть, мы с тобой еще встретимся, не в этой жизни, так в следующей. Ну, давай!

Белый красавец закивал своей разумной головой, прощально заржал и присоединился к сородичам. Вика поспешно закрыла ворота и заперла на засов, чтобы нельзя было открыть кнопкой снаружи. А коридор, тем временем, заполнялся встревоженными голосами, кажется, академик Кахеняога уже объявил всеобщую эвакуацию.

Впрочем, здесь, за плотно закрытой дверью, было совсем тихо. Как раз то, что нужно. Вика огляделась по сторонам. Она выбрала именно это место потому, что именно здесь совершила свой самый опрометчивый поступок — побраталась с ведьмой, пустила в свой организм ее поганую кровь. Значит, здесь связь должна быть сильнее. Скарификаторы, которые она сначала собиралась хранить, конечно, уже давно уничтожены. Но вот, например, сохранилось ведро, на котором Вика сидела, одевая фальшивую сестренку к празднику. Да вот оно, Вика узнала его по частично облупившейся надписи. Ну что ж, на него и сядем.

Для того, чтобы окончательно сосредоточиться, Вика выключила свет, задвинула ведро угол, и села на него. Вытянула ноги, привалилась затылком к сходящимся стенам. Ну вот, вроде бы достигла максимального расслабления, ничто больше не отвлекает.

За прошедшие дни, голос ведьмы, продолжавший фонить у нее в голове, иногда становился чуть громче, иногда почти исчезал. Если уж совсем наглел, то Вика спокойно глушила его парой песенных строчек.

Сейчас, прислушавшись к своим ощущениям, Вика поняла, что все по-прежнему. Скрипучий голос в ее голове еле слышно повторял: "Сестра, где ты? Откликнись, сестра! Послушай меня, сестра!" Как будто радиостанция передавала записанный сигнал на одной и той же волне. Конечно, у ихмевалтов нет радио, но принцип действия в чем-то похож.

Вика глубоко вздохнула, медленно выдохнула и мысленно громко произнесла:

"Я здесь, сестра! Я слышу тебя! Я зову тебя!"

Монотонный сигнал на мгновение прервался, как будто на том конце раздумывали, потом раздался уже осмысленный ответ:

"Сестра, я слышу тебя! Я здесь! Где же ты была?"

" Ну, наконец-то! — поддельно обрадовалась Вика. — Я так долго ждала тебя. Я пыталась звать тебя, но эти проклятые ученые глушили твой голос. У них есть какое-то средство".

"Какое же?" — тут же насторожилась ведьма.

"Я не знаю, — соврала Вика. — Они держат его в секрете, даже от меня, хотя я для них героиня".

"Постарайся узнать, ладно, сестра?"

"Ладно, постараюсь".

Еще некоторое время они продолжали болтать о каких-то пустяках, Вика старалась заговорить ведьме зубы, чтобы покрепче войти к ней в доверье. Она успела выработать у себя сразу два мысленных голоса. Одним, громким, она разговаривала с ведьмой, а другим, едва слышным, шептала спасительные строки стихов. И это сочетание, вроде бы, действовало — ведьма ничего не расслышала, не заподозрила и, кажется, начала терять контроль над собой!