'Красный террор' в Россiи 1918 - 1923 - Мельгунов Сергей Петрович - Страница 32

"Ставили нас рядом -- добавляет одно частное сообщенiе, цитированное Спиридоновой в письмe к Ц. К. большевиков -- цeлую одну треть волости шеренгой и в присутствiи тeх двух третей лупили кулаками справа налeво, а лишь кто дeлал попытку улизнуть, того принимали в плети" (дeло касается дeйствiй реквизицiоннаго отряда). {160}

В Ветлужском и Варнавинском уeздах Костромской губ. начальство, прieхав в деревню, "цeликом ставило сход на колeни, чтобы крестьяне почувствовали почтенiе к совeтской власти".

"Всыпьте им, пусть помнят совeтскую власть"...

Что же удивительнаго, если "под словом коммунист", как признает сама "Правда", "именуют всeх хулиганов, лодырей и шарлатанов". "Над нами издeваются, как над безсмысленным скотом"... Чтобы понять террор в деревнe, террор реквизицiонных отрядов, террор так называемых "комитетов деревенской бeдноты" -- хулиганов, сдeлавшихся вооруженными диктаторами, дeйствительно надо вникнуть в современную бытовую обстановку.

"В старое время -- говорят в Макарьевe -- становые на мужиках eздили, а теперь коммунисты катаются". Это тоже из "Правды". Прieзжает продовольственный отряд в одно село в Хвалынском уeздe Саратовской губ. Собирает мужиков ночью, приказывает истопить баню и привести "самых красивых дeвушек молодых"... А вот приказ продовольственнаго комиссара комбeду: "объявите вашим гражданам, что я им даю сроку три дня свезти десять тысяч пудов хлeба... За неисполненiе такового будут мною поголовно разстрeливаться, ибо мною уже сегодня в ночь разстрeлен один мерзавец в д. Варваринкe. Уполномоченным (таким-то) дается право при неисполненiи разстрeливать, в особенности подлую волость такую то".16

Разстрeл и порка -- вот по истинe символ "переходной эпохи" к соцiализму. Что тут говорить о "бeлых". Никто не перещеголяет большевиков в их кровавом угарe.

Найдем ли мы в жизни и в литературe описанiе, аналогичное тому, которое приводит Штейнберг о происшествiи в Шацком уeздe Тамбовской губ. Есть там почитаемая народом Вышинская икона {161} Божьей Матери. В деревнe свирeпствовала испанка. Устроили молебствiе и крестный ход, за что мeстной Ч. К. были арестованы священники и сама икона... Крестьяне узнали о глумленiи, произведенном в Ч. К. над иконой: "плевали, шваркали по полу", и пошли "стeной выручать Божью Матерь". Шли бабы, старики, ребятишки. По ним Ч. К. открыла огонь из пулеметов. "Пулемет косит по рядам, а они идут, ничего не видят, по трупам, по раненым, лeзут на пролом, глаза страшные, матери дeтей вперед; кричат: Матушка, Заступница, спаси, помилуй, всe за тебя ляжем"...

Для того чтобы подвести итоги слeдовало бы сказать еще о массовых высылках крестьян, идущих вслeд за разстрeлами, контрибуцiями, сожженiем и конфискацiей имущества при мeстных возстанiях.

___

Когда мы говорим об усмиренiях, связанных с крестьянскими возстанiями; когда мы говорим о разстрeлах рабочих в Перми17 или в Астрахани, ясно, что здeсь уже не может идти рeчь о каком-то специфическом "классовом террорe" против буржуазiи. И дeйствительно, террор распространен был с первых дней своего существованiя на всe классы без исключенiя и, может быть, главным образом на внeклассовую интеллигенцiю.

Так и должно было быть. Задача террора -- говорила передовая статья в No. 1 "Еженедeльника" В. Ч. К. -- уничтоженiе идеологов и руководителей врагов "пролетарiата" (читай: врагов совeтской власти). В приговорах Ч. К. и трибуналов говорилось иногда о снисхожденiи, которое дeлалось обвиняемому "принимая во вниманiе его пролетарское происхожденiе". {162} Но на самом дeлe это было только вывeской, нужной в видах самой разнузданной демагогiи. Конечно, на первых порах эта вывeска обманывала несознательные элементы страны, но скоро, кажется, всe уже поняли реальную цeнность этой демагогiи.

Я думаю, что слeдователи типа "тов. Трунова", описываемаго В. Красновым в его воспоминанiях18, были явленiем в общем рeдким и, может быть, только на первых порах, когда интенсивно шла агитацiя против буржуазiи, как таковой. Бесeда этого слeдователя в селe Безопасном, Ставропольской губ. с арестованным сводилась к одной и той же стереотипной фразe: "Покажь руку! Раздeть!" "С узника срывали одежду, толкали к выходу, там подхватывали на штыки и выбрасывали тeло в ямы, сохранившiя названiе "чумного база" послe чумной эпидемiи на рогатом скотe". Примем во вниманiе, что застeнок, гдe орудовал Трунов был только сельской тюрьмой, правда, в селe большом, -- не ясно ли, что прiем слeдователя дeйствительно не болeе чeм ничего не говорящая стереотипная фраза. К той же демагогической фразеологiи слeдует отнести заявленiе нeкоего рабочаго лефортовскаго района в Москвe Мизикина, на которое впослeдствiи ссылалась "Правда". При обсужденiи в Московском Совeтe вопроса о прерогативах Ч. К. и тезиса Лациса о ненужности судебнаго слeдствiя Мизикин заявил: "К чему даже и эти вопросы? (о происхожденiи, образованiи, занятiи и пр.). Я пройду к нему на кухню и загляну в горшок: если есть мясо -- враг народа! К стeнкe!" Руководство в жизни этим "пролетарским" принципом означало бы в 1918 г. разстрeл всей привилегированной партiи коммунистов; "нетрудящiйся да не eст"... и мясо в то время, пожалуй, преимущественно находилось в горшке {163} "коммунистических" хозяйств и, быть может, спекулирующей "буржуазiи".

Никто не повeрит Лацису, что террор будто бы совсeм не трогал "заблудшихся рабочих и крестьян", как никто не повeрит Шкловскому, утверждавшему в No. 3 "Еженедeльника" Ч. К., что "не было ни одного случая, чтобы это угнетенiе было направлено против рабочаго класса". Когда в Одессe В iюлe 1919 г. начались протесты против массовых разстрeлов19, мeстная губ. Ч. К. издала "приказ", гласившiй, что контр-революцiонеры распространяют "лживые провокацiонные слухи о разстрeлe рабочих"; президiум Ч. К. объявлял, что ею не было разстрeлено "ни одного рабочаго, ни одного крестьянина" -- и тут же дeлалась оговорка "за исключенiем явных бандитов и погромщиков". Всeм желающим "товарищам-рабочим" предлагалось явиться за полученiем оффицiальных справок о разстрeленных в Ч. К. Затeм шли предупрежденiя: к лицам, уличенным в распространенiи лживых провокацiонных слухов, "будет примeнено самое суровое наказанiе, которое допускается существующими законами осаднаго положенiя". Едва ли кто пошел послe этого за "справками"... Астраханскiя убiйства были исключенiем только в силу своих небывалых еще размeров: напр. 60 представителей рабочих разстрeлено в сентябрe 1920 г. в Казани за требованiе только восьмичасового рабочаго дня (!), пересмотра тарифных ставок, высылки свирeпствовавших мадьяр и проч.20. Справедливо говорило воззванiе лeвых с.-р., обращенное в апрeлe 1919 года к рабочим, с предложенiем не участвовать в первомайских торжествах: "Коммунистическое правительство за время послe октябрьской революцiи собственноручно разстрeляло не одну тысячу трудовых крестьян, солдат, рабочих {164} и моряков".21 "Тюрьма для буржуазiи, товарищеское воздeйствiе для рабочих и крестьян" -- гласит надпись в одном оффицiальном учрежденiи. Тот поистинe страшный саратовскiй овраг, о котором мы уже говорили, одинаково был страшен, "как для буржуазiи, так и для рабочих и крестьян, для интеллигенцiи и для всeх политических партiй, включая соцiалистов". Также и концентрацiонный лагерь в Харьковe, гдe работал Саенко, и названный спецiально лагерем для "буржуев", был переполнен, -- как свидeтельствует один из заключенных в нем, -- представителями всeх сословiй и в особенности крестьянами.

Кто опредeлит, сколько пролито крови рабочих и крестьян в дни "краснаго террора"? Никто и, быть может, никогда. В своей картотекe, относящейся только к 1918 г., я пытался опредeлить соцiальный состав разстрeленных... По тeм немногим данным, которыя можно было уловить, у меня получились такiя основныя рубрики, конечно, очень условныя.22 Интеллигентов -- 1286 человeк; заложников (профессiонал.)23 -- 1026; крестьян -- 962; обывателей -- 468; неизвeстных -- 450; преступных элементов (под бандитизм часто, однако, подводились дeла, носящiя политическiй характер) -- 438; преступленiя по должности -- 187. Слуг -- 118; солдат и матросов -- 28; буржуазiи -- 22; священников -- 19.