Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель - Корнев Павел Николаевич - Страница 221

– Неудивительно, да.

– Вам следует исповедаться и посетить службу.

– Непременно. – Я дождался, когда нас нагонят Гуго с Бертой, и незаметно для окружающих сунул в сумку девушки кинжал. – Но сначала как следует промочу горло.

Слишком уж муторно на душе. Гадко, несмотря на полученную зацепку. А значит, надо выпить. Пусть завтра все и навалится с новой силой, но иногда стоит просто отодвинуть дела в сторону.

– Оно того стоило? – спросил никак не желавший оставить меня в покое экзорцист.

– На вопрос, удалось ли добиться поставленной цели, ответил бы положительно.

– Ух ты! – обрадовался Гуго. – В яблочко?

– Не без этого. – И я указал на питейное заведение, из открытых окон которого тянуло ароматом свежей стряпни: – А посему предлагаю это дело отпраздновать.

– Без меня. – Берта делано приложила ладонь к накладному животу. – Проводишь, Марк?

– Разумеется! – тут же согласился парень, поглядевший в сторону кабака с нескрываемым неодобрением. – Разумеется, провожу!

– Смотрите, только ни в какую историю не влипните, – предупредил я, испытав облегчение оттого, что удалось наконец отделаться от брата-экзорциста. Достал он уже своими расспросами.

– Ну что, идем? – заторопился Гуго и оживленно потер руки. – Весь день ни капли во рту не было!

– Полегче давай, – предупредил я фокусника. – Тебе выступать завтра.

Тот лишь фыркнул и важно прошествовал в пивную, как ни странно, оказавшуюся почти пустой.

А в остальном кабак как кабак. Массивные деревянные столы, вместо табуретов неподъемные лавки. И те, и другие испещрены как свежими, так и уже потемневшими зарубками, оставленными ножами посетителей. На местах завсегдатаев и вовсе чуть ли не целые картины вырезаны. В общем, заведение не слишком презентабельное, но нам и такое сойдет.

Гуго сразу убежал делать заказ; мы с Валентином уселись за липкий от пролитого пива стол у окна, и усач усмехнулся:

– Подбил-таки клинья к девчонке, стервец!

– В смысле? – удивился я.

– Не видишь, что ли, как умник этот вокруг Берты вьется? Совсем голову девчонке задурил.

– А, ты об этом! Ерунда, забудь.

Валентин на полном серьезе считал циркачку недалекой девицей и никак не мог взять в толк, почему мы с Гуго стараемся держаться от нее подальше. Впрочем, в последнее время Берта угомонилась и своих коронных номеров давненько уже не откалывала.

Давненько – да. Аккурат после Рживи образумилась. Вот и возникал резонный вопрос, кто к кому клинья подбивал.

Я только вздохнул.

– Неужели не волнует, что они вместе?

– Меня нисколько не волнует, что с ней он, – признался я. – Меня больше беспокоит, что с ним она.

– Серьезно? – озадачился Дрозд.

– Именно. – Я завертел головой в поисках Гуго, но тот по-прежнему толковал с хозяином. – Ну и как, Валентин, тебе Лирана?

– Неплохо, – ответил усач. – Все не так жарко, как в Ораже-на-Рее.

– Да, в том году чуть не спеклись.

– Это все потому, что сюда с полуночи холодное течение подходит. Летом не так жарко, зато зимой погода премерзкая.

– Нет, хорошо здесь…

– Бывало и лучше, – усмехнулся Дрозд. – Как ни крути, под петлей ходим. Да и кто мы здесь? Жалкие фигляры. Хуже чем бродяги. Даже обыватель как на пустое место смотрит, про благородных и вовсе молчу. А ведь бывало, что и мы на них жути нагоняли…

– Ты о Рживи опять?

– Да я так, в общем, – пожал плечами Валентин. – Просто рядом совсем другая жизнь, а мы что-то делаем не так. Никак не можем использовать выпавший шанс…

– Смотрю, на тебя меланхолия в полный рост накатила. Надо выпить.

– Надо, – согласился усач.

– А вот и я! – Гуго выставил на стол кружки, кувшин вина и жбан пива, уселся напротив меня и спросил: – О чем беседуете?

– О погоде.

– Других тем не нашлось? – фыркнул фокусник.

– Тебя дожидались, – буркнул Дрозд. – Смысл командиру два раза одно и то же растолковывать? – Он налил себе пива, сдул с кружки пену, отпил и одобрительно крякнул: – Забористая штука!

– Повезло, – хлебнув, согласился с ним Гуго. – Обычно ихнее пойло в рот брать противно.

– Ха! Противно ему! – фыркнул усач. – Вот мы в вольных баронствах из-за полного отсутствия денег и враждебности якобы мирного населения как-то раз сами пиво сварили. Вот это была дрянь так дрянь, я вам доложу! Весь ближайший ельник загадили!

Я усмехнулся и налил себе красного вина. Посидел, баюкая в руках кружку, выпил. Хорошо. Вообще, вино в Лиране отменное. Вкусное, легкое, недорогое. Крепленого тоже в достатке, но его лишь загулявшие моряки да совсем уж безденежная голытьба заказывают.

– Ну и какие наши дела? – поторопил меня Гуго.

– Дела наши не ахти. Хоть ноги уноси, – вздохнул я.

– Все так серьезно? – помрачнел Валентин.

– Знаете, кто такой граф Мигель Луис ди Ласкес?

Дрозд недоуменно помотал головой, а вот фокусник поморщился и спросил:

– Так это его ведомство за всей этой бесовщиной стоит?

– Какое еще ведомство?! – жахнул выведенный из себя усач кулаком по столу. Сразу втянул голову в плечи и уже куда тише спросил: – Кто он такой? Чего молчите-то?

– Это глава ночной гвардии, – пояснил Гуго. – Тебе ведь не надо объяснять, что такое ночная гвардия?

Что такое ночная гвардия, Валентин знал. И потому сразу поинтересовался:

– И при чем тут этот Ласкес?

– Бесноватого нацелили на его убийство, а те двое парней были из третьего стола военной коллегии. По-нашему – из армейской разведки.

– Бесов день! – потрясенно протянул Дрозд, и лицо его заметно вытянулось. Гуго тоже проняло до самой печенки.

Еще бы не проняло! Пусть Тайная служба с надзорной коллегией и живет как кошка с собакой, но немыслимо, чтобы Малькольм Паре решил физически устранить Якоба Ланье. А тут – пожалуйста! И такое уж наше везение, что мы вляпались в это дело, будто пастушок в коровью лепешку.

– Армейские просто на стену полезут, когда узнают, что кто-то их людей грохнул, – пробормотал фокусник и одним махом выдул полкружки пива. – Одна надежда, подумают на ночную гвардию.

– Вот это мы дали! – покачал головой Валентин. – Но задание-то хоть выполнили?

– Почти. – Я вздохнул и глотнул вина. – Бесноватого отдельно от других держали, поэтому, кто именно использует одержимых в своих целях, непонятно.

– По крайней мере теперь известно, в каком направлении рыть, – пожал плечами Гуго. – Да и мор в Леме играл на руку скорее армейскому руководству.

– Есть такое мнение, – кивнул я. – Ладно, сообщим в Акраю и посмотрим, что руководство ответит. Да и сами на свежую голову обмозгуем.

– И когда сообщите, командир? – встрепенулся Валентин.

– А что?

– Может, нас от греха подальше в Стильг отзовут? Раз такое дело…

– Особо на это не рассчитывай. Да и не быстро это все.

– Ясно, – вздохнул усач.

А задумчиво уставившийся в потолок Гуго вдруг произнес:

– Поговаривают, Ласкес имеет обыкновение инкогнито шляться по борделям. С охраной из верных людей, но тем не менее у бесноватого был бы шанс…

– Хватит! – хлопнул я ладонью по столу. – Мы пьем сегодня или не пьем?

– Пьем! – подтвердил Гуго и махнул хозяину рукой: – Неси!

И тут же стол оказался заставлен блюдами и жбанами. Прямо на сковороде притащили посыпанных какими-то специями огромных креветок, к ним плошки с соусом и доску с хлебом. И тарелки, тарелки, тарелки…

– Ничего, что морских гадов заказал? – уточнил фокусник. – Нам самое то с пивом.

– Нормально, – кивнул я и, подхватив горячую креветку, макнул ее в соус. – Они с вином тоже хорошо идут.

Когда мы молча опустошили сковороду, Гуго сразу окликнул хозяина:

– Еще! – и добавил уже нам: – Угощаю.

– С чего это? – насторожился Валентин.

– А думаю, мне сегодня повезет, – подмигнул ему фокусник и достал колоду. – Как насчет пары партеек?

– Не откажусь, – согласился сыграть Дрозд. – А то командир просто как детей с этим спором сделал.