Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель - Корнев Павел Николаевич - Страница 219

– Не отвлекайся, просто репетирую, – успокоила его циркачка.

Парочка прошла в распахнутые ворота, а я вернулся к Валентину и Гуго, которые прислушивались к доносившимся из-за ограды пьяным крикам. Постояли, помолчали. В переулок заглянули очередные страдальцы, нисколько не смущаясь нашим присутствием, они облегчились и потопали обратно к проспекту.

– Никакой культуры, – вздохнул Гуго. – И для этих людей мы устраиваем представления!

– Никто другой к нам и не придет, – фыркнул Валентин. – Какие представления, такие и зрители.

– За себя говори! – немедленно полез в бутылку фокусник. – Престидижитация – высокое искусство…

– Идут! – встрепенулся я, но Берта лишь отрицательно покачала головой и повела экзорциста к следующему дому.

– Нет у меня на него надежды, командир, – неожиданно произнес Дрозд и потер прятавшийся под бакенбардами шрам. – Балаганные фокусы, да и только.

– Но-но! – возмутился Гуго и ткнул усача пальцем в бок: – Фокусы не трогай! – А потом печально вздохнул: – Хотя насчет Марка, увы, вынужден согласиться.

Валентин в кои-то веки только кивнул. Я смерил их задумчивым взглядом, вздохнул и выудил из кошеля увесистую серебряную монету:

– Ставлю пиастр, что он справится.

– Принимаю! – немедленно согласился Дрозд.

А вот Гуго засомневался, оценивая шансы на выигрыш.

– Вообще, бесноватого тут может и не быть, – задумчиво пробормотал он, а когда увидел, что Марк и Берта шагают уже к третьему дому, махнул рукой: – Идет!

Я щелчком отправил восьмигранную монету в воздух, перехватил и ухмыльнулся:

– Готовьте ваши денежки!

– Вот еще! – покрутил ус Валентин. – Подождем.

– А чего ждать? – хохотнул Гуго. – Вон, снова впустую сходили.

– Придется, командир, тебе раскошеливаться…

Следующий дом тоже оказался пустышкой, и мои подручные уже начали с довольным видом потирать руки, да только с последнего двора сладкая парочка выскочила едва ли не бегом.

– Похоже, у нас проблемы, – буркнул Валентин, закатывая рукава, но за Бертой и Марком никто не гнался. И подбежали они к нам вовсе не напуганными, а воодушевленными.

– Там! – с ходу ткнул экзорцист куда-то на верхние этажи. – Он там!

– Тише ты, не маячь! – одернул я парня, с которого просто текло ручьем. – Успокойся и говори.

– Бесноватый в этом доме! С ним двое, но это простые люди.

– Откуда узнал?

– В каждом из нас в той или иной степени присутствует скверна, – заявил Марк. – Если человек ведет праведный образ жизни, мне его душу не почувствовать, но те, кто якшается с бесноватыми, – совсем другое дело.

– С кем поведешься, от того и наберешься, да? – усмехнулся Валентин. – Ну и что делать будем, командир?

– Для начала вам придется раскошелиться. – Я забрал у подельников выигрыш, звякнул монетами и задумался. – Вот не знаю, что делать будем, не знаю…

– Сейчас туда соваться нельзя, – предупредила Берта. – Там местные во дворе гуляют. Если втихую не скрутите, ой что начнется…

– А если станем непонятно чего дожидаться, то бесноватого отсюда перевезти успеют.

– Может, и к лучшему? – задумался Валентин. – Проследим. Не надо горячку пороть!

– Не вариант, – отмахнулся фокусник. – Нет у нас возможностей нормальную слежку организовать. Только упустим.

– И что ты предлагаешь? – вздохнул я.

– Предлагаю поработать головой. – Гуго постучал себя по виску полусогнутым пальцем. – Надо подойти к делу творчески! Почему бы не устроить отвлекающий маневр?

– И как вы думаете отвлечь от выпивки и карт тех… господ? – не стал скрывать своих сомнений Марк.

– Хлеба и зрелищ! Все, что надо людям, – это хлеба и зрелищ! Хлеб у них уже есть, осталось обеспечить зрелище!

– Надеюсь, ты не предлагаешь нам тут выступить? – фыркнула Берта.

– Вовсе нет! – отмахнулся Гуго. – Давайте устроим поджог! Одни начнут тушить пожар, другие станут на него глазеть.

– Дом сгорит, бесноватый останется? – хмыкнул Валентин. – Так, что ли? Бред! Командир, скажи!

– Можно поджечь соседний дом.

– Не стоит, – поморщился я.

– Ну тогда… – Гуго глянул вслед очередным парням, которые помочились на стену и отправились восвояси, и прищелкнул пальцами: – Есть!

– Что такое?

– Сейчас, сейчас мысль оформлю. Решайте пока, кто пойдет внутрь.

– Марк покажет нам с Валентином нужную квартиру, вы с Бертой останетесь на шухере, – решил я. – Ну давай, колись!

– Отойдите, – потребовал фокусник, – подальше. Вот туда, да. Сейчас все будет.

Я вместе с остальными перешел на другую сторону улицы, а Гуго прислонился к забору и стал внимательно поглядывать на выход из переулка.

– Он начинает меня пугать, – пожаловался Валентин и сунул за пояс пару тяжелых метательных ножей с обмотанными веревкой рукоятями. – Одни представления на уме. Того и гляди, ум за разум зайдет.

– Дом не подожжет, уже хорошо, – вздохнул я и спрятал под рубаху кинжал. Потом убрал в карман связку отмычек и уставился на обветшалое здание, силуэт которого понемногу растворялся в заполонивших переулок сумерках.

В потемках работать даже лучше, но, если закроют на ночь ворота, придется убираться отсюда несолоно хлебавши.

– Ну и воняет, – сморщила носик Берта. – Женщине в моем положении не стоит посещать подобные места…

– Тсс, – прошипел я, заметив, как встрепенулся Гуго при виде завернувшей в переулок шумной компании морячков.

Когда подвыпившие мужички рядком выстроились у стены, фокусник воровато оглянулся и что-то поднял с земли. Вытер перепачканную руку о жакет, а затем вдруг ловко швырнул в спину ближайшему гуляке пригоршню грязи. Все вышло даже лучше: комок угодил в бритый затылок и мерзкой жижей стек за ворот. Морячок будто ужаленный подскочил на месте, резко развернулся, и сразу взвыл Гуго.

– Что за дела?! – в изумлении уставился он на свой изгаженный жакет, а когда донельзя разозленные парни подбежали к нему, начал пьяно размахивать руками: – Хотел отлить, а тут на тебе – в лицо, грязью!

– Кто?! – рявкнул моряк в перепачканной рубахе.

– Из-за забора! Как зашвырнут из-за забора… – указал фокусник на нужные нам ворота, и горевшие жаждой мести парни немедленно рванули за ограду.

Там сразу разгорелась пьяная свара, и я помчался через двор. Следом – Валентин и Марк. Вошедшие в раж моряки уже вовсю гоняли вокруг стола местных забулдыг, и, хоть тем на помощь повыскакивали приятели, преимущество пока оставалось на стороне чужаков.

Выгадав момент, я взлетел на крыльцо и заскочил в дом. Пропустил вперед Валентина, дождался Марка и бросился на третий этаж. Каким-то чудом никого не повстречав на лестнице, мы вывалились в темный коридор, и Марк без колебаний остановился у одной из дверей.

– Выламываем? – предложил Дрозд. – Один бес, все к окнам прилипли.

И в самом деле шум разгоревшейся драки доносился даже сюда.

– Нет, – мотнул я головой, вытащил кинжал и, опустившись на одно колено, принялся подцеплять клинком щеколду. – Готовься, попробуем врасплох застать.

– Валим наглухо? – спросил усач, взял в каждую руку по метательному ножу и отодвинул в сторону побледневшего экзорциста: – Не мешай пока.

– Наглухо, – подтвердил я, справившись с немудреным запором. Оно и верно, откуда хитрые замки в этом-то клоповнике? – Только бесноватого не трогай.

От охранников толку никакого – сюда явно мелких сошек законопатили. Да и слишком рискованно пытаться их живыми брать. Проще из одержимого нужную информацию выбить. Наверное… Ну да, надеюсь, на этот раз не пустышку тянем!

– Готово. – Я поднялся с колен и тихонько толкнул дверь.

Та скрипнула и приоткрылась; Валентин бесшумно ступил через порог, взмахнул руками и сорвавшиеся с его ладоней ножи угодили в прильнувших к раскрытому окну людей. Правый безмолвно завалился на подоконник и сполз на пол; левый – лишь подраненный – взвыл дурным голосом, но я тут же оказался рядом и ткнул его кинжалом в горло.

Клинок с хрустом перебил хрящи; охранник отшатнулся, врезался в стену и завалился на пол. Голова с глухим стуком ударилась о грязные доски, и вокруг тела начало растекаться кровавое пятно.