Слёзы Лимба (СИ) - Нефёдов Александр - Страница 169

Где-то снаружи послышался лай собаки. Джордж вздрогнул и, с сомнением взглянув на второго себя, подбежал к окну. К дому медленной косолапой походкой направлялся высокий мужчина, рядом с которым бежал его четвероногий питомец с высунутым языков. За спиной этого великана виднелась сумка, доверху набитая мертвыми птицами, от которых в разные стороны разлетались белые перья и, подобно дождю, витали в воздухе, после чего плавно опускались на землю.

— Охотник, — произнес второй Джордж и встал позади первого. — Он вернулся раньше времени, так как побоялся оставаться в лесу на ночь из-за волков. Никто из местных не верил ему, а ведь на самом деле дикие животные приблизились к деревне слишком близко. И их первыми жертвами стала семья охотника. Женщина гуляла с дочерью в лесу, хотела собрать грибов. Волки не оставили от них практически ничего, лишь обглоданные кости. Охотник пытался найти их логово, но понимал, что не сможет справиться с вожаком стаи. Волки были слишком голодны и настроены решительно.

— Стив, — крикнул охотник своему псу и прислушался. — Кажется, у нас незваные гости, дружок, — мужчина сжал в руках ружье и, напрягшись, стал едва ли не гуськом приближаться к дому.

Глава двадцать четвертая. Карусель безумия

Горькие капли дождя с мелодичным звоном падали на его спокойной умиротворенное лицо. Молодой человек с улыбкой на лице жмурился каждый раз, когда очередная ледяная крупица влаги дотрагивалась до бледной кожи. Он сидел на большом крыльце, построенном из старого красного кирпича, оно находилось около главного входа обувной фабрики и сильно покосилось из-за чрезмерной сырости окружения. Можно было даже издалека заметить, как между каждым каждым кирпичом вместо цемента находились окаменевший мох и плесень, которые, подобно прожорливым змеям, вгрызались в стены и разрывали их на части, о чем свидетельствовали частые трещинки. Крыша крыльца уже не могла сдерживать миллионы капель осеннего дождя, поэтому Эрвану приходилось просто терпеливо наслаждаться их присутствием на теле, к счастью, их было не так уж и много, чтобы возникла причина возвращаться обратно в душное здание. Парень практически докурил сигарету, впервые ее вкус показался ему каким-то сладковатым, как карамель, и этот процесс уже не наскучивал как прежде, хотелось вдыхать табачный дым максимально долго и наблюдать за тем, как город утопает в сером тумане.

Листья на деревьях еще не успели пожелтеть, они были по-прежнему зелеными, словно только что распустились, и весело перешептывались между друг другом во время очередного порыва холодного ветра. Каменистая почка вокруг фабрики не обладала достаточной силой, чтобы вырастить на своей поверхности даже траву, но ближе к ограждению виднелись высокорослые кустарники, украшенные небольшими крупицами белых и бледно-желтоватых цветов, что делало этот пейзаж не таким унылым. Эрван любил дождь, любил его запах, обильную влажность, его холод и серость. Ему казалось, что во время дождя все вокруг становится каким-то уютным, родным, до боли знакомым, на душе сразу возникало чувство внутренней улыбки, некой непонятной эйфории. Он не любил солнце, оно его почему-то пугало, делало город обжигающе ярким, но молодой человек никому об этом не рассказывал, боялся, что его сочтут странным. Ведь любить дождь больше солнца глупо…

Позади себя Эрван услышал скрип входной двери, кажется, что кто-то вышел. Он не стал оборачиваться и начал вслушиваться в шаги человека, чтобы понять, направляется ли тот в его сторону или нет. Парень сделал последнюю затяжку и выбросил окурок, уже ставший непростительно крошечным, в сторону первой ступеньки. Тот, как мячик, проскакал несколько метров и приземлился прямо на землю, где его моментально потушил дождь.

— Привет, — заговорил с ним человек, уже целую минуту стоявший позади, и как-то некультурно громко прочистил горло.

Эрван обернулся и кивнул в качестве ответа.

— Что-то ты сегодня странно выглядишь. Летаешь где-то в облаках, — продолжил тот и сел рядом с Эрваном на ледяную ступеньку. — Поделишься сигарой?

— Да, конечно, — встрепенулся парень и вытащил из кармана сюртука серебряный портсигар, после чего протянул одну папиросу своему собеседнику и, дождавшись, пока тот зажмет табачное изделие между зубов, поджег ее.

— Спасибо, — тот с довольной улыбкой выпустил изо рта первую порцию дыма и как-то странно хмыкнул. — Я так понял, ты вчера провел ночь не в одиночестве. Ты ведь знаешь, моя пожилая мать очень любопытная, мог был заранее предупредить, что нам тебя ждать не стоит.

— Извини, Крис. Я как-то не подумал об этом. Голова была забита совсем другим, — хриплым голосом ответил тот и закурил вторую папиросу.

— Я уже вижу. Ты забыл убраться, когда вчера уходил.

— Да, я знаю. Извини. Я слишком поздно закончил. Уже не было сил.

— На первый раз прощаю, но потом пеняй на себя. Расскажешь о ней? О той девушке? Вряд ли она обычная, для обычной девушки парень не будет выходить на работу не в свою смену.

Крис снял с головы свою кепку и взъерошил рыжие волосы, которые забавно закручивались в колечки на концах, из-за чего отдаленно напоминали опилки.

— Ты прав, она не из обычных, — мечтательно прошептал Эрван. — Знаешь, я знал многих девушек, но ни одна из них не похожа на эту. Трудно описать словами, что ее отличает от других. Мы с ней могли говорить совершенно на любую тему и не уставали от этого, ни с кем у меня подобного не было. Мне с ней очень комфортно находиться, я не хотел, чтобы наша встреча заканчивалась. Она простая, не строит из себя умную или последнюю стерву, которая готова оттрахать тебя в первую же ночь.

— Значит, ты в нее влюбился, потому что она хороший собеседник? Мне кажется этого мало, — пожал плечами Крис. — Тебя привлекло в ней что-то другое. Но ты, скорее всего, стыдишься сказать это вслух.

— С чего ты взял?

— По твоему лицу вижу, идиот, — хмыкнул тот. — Женщина не должна быть только другом для мужчины, отношения должны строиться и на другом.

— Ой, заткнись, — поморщил нос Эрван и осторожно ударил друга кулаком в плечо. — Если ты так любишь секс без обязательств, это не значит, что и я люблю подобное.

— Любишь, я же знаю. Вряд ли ты откажешься перепихнуться с нашей уборщицей. По-моему, она приятная телочка с отточенной фигуркой.

— У нее нет зубов.

— И что? Ты же не будешь с ней целоваться, — удивленно посмотрел на него Крис, после чего весело засмеялся. — Не обращай на меня внимания. Это я так шучу. Шутник из меня крайне плохой… Ну так что? Что ты собираешься с ней дальше делать?

— Сегодня у нас будет первое официальное свидание. Знаю, вслух это звучит слишком торжественно, аж на зубах скрипит. Но… У меня такая радость от одной лишь мысли об этом, словно я девственник, который в первый раз начал встречаться с девушкой.

— У меня часто возникает такая фигня, я тебя могу понять. Главное, не пытайся быть рядом с ней слишком идеальным. Бабы этого не любят. Так ты им быстро наскучишь. Будь с ней разным.

— И это мне говорит человек, которого за полгода отшили семь девушек.

— Просто они мне не нравились. И это я их отшил, большая разница между прочим, — с легкой обидой в голосе произнес Крис. — Я не семейный человек, это не мое. Мне легче жить для себя, тратить деньги на себя. Так что не советую тебе держать эту милашку слишком долго рядом с собой. Иначе потом будет много проблем.

Эрван вздохнул и посмотрел на свои наручные часы.

— Все, моя смена закончилась, уже почти шесть вечера, — с довольным выражением лица сказал тот и встал со ступенек.

— Ой-ой-ой, посмотрите на него, лицо сияет ярче солнца, — засмеялся Крис и выбросил докуренную папиросу в сторону. — Смотри, не ослепи никого, когда будешь идти переодеваться. И не забудь убраться на рабочем столе перед этим, я за тебя черную работу больше выполнять не буду, ты это учитывай.

— Я тебя услышал, — махнул ему на прощание рукой тот и направился к двери.