Белая овца (ЛП) - "Coeur Al' - Страница 250

– Это тоже был риторический вопрос?

Синдер прищурилась.

– Нет.

– Тогда да, я все понял.

Девушка еще некоторое время смотрела на Жона, а затем кивнула.

– Хорошо. Самое главное – ты ни в коем случае не должен принимать его предложения. Этим буду заниматься только я. Нужно исключить любую возможность того, что ты случайно согласишься на что-нибудь нелепое или опасное. Поэтому предоставь это дело мне.

– Ладно… Но что он вообще из себя представляет?

– Это неважно. Дальше – демонстрируй полную уверенность в своих силах. И да – я знаю, что это вовсе не твой конек, – поспешила добавить Синдер, когда Жон уже собирался ей возразить. – И я имею в виду вовсе не ту уверенность в себе, о которой обычно говорит твой отец. Никаких там коронных фраз и прочего идиотизма.

– Но я так себя не веду.

“Именно так и ведешь”, – сказал Реми.

– Именно так и ведешь, – сама того не ведая, повторила его слова девушка. – Плохо уже хотя бы то, что эти… те, кого ты называешь своими друзьями, бессовестно используют любые твои слабости при каждом удобном случае.

– Что? Нет, ничего подобного они не делают.

– А тот факт, что ты этого даже не замечаешь, лишь подтверждает мою правоту, – вздохнув, произнесла Синдер. – Салем, дай мне немного терпения. Итак, нужно, чтобы ты просто стоял рядом со мной, не проявляя какого-либо страха или нервозности и ни в коем случае не давая понять тому, с кем мы сейчас встретимся, что на тебя вообще возможно как-либо надавить или повлиять. Ты сможешь это сделать?

– Ты хочешь, чтобы я вел себя как моя мама?

Девушка задумалась.

– А ты это осилишь?

– Могу попробовать. В конце концов, эта встреча не будет длиться слишком уж долго, правильно?

– Да. Я надеюсь, что мы уложимся в один час, – Синдер внимательно на него посмотрела, и парень поспешил выпрямить свою спину и сложить руки на груди, всем своим видом демонстрируя легкое презрение. Вышло что-то среднее между его мамой и дядей Воттсом, но, похоже, девушку это вполне устроило. – Хм, неплохо. Если не выбьешься из образа, то, думаю, у нас все получится. Да, пожалуй, мне это даже нравится.

Действовать в стиле Салем было довольно утомительно, и Жон сильно сомневался в своей способности ходить с таким видом сколько-нибудь продолжительный промежуток времени. Поэтому он даже не пытался как-либо использовать это в Биконе. Но здесь была всего лишь одна единственная короткая встреча, так что все будет в полном порядке. По крайней мере, парень на это очень надеялся.

– Так ты расскажешь мне, кто он такой? – поинтересовался Жон.

– И последнее, – продолжила девушка, не обратив никакого внимания на его вопрос, – Мне нужно, чтобы у тебя не было никакой негативной реакции на любые его слова.

Парень нахмурился.

– И все же он злой, да?

– Зло – это понятие весьма субъективное, Жон.

– Синдер…

– Вот ты считаешь злой, например, меня?

– Синдер…

– В мире есть и другие цвета, кроме черного и белого. Существует несколько тысяч различных оттенков серого.

– И мне почему-то кажется, что как раз он относится к довольно-таки темной части этого спектра, правильно?

– Итак, ты должен помнить, что нельзя рассказывать об этом никому из своих друзей. Хотя я думаю, что это и так вполне понятно, – продолжила девушка, ткнув пальцем в его грудь. – И все же повторю: ничего им не говори. Эта ситуация слишком опасна, а я обещала тебе, что постараюсь сделать так, чтобы мои действия никак им не навредили. Но я не смогу выполнить своего обещания, если ты сам их сюда притащишь.

Причем Синдер произнесла это так, будто он действительно собирался так поступить. Разумеется, Жон ничего подобного делать не намеревался. Честно говоря, парень прикладывал все свои силы именно к тому, чтобы его друзья вообще никак не пересекались ни с Белым Клыком, ни с Романом, ни тем более с Хентаклем. А то, что обычно в итоге получалось, вовсе не было его виной.

– Я постараюсь, – пообещал Жон. – И разумеется, ничего им не скажу. Но я никак не могу отвечать за действия Романа. Он выглядит и ведет себя настолько образцово-показательным преступником, что они просто не могут пройти мимо него! Разве нельзя действовать как-нибудь незаметнее?

– Да, – сказала девушка. – Тут я с тобой полностью согласна. Он просто идиот. Но все же необходимый идиот.

Жон поморщился, чувствуя при этом небольшую тошноту. Ему вовсе не хотелось знать, для чего именно Синдер понадобился Роман Торчвик при том, что явно не был ей парой.

– Мне он не нравится, – произнес парень, сложив руки на груди и нахмурившись. – Он тебя недостоин.

– Не могу с тобой не согласиться, – самодовольно улыбнулась девушка. – Но к сожалению, в данном случае у меня просто нет выбора. Имейся какой-нибудь вариант получше, и я бы незамедлительно избавилась от этого идиота. А теперь еще и твоя сестра проявила к нему некоторый интерес, так что, может быть, это уже и не моя проблема.

Она отвела взгляд немного в сторону и что-то тихо пробормотала.

Жон же замер с открытым ртом.

Лаванда и… Торчвик? Или даже хуже того – Лаванда увела Торчвика у Синдер? Это… Роман не был достоин ни одной из них! Да как вообще могла его сестра поступить настолько бездушно?

Нельзя просто так взять и увести чужого любовника.

– Я поговорю с ней, – пообещал парень.

– Хм? Это вовсе не обязательно. Все равно бы рано или поздно это произошло, так что не трать понапрасну своего времени.

Может быть, она и могла просто махнуть на все рукой, но сам Жон так поступать не желал. Шагнув вперед, парень взял Синдер за плечи и посмотрел ей в глаза.

– Это не так, – сказал Жон. – Это вовсе не пустая трата моего времени. Ты заслуживаешь лучшего. Он… он просто дурак, но если ты не хочешь его возвращать, то я, конечно же, не стану этого делать, пусть даже у меня и нет никакого желания оставлять это так. И я все равно поговорю с Лавандой. Она поступила с тобой абсолютно неправильно, и это уже выходит за всякие рамки.

– На самом деле, это не так уж и важно…

– Это важно, – настоял Жон, наклоняясь к девушке. Как она вообще могла настолько низко себя ценить? – Это важно, Синдер. Ты важна.

Она, похоже, утратила дар речи, уставившись на парня, а потом и вовсе отвела взгляд в сторону и немного покраснела.

– Н-ну, – наконец сумела выдавить из себя Синдер. – Раз ты так считаешь, то я не буду с тобой спорить.

Она вновь посмотрела на него, а затем нервно сглотнула.

– Спасибо тебе. Я…

Девушка замолчала, явно не зная, что еще могла сказать в этой ситуации. А сам Жон решил на нее не давить.

Должно быть, ей и так было довольно тяжело, и парень вовсе не желал делать эту ситуацию еще хуже. Но он все равно собирался поговорить с Лавандой. И с Романом. Как вообще этот придурок смел делать больно его старшей сестре? Он был никем – всего лишь способом удовлетворения некоторых ее нужд.

Синдер дала ему возможность стать чем-то большим, а эта неблагодарная скотина просто плюнула ей в лицо?

Нет, Жон не собирался оставлять подобное безнаказанным. Он не хотел, чтобы кто-то ранил дорогих ему людей: Синдер, Сапфир или даже Руби, Вайсс и Пирру. Они все заслуживали счастья с теми, кого выберут сами.

– Ладно, давай сосредоточимся на предстоящей встрече, – произнесла девушка, попытавшись вернуть их беседу обратно в деловое русло. – Я представлю ему тебя, но ты должен четко помнить все мои инструкции. Мне, конечно же, нужна его помощь, но ему моя поддержка требуется еще больше. Поэтому я буду говорить с позиции силы и вовсе не хочу ее утратить из-за твоих неосторожных слов.

Жон кивнул, показывая ей, что все понял, хотя это, разумеется, было не совсем так. Не то, чтобы в его памяти вообще ничего не отложилось, но все эти встречи и договоры были территорией дяди Воттса, и он же в свое время и вел у них уроки на эту тему. Разумеется, Гриммы ни с кем не собирались договариваться, но это было полезно для него и его сестер, когда они находились в человеческой форме. В качестве примеров выступали договоры между Королевствами, пусть даже их мать никогда не собиралась заводить какие-либо дипломатические отношения. И по большей части их учили вносить разлад и влиять на людские умы.