Ведьма и волк (СИ) - Верт Александр - Страница 27

— Согласна, — прошептала Урсула. — Если это не так, то все это окончательно лишается смысла.

Даймар с ужасом посмотрел на Кристину, в ее уверенности его что-то пугало. Молодая хранительница и сама не понимала, откуда она знала все это и почему была так уверена, просто знала, что все именно так, а не иначе.

— Давай немного проясним, — начала она, тоже взглянув на беловолосого. — Твой отец убил войлака и зачал тебя до обращения, а когда Роберт — твоего брата ведь так звали, да? — убил его, забрал на себя тело войлака, а инстинкт достался твоей беременной матери. Я ничего не перепутала?

— Ничего, — глухо прошептал Даймар, с трудом понимая, что это все его жизнь.

Теперь все это походило на месть Канхара, что достигла их и уничтожила последних Крайдов. Он не говорил своим новым друзьям, но его семья была много больше и вся погибла из-за буйства войлака в доме. Два дяди, тетка, три кузена, кузина, бабка по маминой линии и ее приемыш. Все, кого он даже не успел узнать.

— А теперь я попробую угадать, — продолжила Кристина. — Среди тех людей, что убили твоего брата, никто не изменил форму, верно?

— Верно, — почти испуганно ответил Даймар.

Он только теперь понял, что тогда стал сильнее, явно заполучив силу убитого войлка. Если бы его плечо не упиралось в окно подрагивающего на рельсах вагона, он непременно бы отшатнулся от всего происходящего с откровенным ужасом.

— Судьба действительно завязала узел, — сочувственно прошептала она.

— Это не узел, а петля какая-то, еще и на чьей-то шее, — едва слышно прошептал Капару так, словно это его голова была в изгибе невидимой веревки судьбы.

Кэмбэр кашлянул в кулак.

— Давайте не будем драматизировать, — попросил он. — Лучше я продолжу.

Он снова взглянул в блокнот, постучал по столу ручкой и спросил, не совсем понимая, кому адресовать этот вопрос.

— Какие отношения между семьями Крайд и Эмадас?

Он ожидал, что или Даймар, или Гелиард смогут что-то прояснить, но их одновременные разные ответы еще больше сбили его с толку.

— Никаких, — ответил Гелиард.

— Мы союзники, — уверенно заявил Даймар.

Странность поняли все и дружно замолчали, пока Крайд с Эмадасом смотрели друг на друга.

— Та-а-ак, — протяжно простонал Кирилл, понимая, что в этой истории надо или ноги чертям ломать, или срочно искать рюмку и сто грамм. — Давайте по очереди обоснуйте мне свой ответ.

Оба мага выдохнули и ничего не ответили. Даймар не понимал, почему Гелиард отрицает или, что еще хуже, не знает очевидных вещей, поэтому просто отвернулся.

Гелиард же заговорил после продолжительной паузы:

— Мы — Эмадасы — всегда были темными магами и использовали силу крови, магию теней и даже некромантию. Я, если ты не заметил, чернокнижник и кроме дурацких амулетиков при мне всегда есть пару пергаментных листов, на которых я кровью могу написать таких знаков, после которых…

Он замолк, потому что воздух словно раскалился, а поезд на ходу чуть тряхануло. Гелиард был куда сильнее, чем казалось, просто обычно он этого не демонстрировал. Да и теперь сожалел что сорвался. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, потом посмотрел на Даймара.

— Крайды светлые, были, есть и будут. Их мир любит. Как видишь, любой мир. Они пользуются его силой, пока мы вынуждены извлекать и преобразовывать свои. Что может быть общего между нами?

Даймар, внимательно наблюдавший за Гелиардом, не был впечатлен его словами. Он даже не вздрогнул, когда маг на мгновение вышел из себя, словно и так знал все выше сказанное. Его удивляло другое.

— А как же договор? — спросил он тихо.

— Какой еще договор? — невозмутимо спросил Гелиард.

— Как какой? Зачем, по-твоему, Эмадасы покинули Эминар?

— Чтобы не участвовать в той резне, что началась после смерти императора Канхара, — ответил Гелиард строго, явно злясь не то на вопрос с очевидным ответом, не то на решение предков.

Даймар выдохнул.

— Жаль, а ведь согласно договору, Эмадасы обещались помнить о клятве, — прошептал он, глядя на столешницу.

— Какой договор? — спросил Кирилл, чувствуя, что это очень важно.

— После смерти Канхара Дейвел и Гейлен заключили договор, согласно которому они должны были стать стражами и противниками той силы, что изменила Канхара. Они обещали найти ее, и уничтожить, и дали кровную клятву, которой должны следовать и их потомки. Причину они так и не нашли, и решили разделить то, что осталось, самым главным в этом деле было сердце, поэтому именно Эмадасы покинули Эминар, чтобы спрятать сердце Канхара в мире, — он запнулся, а потом тихо договорил: — лишенном магии.

— Хочешь сказать, что пока Крайды в Эминаре лавры жевали, Эмадасы должны были гнить в дыре, вроде этой?! — гневно спросил Гелиард.

Он часто думал о несправедливости такой судьбы, а теперь все давнее негодование вырвалось наружу.

— Крайды искали ответы и сражались с темными порождениями магии, — с легкой обидой ответил Даймар. — Я видел записи десятка поколений. Я видел, как Роберт, будучи войлаком, не отступил от клятвы. Я один ей поступился, на меня можешь злиться, но не на мою семью.

Гелиард выдохнул, понимая, что глупо сорвался на Даймара из-за того, в чем тот никак не виновен. В конце концов, мужчина злился лишь по тому, что старые традиции испортили жизнь лично ему.

— А мне этот мир нравится, — тихо прошептала Юкана, но ее слов никто не заметил.

— Что было в договоре? — спросил Кирилл, уже явно адресуя вопрос Даймару.

— Эмадасы должны были хранить сердце, Крайды искать ответы, а когда они найдутся, наши семьи вновь должны были встретиться и закончить начатое, — ответил Даймар, не поднимая головы.

— Закончить начатое? Как именно? — уточнила Кристина.

— Уничтожить ту силу, что развалила империю магов Эминара и, если это возможно, спасти Канхара или же дать ему нормально умереть.

Кирилл выдохнул. К таким трудностям в служебных делах он не был готов.

— Допустим, — согласился он. — Тогда другой вопрос, а кто такая Сильвия и почему она была там, но не упоминается в договоре?

— Сильвия Аварад была возлюбленной Канхара, — ответил Даймар. — Они были обручены, но незадолго до этих событий, он, если верить слухам, расторг помолвку. Позже Сильвия родила сына, возможно от Канхара, поэтому именно семья Аварад хранило слезу, они могли ее обуздать.

— Обуздать? — переспросил Кирилл.

Ему это слово не нравилось больше, чем все остальное.

— Это сильный артефакт, способный пожирать души и сводить людей с ума.

— И эта прелесть в нашем мире, — с ироничной усмешкой напомнила Урсула, мирно допивающая свой чай в пластиковом стакане.

— И ты вроде как убил Аварада? — продолжал свое следствия Кирилл.

— Ирвена Аварада, потомка Сильвии, — подтвердил Даймар кивая.

Кирилл снова выдохнул и перечеркнул все свои записи.

Было тихо, только стучали колеса по рельсам. Поезд, чуть покачиваясь, мчался дальше.

— Так! Хватит этих кислых мин! — воскликнул Капару, ловко спрыгивая с верхней полки. — Мы сейчас будем играть в карты и беззаботно болтать, а не вот это вот все, ясно!?

Уперев руки в бока, он с искренним недовольством осмотрел своих спутников. Урсула рассмеялась первой. Растрепанный мальчишка с грозной моськой показался ей слишком смешным, а ее смех оказался слишком заразительным, поэтому Кирилл махнул на все рукой, улыбаясь.

— Ну, карты, так карты. Научим Диму играть в дурня!

Это заявление окончательно всех убедило, один только Гелиард, ушел курить в тамбур, желая обдумать услышанное.

Он не успел докурить и одну сигарету, как к нему вышла Урсула.

— Оказывается ты у нас злобная улитка, Гери, — с улыбкой прошептала она, касаясь плеча мужчины.

Тот обернулся.

— Прости, — машинально ответил он.

Потушив сигарету о металлическую стену, он забросил окурок в пустую пачку и нервно смял ее. Глядя в маленькое окошко, он заговорил:

— Знаешь, я всю свою жизнь живу, слушая рассказы об Эминаре, о том какой это прекрасный и великий мир, а я ведь открывал портал и не раз, смотрел на улицы городов, замки, леса с удивительными существами, видел чудеса, но Эминар не замечал меня.