Краути (СИ) - Бэйн Екатерина - Страница 29

Впереди показалась дверь и Аурин ускорила шаг, чтобы поскорее оказаться с ней рядом. Она уже не думала, стоит ли ей это делать, теперь это было даже интересно. К тому же, дверь была полуотворена, как бы приглашая войти.

Девушка вошла и огляделась. Перед ней был просторный зал с огромными окнами, завешанными так, что шторы почти не пропускали света. Было слишком темно, чтобы как следует осмотреться и Аурин не долго думая, шагнула к одному из окон и отодвинула тяжелую пыльную штору. Яркий луч солнца осветил некоторую часть комнаты, девушка обернулась и тут же вытаращила глаза.

На противоположной стене висела засушенная голова какого-то чудовища. У него была страшная, вытянутая вперед морда с широкими ноздрями и полураскрытая пасть, в которой много острых кривых зубов, от времени не ставших хуже.

— Вот это да, — протянула Аурин, наклоняя голову набок и окидывая голову критическим взглядом, — ну и морда.

— Эту голову привез из походов прадед нынешнего князя, — произнес чей-то голос у нее за спиной.

Аурин стиснула зубы, чтобы не заорать и резко обернулась. Неожиданно прозвучавшая речь напугала ее куда сильнее, чем лицезрение засушенного чудовища.

Перед ней стояла Рэкти с вежливой, холодной улыбкой на губах.

— Добрый день, гимин, — поклонилась она, — если, конечно, так можно выразиться.

— Почему бы и нет? — пожала плечами Аурин, но тут же исправилась, — добрый день, гимин.

— Что, не ожидали меня здесь встретить?

— Да нет, не ожидала. Ни здесь, ни в любом другом месте.

Глаза у Рэкти оставались такими же ледяными, как ее тон и улыбка. Она ничем не показала, что слова языкатой чужеземки произвели на нее впечатление.

— Как ваше здоровье, гимин? — продолжала она светскую беседу.

— Превосходно, гимин, спасибо, — поклонилась и Аурин.

— Я рада. Ведь в этом доме все только и делают, что пекутся о вашем самочувствии. Было бы невежливо чувствовать себя плохо.

— Обычно, я именно это себе и говорю. Так пекутся, что просто неудобно становится болеть.

— Да, разумеется. Ведь и без того с вами постоянно приключаются какие-то неприятности. Вчера, как я слышала, вас едва не укусила кобра?

— Как, вы тоже слышали?

— Это все слышали. Странно, что любая мерзость так стремится вас укусить. Это о чем-то говорит.

— Вам лучше знать, гимин.

— Конечно. Так, значит, с вами все в порядке, гимин?

— Лучше не бывает.

— Прелестно, — заключила Рэкти в том же духе.

Несколько томительных секунд они стояли друг напротив друга и молчали. Потом наложница произнесла:

— Я вижу, вы любите гулять в одиночестве, гимин?

— Люблю, но очень редко удается это сделать.

— Уже бывали здесь?

— Не приходилось.

— Но я вижу, вам понравилось. Знаете, чья это голова?

— Нет.

— В самом деле? — Рэкти усмехнулась, — странно, а я слышала от госпожи Томин, что вы из хорошей семьи. Благородные девушки должны знать, кто это.

— Вы говорите, как госпожа Томин.

Наложница позабыла усмехнуться с видом превосходства, так как пораженно уставилась на Аурин. Потом она поморщилась, видимо, сравнение было для нее нелестным.

— И чья же это голова, гимин? — спросила девушка, — простите мне мое невежество.

— Это страшный зверь, от которого нет спасения.

— Краути? — вырвалось у Аурин.

— Почему же краути? — удивилась Рэкти, — это кро-ко-дил, — слово это она произнесла по слогам, — понятно, что эти твари не водились в той речке, где вы предпочитали ловить рыбу, гимин.

— Это была не речка, а море, гимин, — уточнила Аурин, — но вы правы. Там они не водились.

— Что касается краути, — хмыкнула Рэкти, — то их не существует. Полагаю, это должны знать даже вы, гимин.

— Возможно, но представьте на мгновение, что даже я этого не знаю.

Наложница скривила губы и продолжала:

— Князь любит различные диковинки. Все странное, необычное. Иногда он вешает это на стену, иногда сажает в клетку.

— Очаровательно, — скопировав ее манеру говорить, отозвалась Аурин.

Рэкти и бровью не повела.

— Все знают, как он любит диковинки. И многие этим пользуются. Но нужно знать, что рано или поздно любая диковинка оказывается здесь.

— В качестве экспоната?

— Непостоянство — отличительное качество любого мужчины и это так понятно.

— Совершенно верно, гимин. Вы абсолютно правы.

Аурин шагнула к двери. Она не боялась Рэкти, но в той было что-то настолько настораживающее, что девушка ощущала это кожей.

— Уже уходите? — осведомилась Рэкти, — не хотите посмотреть на последнюю диковинку в коллекции князя?

— И что там — задница бегемота? — съязвила Аурин.

Рэкти не отреагировала на это. Она протянула руку и указала на противоположную стену. Аурин машинально проследила за ней взглядом.

На стене висел аккуратно сложенный волосок к волоску и перевязанный розовой ленточкой пучок золотых волос. Ее волос, в этом Аурин не сомневалась. Она несколько секунд смотрела на это, а потом взглянула на наложницу. Рэкти мило улыбалась, но от ее улыбки волосы становились дыбом.

— Для начала неплохо, — сказала она, — но только для начала. Вы ведь понимаете, гимин, здесь может висеть и кое-что еще.

На мгновение Аурин представила под пучком волос свою голову. Она не питала иллюзий и прекрасно понимала, на что намекает ей Рэкти.

— Вы путаете, гимин, — проговорила девушка самым безразличным тоном, на какой только была способна, — это ведь ваш трофей, а не князя. А что касается всего остального, то позвольте поздравить вас с прекрасным вкусом. Здесь мои волосы смотрятся великолепно. До свидания, гимин.

— Прощайте, гимин, — склонила голову Рэкти.

Аурин открыла дверь и вышла. Для начала следовало перевести дух. Как ни храбрись, а эта женщина сумела нагнать на нее страху. Пожалуй, ей следует уйти отсюда и как можно скорей.

Она шагнула вперед, но тут какой-то шорох привлек ее внимание. Шорох откуда-то сбоку.

Аурин медленно повернула голову. Ее нервы были настолько напряжены, а воображение работало на полную катушку, что она не удивились увиденному.

В углу стоял человек. В темноте трудно было разобрать очертания и подробности фигуры, но девушка успела заметить блеск белков его глаз и еще один странный блеск, исходящий из предмета, который он держал в руках.

А в следующее мгновение Аурин бросилась бежать. Она двигалась быстро и легко оказалась у двери в считанные секунды. Схватилась за ручку. Что-то просвистело у нее за спиной, но она уже оказалась в коридоре и захлопнула дверь, успев услышать негромкий стук, который издает кинжал, попавший в дерево.

Аурин помчалась вперед, не чуя под собой ног. Она слышала позади хлопок двери, потом быстрый топот, но даже не оглядывалась. Останавливаться было нельзя ни в коем случае.

Девушка добежала до своей комнаты в рекордно короткое время. Она распахнула дверь, заскочила вовнутрь и захлопнула ее за собой, для верности еще и навалившись на нее спиной. Она тяжело дышала, а ноги подкашивались от слабости и страха.

Комната была пуста, Кие еще не вернулась. Аурин едва не застонала от разочарования, начиная тихо паниковать. Что же ей делать? Может быть, завизжать? Неплохая мысль, как ни посмотри. Кто-нибудь да услышит. Но Аурин не завизжала. Что, если уже поздно? Убийца понял, что она убежала и оставил попытки преследования. А она будет визжать как последняя дура, соберет здесь весь дом, все начнут ее успокаивать, утешать, гладить по голове, пичкать лекарствами… Фу-у-у.

Но тут девушка услышала чьи-то шаги за дверью. Чьи-то? Глупый вопрос. Она прекрасно знала, чьи. Его шаги. Убийца.

Аурин мгновенно покрылась потом от страха. Ее глаза заметались по комнате в поисках хоть чего-нибудь, чем она могла бы себя защитить. Ничего, кроме большой напольной вазы она не обнаружила. Но девушка больше не стала мешкать, время поджимало, шаги приближались.

Схватив вазу и не почувствовав ее тяжести, Аурин прижалась к стене около двери и занесла ее повыше.