Запретное путешествие 2: Реквием (СИ) - "Има-тян" - Страница 94

- Это ты зря, – пророкотал он, насупившись.

- Почему? – обидчиво вопрошала аттурианка, поднимаясь. – Что тебя не устраивает во мне?

- Твоё нахальство и своенравность! – незамедлительно ответил берсеркер. – Хочешь добиться взаимности? Докажи, что ты не пустышка. Мне по нраву сильные и уверенные в себе самки, а не такие, что нахально лезут со своими ласками, пытаясь словно подчинить.

Возмущённая аттурианка даже не знала, что ответить на это откровенное высказывание. Пыхтя от негодования, она кое-как стала молча оттирать грязь от тела. Ей хотелось просто рычать от переполняющих эмоций. Секвелла даже подумывала огреть проходимца, что дерзнул сказать ей такое. Уже второй самец, что так бередил её мысли, отказал ей. Просто бессовестно и бессердечно оттолкнул. Хотя, где-то глубоко, за охватившей обидой и разочарованием вдруг проклюнулись уверенность и надежда, мгновенно вернув хозяйке смелость и серьёзность.

- Я не сдамся! – внезапно прогорланила Секвелла, воззрившись на самца. – Ни в этот раз!

- Посмотрим, – усмехнулся Даур и вдруг замер, словно к чему-то прислушиваясь, а затем резко поднял голову к небесам, после чего неожиданно взревел от негодования...

Комментарий к Глава 21. *кинжалы Эврид: https://vk.com/photo55156363_347051429

**Бпе на языке Науду обозначает “псих”, “сумасшедший”.

***Гхекуон – те самые собаки из фильма “Хищники”.

====== Глава 22. ======

Эврид сидела под деревом в тенёчке и наслаждалась сладким и сочным плодом, что недавно насобирала вместе с Нагатой. Ветерок шелестел листьями, словно нашёптывал незатейливую мелодию. Неподалёку слышался звонкий, словно звон колокольчиков, смех малышей. Самки неторопливо проходили мимо, даже не замечая её присутствия, будто она была одна из них – из их племени.

Как же интересно всё сложилось. После того, как яутка, хоть и не лучшим способом покинула свою планету, её жизнь перевернулась. Ей выпала возможность увидеть и узнать быт аттурианцев, которых все яутжа просто ненавидели, проклинали и называли Отступниками, ибо они не придерживались Кодексу Чести. Они осуждали и опровергали его. Но у аттури были свои традиции, устои и законы. Эврид увидела всё с другой стороны. Даже смогла сама пересмотреть своё представление об этом Кодексе, который теперь тоже считала слишком напыщенным.

Затем её занесло на планету берсеркеров. И здесь ей так же довелось воочию лицезреть их каждодневные заботы. А ведь, впрочем, и та, и другая раса были в чём-то схожи с её. Только аттури были не так гонимы собиранием трофеев, скорее с головой уходили в науку и исследования. Они хотели улучшить своё оружие, свои возможности тела с помощью экспериментов, проб и ошибок. Берсеркеры же были проще. Да, они недалеко ушли от яутжа: искали лучшие трофеи и испытывали себя на прочность. А улучшенные девайсы решили в наглую украсть у аттурианцев. Но, как ни крути, всех объединяло одно. В них текла всё та же горячая кровь Науду. Вершителей истории. Победителей. Может, когда-нибудь настанет время, и все три племени найдут компромисс, заключив наконец негласное перемирие. Но, увы, только не сейчас.

Размышляя о небытие, Эврид продолжала разглядывать округу, невольно улыбаясь и наслаждаясь минутами спокойствия. А на долго ли? Странное и навязчивое чувство тревоги отчего-то не хотело сегодня отпускать её, постоянно напоминая о себе и внося ту самую ложку дёгтя в медовую идиллию.

Блуждающий по окрестности взгляд яутки вдруг уловил знакомую фигуру, и Эврид вздохнула, наблюдая за сыном. Простил он её или нет – не известно. Об этом напрямую он не сказал, хотя было ясно, что немного смягчился по отношению к ней. Глядишь, и всё образуется, а Йейинде перестанет испытывать к матери презрение.

Снова вздохнув, яутка попнулась за очередным фруктом в корзинке, сразу с великим удовольствием надкусывая аппетитную мякоть и ощущая рецепторами языка всю гамму вкуса. Но в тот же миг слуха коснулся странный и непонятный гул, будто что-то монотонно вибрировало. Где-то сверху! Мгновенно вскинув голову, Эврид воззрилась в умиротворённый небосвод. Надкусанный фрукт выпал из рук оцепеневшей самки, упав на раскалённый рыжий песок, а в горле застрял крик ужаса, когда среди безмятежного неба проявилось два огромнейших корабля, сняв режим невидимости, тем самым проявив себя во всей пугающей красе.

Не успела Эврид даже ахнуть, как молниеносный заряд голубой вспышкой всколыхнул почву под ногами, разметав на куски колодец и отбросив в сторону тех, кто стоял рядом. В тот же миг округу разорвали панические крики и плач. Все засуетились и стали разбегаться кто-куда. Воины-берсеркеры всполошились и стали собираться в ряды, а их Лидер начал отдавать приказы. Следующий залп попал в одно такое скопище самцов и те навзничь упали на песок, окропив его своей кровью.

Всё ещё пребывая в оцепенении, Эврид стояла и наблюдала за всем происходящим. Глаза её затмил туман от устрашающей картины. Понимание происходящего не хотело восприниматься всерьёз рассудком, а в мыслях периодически всплывали воспоминания испытанного ужаса из прошлого. Всё, как и в прошлый раз. Один в один. Ещё одна вспышка, совсем рядом, и яутку отбросило в сторону. Закашлявшись, Эврид приподнялась на локтях и взглянула на мечущихся по поселению самок и детёнышей. Паника, страх и ошеломление было в их глазах. Только тогда яутке вернулась ясность мысли. Взяв наконец себя в руки, Эврид подскочила. За считанные мгновения мозг просчитал дальнейшие действия, вернув хозяйке былую уверенность и непоколебимость.

- Нагата!!! – заорала она что есть мочи, ища самку средь паникующей толпы. Секунда, и глаза нашли знакомую фигуру, что обернулась на призыв. – Собирай всех и живо в укрытие!

Повторять дважды было не нужно. Нагата тотчас кивнула и принялась горланить приказы, созывая всех самок с детёнышами и без них, уже направляясь в сторону леса, где был скрыт от посторонних глаз непримечательный вход в построенные предками катакомбы. Именно они могли укрыть их от недругов, выдержать любой взрыв, даже от ядерной бомбы.

Снова голубой заряд мелькнул прямо рядом с Эврид и попал в бегущих двух самок с детёнышем. И вновь яутка встаёт с земли, так как потеряла равновесие, устремляя взгляд на окровавленные трупы. В ушах звон, сердце бешено колотится в груди, а в горле образовался ком скорби и печали, когда она увидела лежащее неподалёку тело малыша. Как в бреду, Эврид подошла к бездыханному телу и плюхнулась без сил возле него. Дитя был самцом. Его глаза всё ещё оставались открыты и стеклянным, безжизненным взглядом смотрели ввысь. В них навеки запечатлелся мертвенный ужас. Не выдержав, яутка истерично завопила, из её глаз брызнули слёзы, а руки невольно потянулись к ещё тёплому тельцу, коснувшись чешуйчатых плечиков.

- Ну почему?! – сорвалась на визгливый крик яутка, окропляя убитого малыша слезами. – Почему я всё же оказалась права?! Почему всё случилось, как я и думала?

Сердце просто разрывалось на куски от боли. А истерический плач прорывался сквозь звуки хаоса и взрывов.

- Эврид! – вдруг окликнул её голос аттурианки, и яутка почувствовала прикосновение её рук к своим плечам. – Он мёртв. Мы должны следовать за остальными самками.

Но Эврид продолжала ласково поглаживать тело маленького самца, всхлипывая и надрывно плача. Словно это было её чадо. Больше всего она боялась именно этого, что аттурианцы прилетят и будут безжалостно убивать слабых и безоружных. В этих тварях нет совести. Нет сердца. Они бесчувственны и хладнокровны.

В мгновение ока данные рассуждения высвободили дремлющую ненависть и злобу, сменив печаль и скорбь. И Эврид прерывисто вздохнула. Сжав кулаки, она нахмурила брови и оскалилась, еле сдерживая нахлынувшую ярость. Резко поднявшись, яутка утёрла слёзы и шмыгнула носом, взглянув на ненавистные корабли.

- Где наше оружие, Даур? – уверенно спросила она, зная, что за её спиной стоит не только аттурианка, но и Сумрак.

- Даже и не думай! – сурово ответил тот, приблизившись на шаг к самке.