История одного одиночества (СИ) - Хикари Алекс - Страница 29

Кайл закрыл глаза. Вероника всматривалась в его лицо, как он хмурился, ощущала отголоски незнакомых чувств. И это вправду походило на то, как будто разбивается сердце, ставшее вдруг куском льда, которому никогда не растаять.

— Страшно как, — Вероника поёжилась. — И…

— Из этого чувства рождается нежелание уходить… дальше, — негромко сказал Кайл и открыл глаза. Они светились синим, от его объятий исходило тепло. — К тому же твой отец не стал забирать меня в мир мёртвых, и…

— Почему? — не удержалась Вероника.

Кайл вгляделся в её глаза, как будто пытался рассмотреть в них тень своего убийцы. От этого ей стало неуютно.

— Я не знаю, — наконец сказал он. — Он… он сделал своё дело и ушёл в Мир грёз. Наверное, ему нужно было срочно вернуться, не знаю…

Вероника подумала, что это звучит неубедительно, и Кайл не мог этого не услышать. Но переспрашивать не решилась.

— А как это было? Нет, стой. Почему он вообще решил тебя убить?

— Я… — Кайл помолчал немного. — Давай назовём это… наказанием. Я очень сильно провинился перед Миром грёз, и все знали это. И…

Чувство недоверия росло внутри. Вероника прищурилась, вглядываясь в светившиеся синим глаза духа. От него исходил плохо скрываемый страх; что-что, а сильные эмоции Кайл так и не научился прятать.

— Боги не убивают людей, — сказала Вероника. — Они вообще не вмешиваются в нашу жизнь напрямую.

Прошло несколько невыносимо долгих мгновений прежде, чем Кайл наконец ответил.

— Ты не видишь разницу между мной и обычными Одарёнными, — выдавил он. — Я — всего лишь ошибка моего отца. Я не имел права на нормальную жизнь, и…

— Прекрати мне врать, — не выдержала Вероника. — Не знаю, почему, но я чувствую твою ложь. Быть может, не всегда, но сейчас — точно.

— И что же ты хочешь услышать? — Кайл прищурился.

Вероника отодвинулась от него, прислонилась спиной к стене. Стало холоднее, но ей хотелось видеть, как он будет реагировать, и плевать на ветер. Кайл тоже отодвинулся и принял такую же позу, отчего Веронике вспомнились дуэли в фильмах-вестернах. Там противники долго стояли напротив друг друга, выжидая, кто нападёт первым; и ей не хотелось бы, чтобы их отношения превращались в такой же поединок.

— В день нашей встречи ты сказал, что правда мне не понравится, — твёрдо сказала она. — Так вот тебе новость: я не маленькая девочка…

— Тебе всего шестнадцать, — буркнул Кайл.

— И что? В твоё время, по-моему, в этом возрасте уже замуж выходили, — Вероника вспыхнула и невольно повысила голос. — Я имею право знать всё. Это мой отец, Кайл…

— Вспомни свой сон в тот день, когда ты собиралась встретиться с Джереми, — в полный голос сказал дух. Вероника застыла, её сердце на миг замерло. — Твой отец убил меня потому, что хотел, чтобы я участвовал в каком-то его плане. Довольна?

Послышался скрип, шорох. Вероника обернулась, краем глаза увидела, что Кайл сделал то же самое. Алина повозилась немного под одеялом и затихла, Мэй отвернулась к стенке и замерла.

— Я и забыл, что мы не одни, — пробормотал Кайл.

Вероника ещё пару мгновений смотрела на соседок, затем снова обернулась к нему. Пару мгновений размышляла над его словами.

— Я не понимаю, — еле слышно сказала она. — Что это за план такой, если ты был нужен ему мёртвым?

На этот раз задумался Кайл, тоже ненадолго.

— С чего бы начать… — он устало потёр глаза, как будто хотел спать.

— С начала, — предложила Вероника.

— Спасибо, а то я сам не догадался бы, — пробормотал дух.

Он немного помолчал, как будто собирался с духом. Вероника мысленно хихикнула — на русском языке это прозвучало бы как каламбур.

— Наверное, начну с того, что на самом деле боги беззащитны, — негромко заговорил Кайл, и Вероника обратилась в слух. — Ну, я вроде уже это упоминал, да? Так вот, это распространяется на всех. В том числе на отца, его противницу и её приятелей, Первозданных тёмных духов.

— Логично, что это распространяется на твоего отца, — Вероника пожала плечами. — Он же тоже бог. А что за противница?

Кайл снова помолчал немного. Телепатия и чувственная связь молчали, как и обычно. Зараза.

— Я имел в виду отца всех богов, — как-то нехотя пояснил Кайл. — Создателя.

— А это не сказка? — охнула Вероника.

Конечно, они проходили это на истории. Когда-то давно существовал на свете всемогущее божество, создавшее землю, воду, небо, вселенную, богов, человека… Так говорят вообще все легенды, ведь мироздание должно с чего-то начинаться. Именно поэтому Вероника, да и те, кого она спрашивала — хорошо, только Джереми и Алина — считала, что это просто легенда. Видимо, не просто.

— Скажи ещё, что Джина — просто сказка, — недовольно отозвался Кайл. — Она, кстати, и есть та самая противница. На заре времён она появилась одновременно с Создателем. Он создал богов, она — бессмертных тёмных духов. Он стремиться сберечь мир нашими руками, она — разрушить его.

Вероника пару мгновений размышляла.

— Так, стой. Хочешь сказать…

— И Джина, и Создатель, и боги, и Первозданные духи в одинаковом положении перед людьми, — подтвердил догадку Кайл. — Дар в руках эфирного существа не может причинять им вред. Дар в руках людей способен на всё.

— Так по плану отца ты должен был… причинить кому-то вред? — охнула Вероника.

— Вроде того. Нет, не совсем… я должен был стать его оружием. Наверное, так, да. С таким оружием, как Дар в руках человека, он мог даже устроить революцию. Или вернуть домой моего отца. Или…

«И то, и другое вместе», — прокатилось по каналу телепатии.

Кайл замолчал. Вероника оглянулась вниз, снова посмотрела на безмятежно спящий город. Снова вздохнула полной грудью ночной воздух. Её била дрожь, и тепло Дара огня не могло с этим справиться.

— Я не хотел этого, — в голосе Кайла слышалась тоска. — Да, я был зол на богов и те традиции, которые сложились, но… Это же не повод восставать, верно? И когда я отказал, Деланей пригрозил, что убьёт меня. Он может повелевать мёртвыми, и тогда я буду слушаться, даже если не хочу. Мы были друзьями, и я не поверил, что он так поступит… видимо, зря.

Деланей нанёс ему смертельную рану и ушёл — оставил умирать, чтобы он ещё раз подумал, стоит ли отказываться от участия в плане. Только не рассчитал время, и Кайл сбежал, едва став духом. До отца ему не было дела, всё, чего он хотел — жить дальше, как дух. Только никто не предупредил его, что долго в этой форме он не протянет, даже будучи Одарённым, то есть наполненным магией — эфирной энергией.

— Я скитался по миру пару десятков лет, — говорил он. — Иногда ввязывался в битву с тёмными духами, просто по привычке. Я никогда не контролировал силу огня, пока не понял, что Дар питается моими силами. Только было слишком поздно, и мне пришлось спрятаться, чтобы выжить. Пришлось закрыть глаза, перестать прислушиваться к окружающему миру, полагаться только на чутьё, и… дальше ты уже знаешь.

Привычное ощущение прокатилось по чувственной связи. Как бы там ни было, сколько времени ни прошло, Кайлу по-прежнему было не по себе в темноте, пусть она и была расцвечена небесным светом.

Вероника кивнула. Повернулась лицом к городу, свесила ноги вниз и поплотнее закуталась в одеяло. Свечение в тёмной вышине понемногу таяло, волна света растворялась во тьме. Остались только звёзды, молчаливые, спокойные свидетели страшного разговора. Стих даже ветер, будто замер в ожидании нового дня. Только внутри сжался незнакомый узел, и, казалось, нет на свете силы, способной его разжать.

— Значит, мой отец убийца, — тихо сказала Вероника. — Более того… он убил друга, чтобы вернуть брата. Я… я не знаю, как с этим жить, но отца я точно видеть не хочу.

— Я предупреждал, что тебе это не понравится, — еле слышно сказал Кайл.

Он придвинулся ближе, обнял Веронику и прижал к себе. Она уткнулась носом в его плащ, ощутила приятный запах костра. Зажмурилась. Знакомое тепло затопило тело, только легче от этого не стало.