Операция "Волчье сердце" (СИ) - Снежная Дарья - Страница 52

Рубашка полетела в угол.Пряжка ремня щелкнула как-то очень уж многозначительно.

Эва рычала, шипела, брыкалась и царапалась — но взглядом стрельнула вполне игриво.Прямо перед тем, как соскочить с другой стороны кровати и снова предпринять попытку к бегству.

Настроение, испоганенное начальством и подозреваемыми, стремительно поднималось.

Сбросив штаны, капитан ухмыльнулся и грозно навис над беспомощной пленницей… Которая вдруг одним уверенным движением обхватила ладонью бритый затылок и притянула его к себе — вместе с обладателем.

Волк негромко рассмеялся и позволил своей женщине обвить себя плющом.

И мысленно поправил сам себя — змеей.

Змейкой.

Змеевной…

Хорошо, что в быту мастер предпочитала мягкие и свободные вещи — их оказалось так удобно стаскивать!

Он с наслаждением провел ладонями по гладкой коже — от коленей, через все изгибы женского тела, до самой шеи. Куснул-поцеловал вчерашний засос — розовое пятнышко. Странно, что скандала на эту тему еще не последовало! С ехидным удовольствием Вольфгер лизнул его, сдержавшись от соблазна обновить след. Запустил пятерню в светлые волосы, с наслаждением пропустил их сквозь пальцы, убеждаясь, что они такие же, как ему снились — мягкие, гладкие, текучие.

 И легко опрокинул Эву на постель, подминая ее под себя.

Я смотрела, как ест Вольфгер. Не без удовольствия смотрела — что даже странно. Капитан проголодался и не деликатничал, но меня это вот не смущало совсем.

Более того, зрелище того, как вервольф деловито и сосредоточенно сметает со стола снедь, откликалось во мне чувством глубокого морального удовлетворения. Аморальное удовлетворение, впрочем, было ничуть не мельче. Я подавила довольную улыбку.

Ужинали мы на кухне. Лейт сделал было героическую попытку накрыть к ужину в столовой, как должно, но я воспротивилась — ни к чему такие жертвы!

Прошлый раз, помнится, мы и на кухне устроились вполне уютно.

И не прогадала — а теперь разглядывала капитана, пользуясь, что он более увлечен трапезой, чем сотрапезницей.

Оборот, вытащивший нас с Лейтом из не самой приятной ситуации, не прошел для него бесследно — капитан похудел. Он не то чтобы осунулся, а стал как будто суше — как будто превращение вытопило из него все запасы подкожного жира, изначально не слишком-то обильные. Возможно, я бы и не заметила разницы — сравнивать мне было особо не с чем, а тот единственный случай, когда я видела Вольфгера полуголым у себя в квартире, не в счет. Но вот одежда на нем нынче сидела явно свободнее, чем прежде. И, зацепившись взглядом за эту деталь, я вспомнила и вычислила несоответствие…

Так что, да — нынче ему не до диет и соблюдений похвальной умеренности в еде, да и представляла я, как его должен грызть изнутри голод. Такая стремительная потеря веса…

Я придвинула к капитану блюдо с запеченным им лично мясом и улыбнулась.

— Вот скажи, твои волчьи игры что, не могли подождать ужина?

И напоровшись на возмущенный, негодующий взгляд, подняла руки, сдаваясь.

— Всё, всё! Вопрос отзывается, как неуместный!

До уместных вопросов дело дошло уже за чаем.

Я бы предпочла кофе — хоть целители и утверждают, что на ночь он вреден, но я бы их неодобрение как-то пережила — но Вольфгер взялся готовить чай лично, и когда по кухне поплыл пряный, травный, насыщенный аромат, пересмотрела свое мнение.

И теперь медленно, смакуя, вдыхала разлитый по чашкам аромат зрелого лета, напитавшегося солнцем луга, запутавшихся в травах ягод. Беззаботным, счастливым, доверчивым детством он пах.

— Как дела в участке? Как поживают наши невезучие похитители? — не отрываясь от своего занятия спросила я. И прибавила мстительно, — Особенно господин Калламэ! И тот, второй эльф.

— Вот господин Калламэ, так запавший тебе в сердце…

— Не только в сердце, он и до печенок достал, — буркнула я, и волк согласно хмыкнул.

— Так вот, как раз он поживает, скорее всего, вполне неплохо — он сбежал еще до нашего с тобой триумфального освобождения. Мы, конечно, соседям запрос направили, потому что головной болью всегда рады поделиться, но даже если веселых братцев и поймают, нам точно не выдадут, у себя судить будут. Вывоз ингредиентов и ввоз поддельных камней у соседей оч-чень не одобряется, и сидеть ему — не пересидеть. Как, собственно, и брату его.

Я разочарованно вздохнула. Признаться, кровожадные мечты о том, как доблестные стражи шестого отделения пинают ногами эту ушастую сволочь, изрядно скрашивали мне досуг...

— Но в целом, парни сработали на загляденье, — Вольфегр сделал глоток из своей чашки и мечтательно зажмурился.

И замолчал.

— Лейт! — я отчаянно возмутилась такой попытке утаить от меня информацию и даже попыталась пнуть ее носителя, но голой ногой это оказалось, во-первых, неубедительно, во-вторых — как-то неприлично, что ли.

По крайней мере, капитан вместо того, чтобы впечатлиться, проникнуться и выложить мне служебные тайны, заглянул под стол, выловил там мою щиколотку и пристроил ее себе на колени.Вторую я, подумав, закинула туда сама.

— Наловили мои ребята мелкой рыбешки, — констатировал Вольфгер. — Для того, чтобы закрыть канал поставки — достаточно, но чтобы накрыть всю сеть — мало. А хотелось бы именно всю…

Я понимающе кивнула и покачала босой ступней, которую тут же накрыла крупная ладонь.

— Но есть у нас один задержанный, который, по его словам, несколько раз слышал, как Калламэ-старший разговаривает с человеком, который забирает подготовленные фальшивки — и именно этот человек, по показаниям задержанных, и занимался внедрением туфты в «чистые» партии… И даже один раз видел. Но тут есть проблема.

— Он не хочет сотрудничать? — предположила я.

— Хочет, прямо-таки жаждет! Эд его так обработал, что свидетель из шкуры выпрыгивает — так рвется сотрудничать. Но под его описание попадает кто угодно — даже у нас в участке добрая половина парней, включая Валлоу с некоторой натяжкой. Художник с ним пробовал работать, но на выходе «пшик» — парень неспособен толком сформулировать портретные описания. С пеной у рта клянется, что узнает, если увидит — но нам-то это чем поможет? Не предъявишь же ему весь высший свет Лидия для опознания…

— А почему — высший свет? — лениво уточнила я, пригревшись на своем месте, как кошка.

— А, — досадливо пояснил капитан. — Наш говорливый приятель услышал обрывок разговора, в котором Калламэ и неизвестный обсуждали сроки поставки реагента с островов. Их пришлось ускорить, потому что иначе они совпали бы с мероприятием в Ратуше. На котором наш неизвестный должен был быть непременно, в связи с некими вопросами бизнеса... Сама понимаешь…

Я задумчиво покивала, грея в ладонях свою чашку.

— А что за мероприятие, свидетель не уточнил?

— Ежегодный бал, — вздохнул Вольфгер.

— Он ведь через три недели… Верно?

Лейт пожал плечами. Откинувшись на спинку своего стула, он задумчиво поглаживал мои щиколотки и смотрел в стену. Что за мысли варились в его башке, мне было неведомо, а вот свою я озвучила.

— Ну так и предъявите ему не весь высший свет Лидия, а конкретно тех персон, кто приглашен на мероприятие!

— Да что мне, повесткой в участок вызывать всех, кто в список приглашенных попал? — по инерции проворчал волк. — На каком осно…

Я хмыкнула. Увидела — он понял мою затею и теперь бешено прокручивает варианты.

— Так. Надо придумать, под каким предлогом провести его в Ратушу, и кому еще из парней выбить разрешение…

— Не надо ничего выдумывать, — отмахнулась я. — И выбивать ничего не надо! Ты ведь, я так понимаю, приглашен? Ведь не могли же они не пригласить героя, раскрывшего в прошлом году заговор против короны…

Лейт скривился, как будто хлебнул уксуса, и я с трудом подавила улыбку — не ценит бравый капитан монаршую благосклонность! Да и приглашение на статусное мероприятие тоже, видимо, не очень-то оценил. И торопливо развила мысль.