Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 40

Он улыбнулся паучихе. Она улыбнулась в ответ.

А потом он нанес удар.

Невидимые руки обвились вокруг ее шеи и скрутили ее. Прямо как его магия погрузилась в ее пупок, туда, где находилось украденное семя человеческой магии, и обернулась вокруг него.

Он держал птенца в своих руках, пока паучиха умирала. Изучал магию, каждую ее грань, прежде чем она, казалось, вздохнула с облегчением и исчезла на ветру, освободившись наконец.

Сейрин упала на землю, ее глаза ничего не видели.

Полмысли и Дорин испепелил её. Никто не пришел узнать, что за вонь поднялась из ее пепла. Черное пятно, которое оставалось под ними.

Валг. Возможно, билет для него в Морат, и все же он обнаружил, что смотрит на темное пятно на полуоттаявшей земле.

Он отпустил Дамарис, лезвие неохотно затихло.

Он найдет свой путь в Морат. Однажды он освоит силу изменения внешности. Паучиха и все из ее вида могут сгореть в аду.

…

Сердце Дорина все еще билось, когда он обнаружил себя через час лежащим в палатке, не достаточно высокой, чтобы в нее можно было влезть, на одной из двух кроватей.

Как только Манона вошла в палатку, он снял сапоги и натянул на себя тяжелые шерстяные одеяла. Они пахли лошадьми и сеном, и, возможно, их выхватили из конюшни, но ему было все равно. Было тепло, и это было лучше, чем ничего.

Манона обследовала тесное пространство, вторую кровать и одеяло.

— Тринадцать — это нечетное число, — сказала она в качестве объяснения. — У меня всегда была палатка для себя.

— Прости, что испортил это.

Она бросила на него сухой усмехающийся взгляд, прежде чем усесться на кровать и расстегнуть сапоги. Но ее пальцы остановились, а ноздри вспыхнули.

Она медленно посмотрела через плечо на него.

— Что ты делал?

Дорин не отрывал от нее взгляда.

— Ты сделала то, что должна была сделать сегодня, — просто сказал он. — Я тоже так поступил. — Он не пытался дотронуться до Дамариса, который лежал неподалеку.

Она снова понюхала его.

— Ты убил паучиху.

В ее лице не было осуждения, только чистое любопытство.

— Она была угрозой, — признался он. И Валгским куском дерьма.

Настороженность захлестнула ее глаза.

— Она могла убить тебя.

Он подарил ей полуулыбку.

— Нет, она не могла.

Манона снова оценила его, и он выдержал это.

— Тебе нечего сказать о моем… выборе?

— Мои друзья сражаются и, вероятно, погибают на Севере, — сказал Дорин. — У нас нет времени, чтобы тратить недели на победу над Крошанками.

Вот она, жестокая правда. Чтобы получить хоть какую-то возможность на прием здесь, им пришлось пересечь эту черту. Возможно, такие бездушные решения были частью ношения короны.

Он хранил ее тайну, пока она этого хотела.

— Никаких самодовольных речей?

— Это война, — просто сказал он. — Мы прошли через такого рода вещи.

И это не будет иметь значения, когда его вечная душа станет той ценой, которую он заплатит за такую жестокую бойню? Он уже достаточно все разрушил. Если пересечение линии за линией избавит других от вреда, он это сделает. Он не знал, каким образом король создал его.

Дорин положил руку под голову.

— Проблема в том, что они все козыри у них. Они нужны тебе гораздо больше, чем ты им. Единственная карта, которая у тебя есть, это твоя кровь, и это они, похоже, отвергли, даже с этой битвой. Так как же сделать это жизненно важным для них? Как ты докажешь, что они нуждаются в их последней живой Королеве, последней из Крошанской родословной? — он размышлял над этим. — Есть также перспектива мира между вашими народами, но ты… — он поморщился. — Тебя больше не признают наследницей. Ты не можешь предложить им себя в качестве Черноклювой, только себя и Тринадцать, не остальных Железнозубых. Это не было бы настоящим мирным договором.

Манона закончила с ботинками и откинулась на кровать, укрываясь одеялом, она посмотрела на низкий потолок палатки.

— Тебя учили этому в твоем стеклянном замке?

— Да. — Прежде чем он разрушил замок на осколки и пыль.

Манона повернулась на бок, подперев голову рукой, ее белые волосы, рассыпавшиеся из ее косы, обрамили ее лицо.

— Ты не можешь использовать свою магию, чтобы просто… заставить их, не так ли?

Дорин усмехнулся.

— Насколько мне известно, нет.

Глава 15, часть 3

— Маэва пробралась в разум принца Рована, чтобы убедить его принять ложного мэйта.

— Я даже не знаю, в чем сила Маэвы, — сказал Дорин, съеживаясь. То, что королева Фэйри сделала с Рованом, то, что она сделала с королевой Террасена… — и я не совсем уверен, что хочу начать экспериментировать над потенциальными союзниками.

Манона вздохнула через нос.

— Мое обучение не включало в себя эти вещи.

Он не был удивлен.

— Ты хочешь услышать мое честное мнение? — ее золотые глаза прижали его к месту, и она покорно кивнула. — Найди то, что им нужно, и используй это в своих интересах. Что подтолкнуло бы их сплотиться позади тебя, чтобы увидеть тебя как их Королеву Крошанок? Борьба в битве сегодня завоевала некоторую степень доверия, но не немедленное принятие. Возможно, Гленнис может что-то знать.

— Мне придется рискнуть, чтобы спросить ее.

— Ты не доверяешь ей.

— Почему я должна?

— Она твоя прабабушка. И она не приказала казнить тебя на месте.

— Моя бабушка тоже не знала всего до конца. — нельзя было различить какие-либо эмоции на ее лице, но ее пальцы впились в ее волосы при этих словах.

И Дорин сказал:

— Аэлине нужны были Капитан Рольф и его люди, выбивающиеся из многовекового укрытия, чтобы сплотить Микенский флот. Она узнала, что они вернутся в Террасен, только когда наконец появится морской дракон, один из их давно потерянных союзников на волнах. Поэтому она спланировала все так: спровоцировала небольшой флот Валгов атаковать Бухту Черепов, пока он лежал в основном беззащитным, а затем использовала битву, чтобы продемонстрировать морского дракона, который прибыл, чтобы помочь им, вызванный из воздуха и магии.