Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 251

…

В полдень Аэлина нашла Манону в одной из башен ведьм, Аброхас уставился на поле битвы.

Бинты покрывали его бока и крылья. И покрывали бывшего Лидера Крыла.

— Королева Крошанок и Железнозубых, — сказала Аэлина, приветствуя ее, издав низкий свист, из-за которого Манона медленно повернулась. Аэлина увидела железные ногти. — Впечатляет.

И все же лицо, которое повернулось к ней…

Истощение. Печаль.

— Я слышала, — тихо сказала Аэлина, опуская руки, но не приближаясь.

Манона ничего не сказала, ее молчание передавало все, что Аэлина должна была знать.

Нет, она была не в порядке. Да, это уничтожило ее. Нет, она не хотела говорить об этом.

Аэлина только сказала:

— Спасибо.

Манона неопределенно кивнула. Аэлина пошла к ведьме, затем мимо нее. Прямо туда, где сидел Аброхас, глядя на Тералис. Взорванный участок земли.

Ее сердце напряглось при виде этого. Виверны, земли и ведьмы позади нее. Но Аэлина села рядом с виверной. Провела рукой по его кожаной голове. Он наклонился к ее прикосновению.

— Будет памятник, — сказала она Аброхасу, Маноне. — Если хочешь, я построю памятник прямо здесь. Так что никто никогда не забудет, что было дано. Кого мы должны поблагодарить.

Ветер пел сквозь башню, глухо и бодро. Но затем шаги захрустели в сене, и Манона села рядом с ней.

И все же Аэлина больше не говорила и больше не задавала вопросов. И Манона, осознав это, позволила своим плечам изогнуться, склонив голову. Как она никогда не сможет сделать с кем-либо еще. Как никто другой не сможет понять — вес, который они обе несут.

В тишине две королевы смотрели на уничтоженное поле. Навстречу будущему за его пределами.

Глава 119, часть 1

Потребовалось десять дней, чтобы все было организовано.

Десять дней, чтобы очистить тронный зал, вычистить нижние залы, найти еду и поваров, в которых они нуждались. Десять дней, чтобы очистить королевские комнаты, найти подходящую одежду и обустроить тронный зал в королевском великолепии.

Вечнозеленые гирлянды свисали со скамей и стропил, и когда Рован стоял на возвышении тронного зала, наблюдая за собравшейся толпой, он должен был признать, что Лисандра проделала впечатляющую работу. Свечи мерцали повсюду, а накануне ночью выпал свежий снег, покрывая шрамы, все еще жившие на поле.

Стоящие рядом с ним Эдион, Лоркан и Фенрис смотрели прямо перед собой.

Все они отмылись и надели одежду, которая заставляла их выглядеть… по-королевски.

Ровану было все равно. Его зеленый камзол прошитый серебряной нитью был наименее практичной вещью, которую он когда-либо надевал. По крайней мере, на его боку он нес свой меч, Златинец свисал с другого бедра.

К счастью, Лоркан выглядел так же неловко, как и он, одетый в черное. Если ты наденешь что-нибудь еще, Аэлина сказала Лоркану, мир перевернется с ног на голову. Поэтому он и стоял в погребально-черном.

Лоркан закатил глаза. Но Рован мельком разглядел глаза Элиды, когда увидел ее и Лисандру в зале рядом с тронным залом несколько минут назад. Видел любовь и желание, когда она смотрела на Лоркана в его новой одежде. И задавался вопросом, как скоро в этом зале будет проходить свадьба.

Взгляд на Эдиона, тоже одетого в зеленый цвет Террасена, и Рован слегка улыбнулся. Две свадьбы, скорее всего, до лета. Хотя ни Лисандра, ни Эдион не упоминали об этом.

Последний из их гостей закончил регистрацию, и Рован осмотрел правителей и союзников, сидящих в первых рядах. Ансель Бриарклайф продолжала ерзать в своих одинаковых новых штанах и пиджаке, Рольф обхватил ее рукой за талию, и ухмылялся от ее недовольства. Илиас, одетый в белую, многослойную одежду своего народа, сидел с другой стороны Ансель с невозмутимым спокойным лицом. Рядом сидел Галан бездельничая в своих княжеских регалиях, высоко подняв подбородок. Он подмигнул, когда его глаза Ашерира встретились с глазами Рована.

Рован только наклонил подбородок к молодому человеку. А затем склонил его к своим двоюродным родственникам, Энде и Селине, сидящим возле прохода, последней из которых потребовалось несколько часов молчания, когда Рован сказал ей, что она теперь королева Доранеллы. Королева Фэ Востока.

Однако его двоюродная сестра с серебряными волосами не оделась для своего нового титула сегодня, хотя — как и Энда — она выбрала одежду, которая носила наименее боевой характер.

Какие перемены произойдут в Доранелле — Рован знал, что он не мог предсказать. Семья Уайтхорнов будет править, линия Моры наконец вернется к власти, но от Селены будет зависеть, как это правление будет формироваться. Как Фэ решат формировать себя без темной королевы, господствующей над ними.

Сколько из этих фэ захотят остаться здесь, в Террасене, еще неизвестно. Сколько людей хотели бы построить жизнь в этом истерзанном войной королевстве, выбрав годы трудного восстановления, а не возвращения к легкости и богатству? Воины Фэ, с которыми он сталкивался в течение этих двух недель, не давали ему никаких признаков, однако он видел, как некоторые из них с тоской смотрели на Оленорожьи горы, Задубелый лес. Как будто они тоже слышали дикий зов ветра.

Затем были другие: фэ, которые жили здесь до падения Террасена. Кто ответил на отчаянную просьбу Аэлины и вернулись в их скрытый дом среди племени волков во внутренних районах, чтобы подготовиться к путешествию сюда. Наконец-то вернуться в Террасен. И, возможно, взять с собой некоторых из этих волков.

Он постарается сделать это королевство достойным их возвращения. Достойным всех, кто здесь жил, человека, фэ, или ведьмы. Королевство, такое же великое, каким оно когда-то было. Такое же, как то, на крайнем юге, через Узкое море, доказательство того, что страна мира и изобилия может существовать.

Королевские каганы много рассказывали ему об их королевстве в эти дни — своей политике, своих народах. Теперь они сидели вместе на другой стороне тронного зала, Шаол и Дорин с ними. Ирэн и Несрин также сидели там, обе в прекрасных платьях, которые, как Рован предполагал, были одолжены. Не было лавок. Действительно, это было чудо, что у каждого из них была чистая одежда вообще.

Манона, по крайней мере, отказалась от нарядов. Она надела свою ведьмину одежду — хотя ее корона из звезд лежала на ее голове, проливая свет на Петру Синекровную и Крошанку Бронвен, сидящих по обе стороны от нее.

Послышался кашель Эдиона, и Рован посмотрел на открытые двери. Затем туда, где лорд Дэрроу стоял рядом с пустым троном.

Не официальный трон — просто более крупный, прекрасный стул, выбранный из скудной партии кандидатов.

Дэрроу тоже смотрел на открытые двери с невозмутимым лицом. И все же его глаза светились.