Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 216

— Это потому, что я устала от всей этой смерти. И ты был мне нужен.

Эдион издал тихий, болезненный звук, поэтому Лисандра поцеловала его в последний раз. Зашла так далеко, что провела языком по изгибу его губ. Он открылся для нее, и затем они снова запутались друг в друге, зубы, языки, руки бродили, касаясь, пробуя на вкус.

Но Лисандре снова удалось вырваться, и ее дыхание было таким же неровным, как и его.

— Завтра, Эдион, — выдохнула она.

…

— У нас в арсенале достаточно средств, чтобы наши лучники могли продержаться еще три дня, может быть, четыре, если они будут экономно их использовать, — сказал лорд Дэрроу, скрестив руки на груди, когда читал отчет.

Маноне не нравился старик — часть ее даже восхищалась его железным контролем. Но эти военные советы каждый вечер начинали ее утомлять.

Особенно, когда они приносили новости все мрачнее и мрачнее.

Вчера в этом зале стоял еще один. Лорд Муртаг.

Сегодня только его внук сидел на стуле, его глаза были покрасневшими. Живой призрак.

— Запасы продовольствия? — спросил Эдион с другой стороны стола. У принца-генерала тоже бывали дни и получше. У них всех. На каждом лице в этой комнате было такое же мрачное, избитое выражение.

— У нас есть еда по крайней мере на месяц, — сказал Дэрроу. — Но все это не будет иметь значения, если некому будет защищать стены.

Капитан Рольф подошел к столу.

— Огненные копья заканчиваются. Нам повезет, если их хватит до завтра.

— Тогда мы оставим их, — сказала Манона. — Будем использовать их только для Валгов высшего ранга, которые пройдут через городские стены.

Рольф кивнул. Другой человек, которым она нехотя восхищалась, хотя его чванство раздражало.

Она пыталась не смотреть на запечатанные двери в комнату. Где должны были ждать Астерина и Соррель. Охраняя.

Вместо этого Петра и Бронвен стояли там. Не как ее новые Вторая и Третья, а просто представители своих фракций.

— Допустим, мы сможем распределить стрелы на четыре дня, — сказала Ансель Бриарклайф, нахмурившись. — И огненные копья — на три, если использовать их осторожно. Как только они закончатся, что останется?

— Катапульты все еще работают, — сказал один из серебряноволосых членов королевской семьи Фэ. Женщина.

— Они предназначены для нанесения урона далеко на поле, — сказал принц Галан, у которого, как и у Эдиона, были глаза Аэлины. — Но не для ближнего боя.

— Тогда у нас есть наши мечи, — хрипло сказал Эдион. — Наше мужество.

Манона знала, что последнее тоже на исходе.

— Мы можем держать Железнозубых на расстоянии, — сказала Манона, — но не сможем помочь вам у стены.

Они действительно боролись с непрекращающимися нападениями, которых не становилось меньше.

— Значит, это конец? — спросила Ансель. — Через четыре, пять дней мы предложим наши шеи Морату?

— Мы сражаемся до последнего, — прорычал Эдион. — До самого последнего.

Даже лорд Дэрроу не возразил ему. Поэтому они разошлись, встреча закончилась.

Больше нечего было обсуждать. Через несколько дней все они станут грандиозным пиром для ворон.

Глава 103

Шторм полностью остановил их армию.

В первое утро он свирепствовал так сильно, что Рован не видел и на несколько футов вперед. Ракинов заставили приземлиться, и только самые выносливые разведчики были разосланы по землям.

Так что армия осталась здесь. От Оринфа их отделяла еще неделя.

Если бы Аэлина сохранила всю свою силу!

Но силы больше не было. Больше не было, напомнил себе Рован, сидя в их военной палатке. Его мэйт, жена и королева сидела на низком диване рядом с ним.

Силы Аэлины были теперь… он не знал, с чем сравнить. Возможно, когда они были в Страже Тумана, ее уровень был похож на теперешний. Когда она сама себя ограничивала. Не так мало, как по ее прибытию, но не так много, как когда она окружила всю Доранеллу своим пламенем.

И уж конечно, недостаточно, чтобы встретиться с Эраваном и уйти. И Маэвой.

Ему было все равно, есть ли у жены магия, способная спалить все вокруг, или ни капельки нет. Для него не имело значения.

Снаружи выл ветер, палатка вздрогнула.

— Всегда так плохо? — спросил Фенрис, хмурясь на дрожащие стены палатки.

— Да, — ответили Элида и Аэлина одновременно, а затем явили миру слабые улыбки.

Эта улыбка на губах Аэлины — чудо!

Но улыбка на лице Элиды пропала, когда она сказала:

— Этот шторм может длиться несколько дней. Он может быть целых три фунта в толщину.

Лоркан, стоявший у печи, хмыкнул.

— Даже когда снег прекратится, с ним придется бороться. Солдаты теряют пальцы ног и пальцы рук от холода и сырости.

Улыбка Аэлины полностью исчезла.

— Я растоплю столько, сколько смогу.

Она растопит. Она доведет себя до истощения, чтобы сделать это. Но вместе, если она и Рован соединят свои силы — этого может быть достаточно, чтобы растопить путь. Держать армию в тепле.

— Все равно наша армия придет в Оринф в изнеможении, — сказал Гавриэль, потирая челюсть.

Сколько дней Рован видел, как он смотрит на север? По тревожному взгляду не трудно было догадаться, что Гавриэль все время думал о сыне. Беспокоился, жив ли Эдион.

— Они профессионалы, — сухо сказал Фенрис. — Они могут справиться с этим.

— Долгий путь добьет их, — сказал Лоркан.

— Последнее, что мы слышали, — сказала Рован, — Морат держит Перрант. — При этом Элида мучительно вздрогнула. — Мы не рискнем подходить слишком близко к нему. Иначе мы окажемся втянутыми в конфликт, который только задержит нас по пути в Оринф ​​и уменьшит нашу численность.

— Я смотрел на карты дюжину раз. — Гавриэль нахмурился на них, лежавших на рабочем столе. — Нет другого пути в Оринф — дорога проходит близко к Перранту.

— Возможно, нам повезет, — сказал Фенрис, — и этот шторм обрушится на весь север. Может быть, заморозит некоторые силы Мората для нас.

Рован сомневался, что им так повезет. У него было чувство, что любая удача, которая у них была, была потрачена на жизнь женщины, сидящей рядом с ним.