Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 173

«Я когда-то был рабом. Ты действительно думала, что я позволю себе стать им снова?».

Она извивалась, но он крепко ее держал.

«Ты освободишь меня», — прошипела она, и ее голос был не голосом прекрасной королевы, а чем-то злым и холодным. Голодным и ненавистным.

«Ты стара как земля, и все же ты думала, что меня действительно заинтересует твое предложение. — он хихикнул, позволив огню обжечь ее. Маэва взвизгнула, безмолвно и бесконечно в их умах. — Я удивлен, что ты попала в мою ловушку».

«Я убью тебя за это».

«Нет, если я убью тебя первым».

Его огонь стал живым существом, обвив ее бледное горло. В реальном мире, там, где существовали их тела.

«Ты ранила моего друга, — сказал он со смертельным спокойствием. — Будет не сложно покончить с тобой».

«Таким королем ты хочешь стать? Пытать беспомощных женщин?».

Он снова засмеялся.

«Ты не беспомощна. И если бы я мог, я бы запечатал тебя в железном гробу на вечно».

Дорин посмотрел на окна. В потустороннем мире была ночь. Он должен был уйти — быстро. Но он все же сказал:

«Король, которым я хочу быть, — это противоположность того, кто ты есть, — он улыбнулся Маэве. — И есть только одна ведьма, которая будет моей королевой».

Земля под ними содрогнулась от грохота. Морат вздрогнул.

Глаза Маэвы расширились еще больше.

Треск эхом отозвался от камней еще громче, чем грохот. Башня покачнулась.

Губы Дорина изогнулись вверх.

«Ты ведь не думала, что я потратил все эти часы только на поиски?».

Он не позволил бы этому существовать еще один день — этой комнате с ошейниками. Ни одного дня больше.

Итак, он разрушит все.

Это было не сложно. Маленькие кусочки магии, самого холодного льда, пронзили трещины в основании Мората. Это поглотило древний камень. Постепенно сеть нестабильности росла с каждым залом и комнатой, в которой он искал. Пока вся восточная половина крепости не была зависима от его силы воли.

До этого момента. До тех пор, пока половина его магии не распространилась сквозь эти трещины, и его магия обрушилась на них.

И поэтому Морат начал рушиться.

Улыбнувшись Маэве, Дорин отошел. Отодвинулся, все еще держа ее разум.

Башня снова вздрогнула. У Маэвы перехватило дыхание.

«Ты не можешь оставить меня так. Он найдет меня, он схватит меня…».

«Как ты схватила меня?»

Дорин превратился в ворону, хлопая крыльями по воздуху в комнате.

Морат снова застонал, и над ними поднялся визг ярости, такой пронзительный и неземной, что его кости дрогнули.

«Скажи Эравану, — сказал Дорин, присев на подоконнике, — что я сделал это за Адарлан».

За Соршу, Кальтэну и всех, кого он уничтожил. Так же, как был разрушен Адарлан.

Но из полного разрушения его можно восстановить. Если не он сделает это, то другие.

Возможно, это будет его первый и единственный подарок Адарлану как короля: с чистого листа, если они выживут в этой войне.

Крики заполнили залы. Он отметил, где работали человеческие слуги, где они жили. Когда они будут убегать, они увидят, что их проходы остались нетронутыми. Пока каждый из них не выйдет.

«Пожалуйста, — попросила Маэва, падая на колени, когда башня снова покачнулась. — Пожалуйста».

Он должен позволить Эравану найти ее. Обречь ее на жизнь, которую она предназначала для него. Для Аэлины.

Маэва обвила колени, ее разум и сила были сдержаны. В отчаянии ожидая темного короля, от которого она так старалась убежать. Или боялась, что дрожащая крепость обрушится на нее.

Он знал, что пожалеет об этом. Знал, что он должен убить ее. Но осуждать ее за то, что он пережил…

Он не желал бы этого никому. Даже если это стоило им этой войны.

Он не думал, что это сделает его слабым. Вовсе нет.

За окном Железнозубые взлетели в небо, виверны кричали, когда камни Мората начали рушиться. В долине внизу армия остановилась, чтобы взглянуть на гору, возвышающуюся над ними. На потрясающую башню, построенную на вершине.

«Пожалуйста», — снова сказала Маэва. Уровнем ниже прогремел гневный вопль Эравана — теперь ближе.

И Дорин взлетел в хаотичную ночь.

Тихий крик отчаяния Маэвы следовал за ним по пятам. Весь путь от вершин, возвышающихся над Моратом и этим скалистым обрывом, до двух Ключей Вэрда, похороненных под сланцем.

Он едва мог вспомнить свое собственное имя, когда он сунул их в другой карман. Теперь все три Ключа Вэрда лежали у него.

Затем он вернулся к разуму, все еще привязанному к его.

Это было просто как надрез. Разорвать связь между их умами — и разорвать другую ее часть.

Отрубить дар, который позволял ей прыгать между местами. Открывать эти порталы.

«Больше не выйдет странствовать с помощью магии, — сказал он, когда его грубая магия изменила ее собственную. Изменила саму ее сущность. — Я бы посоветовал тебе купить хорошую пару обуви».

Затем он отпустил разум Маэвы.

Ненавистный, бесконечный крик был единственным ответом.

Дорин снова изменился, став большим и злобным, не более чем стая виверн, летевших на север, чтобы доставить припасы в воздушный легион.

Король — он мог быть королем Адарлана в эти последние дни, которые остались для него. Стереть пятна и гниль того, что было. Начать все заново. Стать тем, кем он хочет.

Дорин поймал быстрый ветер, плывущий твердо и быстро.

И когда он оглянулся назад, на гору и долину, которые пахли смертью, на место, где началось так много ужасных событий, Дорин улыбнулся, и башни Мората рухнули.

Глава 79, часть 1

Ирэн ненавидела Ферианскую Впадину. Ненавидела плотный воздух между двумя гигантскими вершинами, ненавидела кости и мусор виверн, засоряющий каменистый пол, ненавидела вонючий запах, который скользил из любых отверстий, вырезанных в горах.

По крайней мере, там было пусто. Хотя они еще не решили, было ли это благословением.