Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 109

Принц Сартак сказал осторожно:

— Это был наш первоначальный план, — идти на север, но могут быть и другие места, такие как Аньель, нуждающиеся в освобождении.

— Террасен нуждается в помощи, — сказал Рован, его лицо было спокойным, когда он обследовал своих новых союзников и старых друзей.

— И все же Террасен не призывал нас, — возразила Хасар, совершенно невозмутимая среди воинов Фэ, сердито глядящих на нее. Именно таким человеком, Аэлина надеялась, что она будет, когда она написала ей все эти месяцы назад.

Шаол прочистил горло. Боги высшие, Шаол снова ходил. И женился на Ирэн Тауэрс, которая исцелила его.

Нить в гобелене. Это то, на что была похожа ночь, когда она оставила золото для Ирэн в Иннише. Как потянуть нитку в гобелене, и посмотреть, как далеко и широко она прошла.

Казалось, на всем пути к южному континенту. И она переплелась с армией и исцеленным, счастливым другом. Таким же счастливым, как любой из них может быть в данный момент.

Аэлина встретила взгляд Шаола.

— Сосредоточься на победе в этой битве, — сказал он, кивнув, понимая пожар, который, как она знала, тлел в ее глазах, — и тогда мы это решим.

Принцесса Хасар ухмыльнулась Аэлине.

— Поэтому не забудьте произвести впечатление на нас.

Опять же, это напряжение пробилось сквозь комнату.

Аэлина выдержала взгляд принцессы. Улыбнулась. И ничего не сказала.

Несрин встала на ноги, как бы хорошо понимая, что может означать эта тишина.

— Насколько тверды эти стены? — спросил Гавриэль Шаола, осторожно переводя тему.

Шаол потер челюсть.

— Раньше они выдерживали осады, но Морат бил их целыми днями. Зубцы достаточно прочные, но еще несколько ударов от катапульт и башни могут начать спускаться.

Рован скрестил руки на груди.

— Сегодня стены были нарушены?

— Одна была, — мрачно сказал Шаол. — Осадная башня. Ракины не смогли прийти вовремя, чтобы убрать ее. — Несрин съежилась, но Сартак не принес извинения. Шаол продолжил:

— Мы закрепили стены, но солдаты Валги вырубили несколько наших людей — людей Аньеля, то есть.

Аэлина обследовала карту, блокируя вызов ослепительной принцессы, которая была зеркалом во многих отношениях.

— Итак, как мы играем? Мы пробираемся по линиям или убиваем их одного за другим?

Несрин ткнула пальцем в карту, прямо на Серебряное озеро.

— Что, если мы подтолкнем их к самому озеру?

Хасар нахмурилась, все следы насмешек исчезли. Морат был движем своей жадностью, чтобы уничтожить город. Они не оценят, что его растопчет дарган, или убьют ракины.

Аэлина бросила взгляд на Рована. Он уже смотрел на нее.

— Мы убедим их отправиться в Террасен, — тихо сказал ее мэйт.

Шаол наклонился вперед, немного задрожал и провел пальцем по западному берегу озера.

— Этот участок озера, к сожалению, неглубок, в сотне ярдов от берега. Армия могла бы пробираться туда, втянуть их в воду.

— Несколько часов в этой воде, — возразила Ирэн, изо всех сил возражая, — убьет их. Гипотермия начнется быстро. Может быть, в течение нескольких минут, в зависимости от ветра.

— Вот если бы Валг стал жертвой таких вещей, — сказала Хасар. — Они не умирают, как настоящие люди, в большинстве случаев, и вы утверждаете, что они родом из земли тьмы и холода. — таким образом, королевские люди действительно знали об их врагах. — Мы могли бы подтолкнуть их к воде, чтобы понять, что им все равно. И при этом рискнуть подвергнуть опасности наши войска. — принцесса ткнула в стены. — Нам лучше подталкивать их прямо в камень, разбивая их об него.

Аэлина была склонна согласиться.

Лоркан открыл рот, чтобы сказать что-то без сомнения неприятное, но шаги, шелестящие в грязи за пределами палатки, заставили их повернуться к входу задолго до того, как ворвалась красивая темноволосая молодая женщина, размахивая двумя косами.

— Ты не поверишь…

Она остановилась, увидев Аэлину. Увидев мужчин Фэ. Ее рот скривился в букву О.

Несрин усмехнулась.

— Борте, познакомься…

Еще один шаг в грязи, тяжелее и медленнее, чем быстрые движения Борте, а затем молодой человек наткнулся на нее, его кожа была не позолоченная золотом солнца, как у королевских детей, а бледная.

— Они вернулись, — задыхался он, глядя на Несрин. — На днях я поклялся, что почувствовал что-то, какие-то изменения, но сегодня они вернулись.

Несрин наклонила голову, занавесь темных волос скользнула по плечу.

— Кто… — Борте сжала руку молодого человека. — Фалкан. Это Фалкан, Несрин.

Принц Сартак встал на сторону Несрин, изящный, как любой воин Фэ.

— Как?

Но молодой человек повернулся к Аэлине, сузив глаза. Как будто пытался ее вспомнить.

Затем он сказал:

— Убийца с рынка в Сандрии.

Аэлина подняла брови.

— Надеюсь, лошадь, которую я украла, не принадлежала тебе.

Фенрис кашлянул. Аэлина бросила воину улыбку через плечо.

Глаза молодого человека посмотрели на её лицо, а затем остановились на огромном изумруде на ее пальце. Затем на еще большем рубине в рукоятке Златинца.

Борте выпалила Несрин:

— Минуту назад мы обедали у костра, а затем Фалкан схватился за живот, как будто он собирался проститься со всеми своими чувствами, — негодующий взгляд от Фалкана к Борте… — а затем его лицо стало молодым. Он молод.

— Я всегда был молод, — пробормотал Фалкан. — Я просто не выглядел так. — его серые глаза снова нашли Аэлину. — Я дал тебе часть Паучьего Шелка.

На мгновение, тогда и теперь смешались события.

— Торговец, — пробормотала Аэлина. Она в последний раз видела его в Красной пустыне, выглядящим на двадцать лет старше. — Ты продал свою молодость стигианскому пауку.

— Вы двое знаете друг друга? — пробормотала Несрин.

— Нити судьбы ткутся вместе странным образом, — сказал Фалкан, затем улыбнулся Аэлине. — Я никогда не знал твоего имени.

Хасар усмехнулась с другой стороны стола.